— Сейчас они не передадут весь смысл, — грустно изрекла девушка. — А без моей полной формы они непереводимы. Думаю, ты тут не за тем, чтобы любоваться моей красотой. Я вернула еще два навыка, Ранкар, но использовать их придётся в бою. Это защитный и атакующий навык. Между прочим, все остальные мои возможности возросли вместе с восстановлением, но, как и всегда, зависят напрямую от твоей силы.

— Ты умеешь порадовать, — расплылся я в кровожадной усмешке. — Подробности будут?

— Только названия, — скромно улыбнулась спата. — Барьер Истребления говорит сам за себя. Думаю, ты поймешь, как его лучше использовать. С Низвержением Истребления всё малость сложнее. Его лучше использовать только тогда, когда рядом не будет союзников. После использования ты увидишь его истинный потенциал, – загадочно заключила Альяна. — На этом у меня всё.

— Твоё «всё» заставляет биться эту дрянь в моей груди малость чаще, — фыркнул весело я, вновь окидывая девицу глазами. — Но спасибо тебе. Ты славно потрудилась.

— С каких это пор ты стал дамским угодником? — со смущением упрекнула меня собеседница.

— Похоже… с некоторых, — поморщился невольно я, глядя на сердце Опустошителя. — Кто бы знал, что гибель меняет людей.

Руна отчего-то виновато поджала губы, и чтобы хоть как-то скрасить мрачность обстановки указала рукой на источник, который принял форму полыхающего факела. Вот только новый резерв располагался не четвертым по счету, а всего-навсего седьмым, если начинать отсчёт с колонны Пустоты.

Новый источник, хоть и принял форму факела, но вот его тёмно-оранжевый цвет с красными прожилками намекал не на обычный огонь. Лишь после тщательного анализа и осмотра я осознал одну важную вещь. Пламя было напрямую связано с правой рукой. Оно полыхало в такт пульсации уголькам в моей новой плоти. И данный факт не укрылся от цепких глаз Руны.

— Да, ты прав. Твоя конечность напрямую связана с этим источником. Исчезнет источник, и ты потеряешь руку. Потеряешь руку, и она восстановится благодаря резерву. Но ты должен быть с ним предельно аккуратен, — вдруг предупредила меня спата.

— О чем ты? — не понял я девушку. — Тебе знаком этот огонь?

— Более чем знаком, — задумчиво добавила та, медленно подходя к колонне, и держа на безопасной дистанции ладонь. — Это Пламя Хаоса, Ранкар. Часть первозданной стихии. Меня ковали в таком огне Древние. Точнее, он был частью ковки.

Мириада сраных бед! Так вот в чём дело.

— Почему я должен быть предельно аккуратен?

— Он строптив, упрям и свиреп…

— Проклятье! Да сколько можно? — выдохнул раздраженно я, закатывая глаза. — Очередная своевольная сила на мою тощую задницу! Ох, Ярвир, дай мне сил. Очень надеюсь, что мои сраные предки передохли! А если они не сдохли, то я собственноручно прикончу обоих за такие подарки.

Однако одним из гвоздей в крышку гроба оказались следующие слова Альяны:

— Строптивость полбеды. Тебе придётся его тщательно скрывать и в то же время обучаться владению. Ты и сам в курсе, что одарённые Альбарры могут обладать только одной стихией, в очень редких случаях двумя, но лишь с тем учетом, что они не безупречные и не совершенные, а ты уже обладаешь якобы стихией тьмы и духовной эссенцией. Станешь демонстрировать и эту, то жди проблем.

— Знаем, проходили, — прокряхтел недовольно я, а после грохнулся на спину прямо там, где стоял.

— Я не знаю, кто твои родители, но сомневаюсь, что они по своей воле наградили тебя такими возможностями, — решила успокоить меня спата, присаживаясь рядом. — Печати и ограничения говорят сами за себя. Вероятнее всего, ты был опасен не только для окружающих, но и сам для себя. Эти цепи прямое тому подтверждение.

Как ни крути, она была права. Да и те сны, те кошмары, тот женский голос, все намекает только на одно: меня намеренно сбагрили как можно дальше. Просто-напросто избавились как от непосильной ноши и опасного груза.

Будь оно всё проклято!

— Ладно плевать на грёбаных предков! — пробормотал мрачно я, медленно поднимаясь с пола. — Есть более важные вещи. Например, двое оболтусов мужского и женского пола, которые ошиваются вокруг моей области. Спасибо тебе еще раз, красотка, — с наигранным весельем отозвался я, медленно удаляясь из внутреннего мира, но судя по печальным глазам спаты та понимала, как паршиво у меня на душе. — Не скучай тут.

Глаза в реальном мире открылись неспешно, но делал я всё неторопливо лишь до тех пор, как не услышал взволнованный и слаженный вопль внуков Хтара.

— СЭР ВАЕРС! СЭР ВАЕРС! ВАШ ДРУГ… ОН ПРОБУДИЛСЯ! ОН ТОЛЬКО ЧТО ПРОБУДИЛСЯ И ВПАЛ В ДЕМОНИЧЕСКИЙ ПРИПАДОК! НУЖНА ВАША ПОМОЩЬ! СКОРЕЕ! ЕСЛИ ВЫ ЕГО НЕ ОСТАНОВИТЕ, ТО ОН УБЬЁТ ДЕДУШКУ!

Какого причиндала? Мне послышалось или… СТОП!!! ЧЕГО⁈

Выкрики молодых инферийцев подействовали отрезвляюще и негативные мысли смыло как морской волной, а далее всё случилось за пару секунд. Аурное поле распространилось на всю резиденцию и просканировало местность от шпилей до подземных этажей. Местонахождение Рамаса и Грамара я отыскал практически сразу.

— Будьте здесь! — выпалил гулко я демонам вырываясь из области, а всё тело тотчас охватило черным туманом.

Сумрачный сдвиг…

От арены до подземного этажа, где происходило пробуждение крови удалось добраться секунд за десять. И прибыл я как нельзя вовремя. Двери, которые вели прямиком в один из залов вывернуло со всеми потрохами наружу. Но вырвало их не из-за чьей-то силы, а из-за барьера, который удерживали те самые два артефактора, что уже находились на последнем издыхании. А за защитным массивом творилось непойми что.

Внушительных размеров демон с узловатыми рогами на башке, крыльями и багровым цветом кожи, что показался мне смутно знакомым, пытался в самой яростной и беспощадной манере прикончить Грамара, который от истощения укрылся за несколькими защитными артефактами. Массивную тушу инферийца покрывал слабый огонь, но глаза прямо-таки пылали свирепостью.

Надо же… Диабал. Кто бы мог подумать. Значит, папаша Рамаса тоже диабал. Радует, что всё увенчалось успехом, потому как от бывшего тифлинга разило не только пламенем, но и целым Высшим Суррогатом. Слабеньким, конечно, но суррогатом. Впрочем, если сравнить прошлого Рама и нынешнего, то разница необычайно существенна.

К тому же я впервые видел демонической припадок со стороны и в действительности с моим выплеском имелось много общего. По крайней мере, будет повод поржать над парнем.

— Сэр Ваерс… Мы… мы долго не протянем… — пожаловался один из стариканов.

— Убирайте барьер, — скомандовал я им, лениво махнув ладонью. — А то всей нашей дружной компанией мы сейчас лишимся одного трухлявого пня.

Повторять им еще раз не пришлось и барьере тотчас спал, а сам я вальяжной походкой прошествовал внутрь.

— Чего скажешь, Грамар? — поинтересовался громко я, стоя за спиной демона и глядя на сжавшегося в комок старикана. — Как всё прошло?

— ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ НАДО МНОЙ, ЧТО ЛИ⁈ — выкрикнул яростно Хтар. — УГОМОНИ СВОЕГО ДРУГА ИЛИ ОН МЕНЯ ПРИКОНЧИТ!

— Так как всё прошло?

— САМ, ЧТО ЛИ, НЕ ВИДИШЬ? — чуть не плача надрывался старикан, но через миг тот понял, чего я от него хочу услышать. — ОН УЖЕ МОЖЕТ ОБРАЩАТЬСЯ В ИСТИННУЮ ФОРМУ! ЕГО ОТЕЦ ТОЧНО БЫЛ ВЕРХОВНЫМ.

— Так бы сразу и сказал, — расплылся я в коварной усмешке, делая движение вперед.

Сумрачный сдвиг…

Черно-Алый Арбитр…

Искра черно -алого геноцида…

Стоило сделать шаг вперед, как обновлённый Рамас ощутил чужое присутствие и резко развернулся в моём направлении, но единственное, что тому удалось лицезреть так это ослабленную версию молниевидного протазана, который припечатал новоявленного инферийца прямиком по лбу.

Пару мгновений Высший Суррогат еще стоял на ногах, причем на секунду мне показалось, что к тому вернулся здравый рассудок, но рассмотреть больше ничего не удалось, потому как глаза у демона закатились и парень словно подкошенный распластался между мной и тяжело дышащим Грамаром.