— Зачем тебе это? — со скепсисом заметила она. — Что ты задумал? И почему мне кажется, что моя любимая матушка в этом как-то замешана.

— Я ценю и уважаю тебя, Искорка, — серьёзно произнес я. — Но врать я тебе не хочу. Не заставляй меня этого делать.

— Значит, я права, — выдохнула задумчиво та, постукивая коготком себе по губам. — Моя мать и тут успела влезть. Хорошо! — решительно кивнула она. — На такое я согласна. Однако нужно нечто мощное, чтобы пошатнуть пространства Аронтира. В пределах академии, это сделать весьма сложно.

— Оставь это на меня, — осклабился хищно я. — Я уже имел такой опыт. Да и в Ванфее при вторжении Аббадона, Баала и Астарота увидел достаточно. Когда нужно будет пространство Аронтира ослабнет так, что хватит новорожденного дитя, чтобы его пробить.

— Порой мне кажется, Ваерс Пустой, — с каким-то скрытым очарованием шепнула Опаляющая. — Что с человеческим племенем у тебя столько же связи, сколько и у меня. А если выражаться корректнее, то ровным счётом… ничего.

Знала бы ты, милая, как близка к правде.

— Спасибо тебе, Искорка, — как можно теплее отозвался я и практически вплотную наклонившись к проекции, с нежностью провёл пальцем по призрачной щеке гиары. — Я действительно был рад тебя увидеть. Очень рад…

— Считай, что после этих слов ты заслужил себе прощение. Очень часто мне не хватает тебя в постели. Порой я жалею, что отпустила тебе на Вечное Ристалище, — возбужденно прошептала демонесса, а затем со смущением отмахнулась от проекции. — Ладно уж, ступай, мерзавец! Я наговорилась с тобой вдоволь, но если посмеешь игнорировать меня подобным образом, то я отрежу твоё хозяйство.

— Буду иметь ввиду, Искорка, — хмыкнул я, весело ей подмигивая на прощание. — Не скучай там.

Связь оборвалась так же резко, как и образовалась. Стоило же проекции полностью истаять, как небольшой зал вновь погряз в полумраке, а я с тяжелым вдохом откинулся на спинку кресла и прикрыл устало веки.

— Ждём приглашение из академии на получение регалий и тогда начинаем действовать, — вслух обронил я. — Кровь и страдания не за горами, малышка, не правда ли?

«У разорителей иначе не бывает», — с грустью заключила спата.

— Надеюсь, мы сможем помочь твоей сестре.

« Я тоже на это надеюсь, мой разоритель…»

Аронтир. Внутренние земли.

Верхний город. Бронзовый квартал.

Особняк имени Лиамы Креамх.

Поздняя ночь…

В апартаментах царил слабый полумрак, но силуэты четырёх собравшихся разумных невозможно было спутать с кем-либо еще. Нимфа гор не сидела за столом. На протяжении получаса она наряду с другими главами домов, продолжала стоять и выслушивать пламенную речь отпрыска Данакта.

Лиама, как и Азар с Банардом давно не видели Бальтазара таким раздраженными. Очень давно. Практически всегда старший сын великого дома Ксант был сдержан и рационален, но только не сегодня. Уже на протяжении двух дней ему не давала покоя своеобразная победа его младшей сестры. Но более всего он был озадачен результатом оценки и кровавой баталией, что на ней развернулась

— Извивалась перед отцом, как последняя тварь! А ведь он оценил её старания. Еще как оценил. Ему понравилось… Как погляжу эта гремучая сука расстаралась! — продолжал свирепствовать Бальтазар, сотрясая воздух. — Столько времени скрывала от меня выкормыша Дэймона.

Причем троице глав доминирующих домов казалась, что молодой мужчина в это время беседовал сам с собой.

— Нет! Я знал, что Изувер заимел себе воспитанника, слышал о его достижениях в Аделлуме, но демонстрация перешла все разумные границы!

На секунду воцарились могильная тишина, но прямо сейчас Лиаме захотелось, чтобы парень продолжал сотрясать воздух, ведь в следующее мгновение до ушей глав донеслась архаика, а их волю сдавили будто тисками.

— Почему вы раньше не уведомили меня о том, что моя сука сестра имеет такой козырь? Почему не избавились от него⁈ ВАС ВСЕМУ НЕОБХОДИМО УЧИТЬ⁈ ВЫ ХОТЬ ПОНИМАЕТЕ, ЧТО ОН ТЕПЕРЬ ЧАСТЬ КСАНТА? КАКОЙ-ТО ШЕЛУДИВЫЙ ЩЕНОК ВЗДУМАЛ ВСТАТЬ У МЕНЯ НА ПУТИ!

Троица глав сами не поняли, когда оказалась на коленях, но первым заговорил Банард Болсеамон.

— Мы… мы не успели… мой господин, — сдавленно прохрипел мужчина, борясь с натиском. — Мы считали, что в Мергаре всё решится…

— Затем была… Ванфея, — перехватил речь товарища содрогающийся Азар Ост. — Его все посчитали погибшим. Мы действовали и… придавили Хаззаков, как вы и приказали.

— Но затем он возвратился и всё… пошло наперекосяк, — более решительно заявила Лиама и исподлобья посмотрела на Бальтазара. — К тому мы не ожидали, что Изувер придёт в себя. Вы утверждали, что Дэймон живой труп…

— ТАК И БЫЛО!!! ОН ДОЛЖЕН БЫЛ СДОХНУТЬ! — заорал разозлено парень на языке знатных. — Я НЕ ЗНАЮ, КАК ХАЗЗАК ВСТАЛ НА НОГИ! НЕСМЕРТНАЯ И ДЭЙМОН НУЖНЫ МНЕ ТОЧНО ТАК ЖЕ, КАК И ПЯТОЕ КОЛЕСО НА БУРЕВЕСТНИКЕ! ОНИ ВЕРНЫ МАМАШЕ ЭТОЙ СУКИ, А НЕ КСАНТУ. ОТЕЦ ТОЖЕ ЭТО ПОНИМАЕТ, НО НИЧЕГО НЕ ХОЧЕТ ДЕЛАТЬ. ОН СЛИШКОМ ПРИВЯЗАН К ТОЙ ГРЯЗНОЙ ПОТАСКУХЕ!

Внезапно голос голубокровного стал тише, но негативных эмоций в нем ничуть не убавилось.

— Отец, скорее всего, подозревает, что через тебя, Лиама, я каким-то образом связан с Забытыми Песками. Плюс от него не укрылся тот факт, что я в какой-то мере через Гаерона заручился помощью великого дома Урелей. Прежде чем он начнет действовать я должен твёрдо стоять на ногах впереди остальных. Я не должен оставить им каких-либо шансов. Да, многое действительно будет решаться на Великой Сотне, — согласно кивнул парень сам себе , — но я не привык ждать. Лучше разобраться со всем сразу. В какой-то мере он теперь является голубокровным, но вы должны устранить помеху в лице мелкого ублюдка, а я обещаю прикрыть вас сверху. И мне неважно, как вы это сделаете…

— Будет исполнено, юный господин…

— Будет исполнено…

— Будет исполнено, мой господин, — прошептала самой последней Креамх, но в глубине глаз у нимфы гор засквозила отчетливая злоба и ярость.

Вот только на кого она была направлена?..

Аронтир. Внутренние земли.

Верхний город. Элитный квартал.

Резиденция доминирующего ордена Наказующих.

Апартаменты главного судьи.

Три дня спустя…

Азаих не сумел явиться вовремя. Опоздал на несколько часов. Единственное, что он успел, так это застать орденских и серых целительниц, которые изо всех сил пытались помочь изувеченному Норону в резиденция.

Впервые на своей памяти правая длань ордена Наказующих видел судью таким. Его окровавленный силуэт навсегда отпечатался в памяти у мужчины, ведь Норон был ему как сын. Впрочем, более его ошарашило то, что всё что случилось с Фианом оказалось делом рук аххеского недобитка.

Ивора не удосужила генерала ордена даже мимолётным взором. Единственное, что она сделала это передала внука на поруки Наказующих и тотчас исчезла в Краю Соприкосновения, но кто бы мог представить, что именно день оценки станет точкой невозврата и предстоящих страданий.

Первые сутки прошли вполне гладко. Целительницы чудом умудрились помочь Норону. Огромная заслуга принадлежала Ларе, которая вместе с Азаихом прибыла в Аронтир. Именно её исцеление оказало самый действенный эффект и стабилизировало состояние Наказующего. Вот только со следующего дня началась настоящая пытка.

Судья пребывал в постоянном бреду. С каждым часом ему становилось только хуже. Наблюдая за терзаниями верного безупречного, глава семьи Урано понял, что ему не давало покоя, а ужасающая догадка озарила сознание. Симптомы Норона были схожими с симптомами Анты.

Третий день напоминал собой калейдоскоп нескончаемых криков. Судья Наказующих уже не стонал и не хрипел. Он кричал и вопил, извиваясь на постели под постоянным присмотром магинь Жизни. Мужчина выглядел здоровым, но нечто неизвестно убивало его изнутри.