С Элварой Фаррак меня разделяли всего несколько метров и преодолел я их за долю вдоха со скоростью черной вспышки. Изящная коса из черного пламени в руках у Верховной Астарота материализовалась моментально, но свой шанс для сокрушительной и размашистой атаки та упустила, и я оказался чересчур близко к ней. Впрочем, этой визгливой суке необходимо отдать должное. Свой авторитет она заработала не только хвастовством, но и мастерством. Почуяв неладное, та попыталась выставить оружие перед собой, но стало слишком поздно. Правую часть спаты я метнул к её ногам еще в момент телепортации и по мановению мысли тёмно-фиолетовые цепи сковали Верховную. Но бросать Искриду в гуще тех, кто мог ударить её в спину абсолютно не хотелось, поэтому далее пришлось поступить в самой унизительной для своей соперницы манере. Пока та оказалась скована, стопа ботинка с сокрушительной силой впечаталась прямиком ей в харю.

Раздался тихий, но отчетливый хруст и Верховная подобно ядру пушки кубарем отлетела прямо в гущу зевак.

Причем, моя осторожность являлась небезосновательной. Стоило отступить от гиары на небезопасную дистанцию, как сразу двое из «будущих мужей», а точнее Таласк и Уггарт сделали неуловимое движение в её сторону, но и к такому я был готов.

Именно на такой случай я и создал технику, которая сможет стать идеальным щитом-заслоном. Не знаю почему, но порождать защитные техники мне удавалось гораздо лучше, чем атакующие. А еще мой третий источник Жажда Крови превосходно скрещивалась с тьмой и многократно увеличивал её мощь. Жажда вообще являлась неким усиливающим звеном для всего, чего касалась. Сейчас случилось точно также. Всё-таки избиения Роквала, Селесты и Рамаса для меня тоже не прошли бесследно. Ведь именно занимаясь с ними, я и создал несколько навыков, включая этот.

Техника являлась универсальной. В большей степени предназначалась для обороны, но у неё имелись и атакующие возможности. Правда, об атаке речь сейчас не шла.

Восход Мрака и Крови…

В момент, когда оба Верховных неуловимо дёрнулись к гиаре, с тихим шелестом за моей спиной расправились два огромных массивных крыла кроваво-черного цвета, которые заслонили правительницу Лавалара от слишком рьяных и быстрых мужей.

— Даже не помышляйте, ублюдки! Самыми шустрыми и умными себя возомнили? — процедил я сквозь зубы, глядя на демонов налитыми кровью глазами, отчего те разом застопорились. — Только попробуйте и обоих освежую как дичь! Пока я рядом о своих планах на Искриду и Лавалар можете забыть.

Само собой в нынешних реалиях сражаться с двумя или же тремя Верховными для меня было невозможно и смерти подобно, но задача стража заключалась в ином, да и тут я не единственный, кто оберегает гиару. Скорее всего, только сегодня я смогу узнать предел своих возможностей.

— Храбрости тебе не занимать, человек, — провокационно рассмеялся инкуб, медленно отступая назад. — Так или иначе, но всюду, как пить дать, не успеешь.

— Так ты проверь, мудозвон! — не остался я в долгу.

— Уступлю эту возможность Элваре, — ощерился злорадно он. — Уже нетерпится увидеть, как скоро твоя глупая голова отделится от тела.

— УБЬЮ!!! — вытирая кровь из переломанного носа, завопила напрочь обезумевшая дива, а её тяжелые шаги стали раздаваться в пространстве глухими ударными волнами. — ВО ИМЯ АСТАРОТА Я НАРЕЖУ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОТБРОСА НА КУСКИ ПРЯМО ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС!!!

— Инферно свидетель, Искорка! — громко рассмеялась Аншира, переглядываясь со скалящимся братом и ухмыляющимся Кетаром. — Прямо сейчас ты потеряешь свою ручную собачонку. А жаль, сама хотела его прикончить.

Вот только на все насмешки Верховной Аббадона гиара не обратила никакого внимания и обогнув мои крылья, остановилась в шаге от меня и начала оглядываться по сторонам, при этом не обращая никакого внимания на Элвару, которая угрожающе приближалась в нашу сторону.

— Вы ведь желаете развлечения и крови, дорогие гости? — вдруг обратилась правительница Лавалара к притихшей разгульной публике. — ЖЕЛАЕТЕ ХЛЕБА, ЗРЕЛИЩ И РЕЗНИ⁈ ВЕДЬ МЫ НА ПИРУ ДЕМОНОВ КАК-НИКАК, А МНЕ СТАЛО СЛИШКОМ СКУЧНО!

Пару мгновений царствовала могильная тишина, но затем над всем внутренним двором раздались слаженные вопли экстаза, эйфории и предвкушения. Искрида играла на толпу, чтобы отвлечь и распалить как можно больше народа. Вынужден признать, что делала она это великолепно, потому как ответом гиаре со всех сторон доносились довольные и кровожадные вопли.

— ДА!

— ДА!

— ЖЕЛАЕМ!

— ХОТИМ!..

И улыбнувшись чуть шире, та посмотрела на замешкавшуюся Фаррак.

— Вы сами всё слышали, дорогие гости! — голос дочери Марагны набатом прозвучал над двором. — ПРЯМО СЕЙЧАС ЭЛВАРА ФАРРАК ЖЕЛАЕТ УБИТЬ МОЕГО СТРАЖА! ЧТО СКАЖЕТЕ? ХОЧУ УСЛЫШАТЬ ВАШЕ МНЕНИЕ!!! ЧТО ЛЮБЯТ ИНФЕРИЙЦЫ БОЛЬШЕ ВСЕГО⁈ ВЫ ЖЕЛАЕТЕ УВИДЕТЬ ТО, НА ЧТО СПОСОБЕН МОЙ ДЕСПОТ ПРОТИВ ВЕРХОВНОГО ДЕМОНА⁈ ЖЕЛАЕТЕ УВИДЕТЬ ПОВТОРЕНИЕ СХВАТКИ С АТАРАЗОМ⁈

Ответ толпы вновь последовал незамедлительно. Причем состоял он всего-навсего из одного слова:

— МОНОМАХИЯ! МОНОМАХИЯ! МОНОМАХИЯ!

Не знаю почему, но прямо сейчас я упивался умом и хитростью любовницы. За секунду она обернула проигрышную ситуацию в мою сторону. На языке демонов мономахия означала только одно и на таких пирах такое происходило постоянно. Мономахия — резня один на один, а если по-простому, то смертельная и очень кровавая дуэль. Чем более жестоко ты убьёшь противника, тем будет лучше и зрелищнее. А еще важным аспектом была ставка. Будто в насмешку над судьбой, инферийцы ставили на кон не только свои жизни, но и нечто очень и очень ценное. Причем проводится такая схватка прямо на месте без каких-либо барьеров и куполов. Опасности будут подвержены не только бойцы, но и публика. Всё в стиле демонов!

Улыбки померкли не только на харях у Анширы и Кетара, слаженные вопли толпы заставили остановиться и разъярённую Фаррак, которая прожигала меня свирепыми глазами.

— Что скажешь, Элвара? — провокационно осведомилась Искрида.

— Я с радостью прикончу твоего пёсика на потеху толпе! — осклабилась кровожадно та и резким движением пальцев вправила себе сломанный нос, который тотчас начал регенерировать. — Готов ли ты сдохнуть, человеческий отброс⁈ На своём веку я убила нескольких деспотов! Похоже, к ним прибавится еще один.

— Боюсь, мой деспот тебе не по зубам, — снисходительно изрекла Искрида, а после протянула руку в сторону дивы. — Ставка, Элвара! Нечто очень и очень ценное. Иного я не приму. Поверь, Ваерс будет не менее щедрым.

Над внутренним двором вновь воцарилась томительная тишина. Медленно и верно инферийцы расступались в разные стороны, тем самым формируя своеобразное ристалище для будущих противников. Толпа затаив дыхание, после вопроса Искриды с интересом уставилась на Фаррак. К этому моменту часть двора в мгновение ока стала свободной. А толпа могущественных инферийцев разделилась невольно на три лагеря.

«Будущие мужья» Искриды за исключением Кетара и в обществе неизвестных мне нескольких Верховных сформировали первую группу. Аншира, Шагран, Кетар и Элвара также с десятком Верховных отделились следующими. Незаурядная компашка правительницы Лавалара во главе с самой Искридой являлась третьей.

— Для начала я хочу увидеть, что может поставить на кон жалкое человеческое отребье! — повысила голос Элвара. — Что такого ценного может у него найтись для демона? Всякий мусор мне на дух не сдался.

Искрида внезапно ухмыльнулась и уже намеревалась ответить и открыть тем самым свой пространственный перстень, но подобное претило моей натуре.

— Нет. Я сам, — спокойно выдохнул я, глядя на гиару и невольно делая пару шагов вперед. — Или ты считаешь, что человек не способен поставить нечто ценное?

— Как пожелаешь, — заинтригованно произнесла Искрида.

Честно признаться у меня много чего есть в достатке. Есть золото и немного бусин Инферно, но они не годятся. Есть немного иллириума и харалуга из запасов Лиярта. Но, боюсь, для Элвары они не будут столь ценны, ведь достигая стадии Верховного своё оружие и доспехи инферийцы куют и создают из огня Инферно. Но кое-что у меня всё-таки есть. Вероятнее всего, такие вещи еще более ценятся в мире демонов, чем на Вечном Ристалище. Демоны заложники своих пороков. Они кичатся не только силой, но и очень редкими вещицами.