Чтоб я бесстыдно сдох! Проклятье! Они издеваются, что ли? Будь моя воля и я держался бы от всех голубокровных как можно дальше. Усралась мне такая честь от твоего чокнутого папаши. Да и твои хотелки, дрянь чешуйчатая, я вертел на одном месте. Ох, Ярвир, неужели я настолько сильно нагрешил в синдикате?

Впрочем, отвечать пришлось в уже отработанной манере.

— Я сделаю всё, что в моих силах, юная госпожа, — сухо отчеканил я, медленно выпрямляясь во весь рост. — Позвольте откланяться?

— Хороший мальчик! — похвалила та меня, мазнув острым ноготком по нижней губе, тем самым пустив несколько капель крови из образовавшейся ранки. — Ступай…

— Глазам своим не верю! Вот так зрелище! — вдруг громогласно рассмеялась Ульрика, наблюдая за произошедшей сценой. — Пока за ней бегают многие голубокровные рептилия привечает грязных бродяг. Ты и дальше продолжай бегать за этой дрянью, Глахаут, — пуще прежнего расхохоталась ледяная фея. — Вот смеху-то будет!

— Прикрой свой рот, Рика! — взбрыкнул представитель Хельхейма. — Иначе я…

Что именно захотел сделать главный наследник я так и не узнал, потому как мгновенно абстрагировался от всего и неторопливо зашагал в сторону выхода из зоны благородных, попутно с этим припоминая имя и расу моего первого соперника.

— Ледяной великан. Йотун. Хард из доминирующего клана Тримхейм.

Однако все вялотекущие мысли тотчас отошли на второй план, когда прямо передо мной будто из-под земли вырос силуэт тёмной альвы.

Что ж. Так будет даже лучше. Не пришлось её искать. На ловца и зверь бежит.

— Удивительно, что ты явилась одна, а не в обществе своего ухажера, — фыркнул лениво я, с наигранным видом глазами пытаясь отыскать Вестара. — Неужто сбежала от Снежинки?

В ответ же девка не обратила на колкий выпад никакого внимания.

— Как? — прошептала обескураженно она, глядя точно мне в глаза и набрасывая на небольшую зону полог тишины. — Как подобный тебе смог добиться расположения валькирии⁈ Каким образом ты околдовал госпожу Фьётру, раз она готова ради такого как ты предать свои убеждения и покинуть ряды небесных воительниц⁈ Как ты умудрился⁈

— Возможно, дело в моей харизме? — усмехнулся ехидно я.

— КАК⁈ — выкрикнула та мне в лицо с заметным трепетом. — КАКИМ ОБРАЗОМ⁈ КОМУ ТЫ ПРОДАЛ СВОЮ ДУШУ⁈ ОТКУДА ТЕБЕ ИЗВЕСТЕН ЯЗЫК ЗНАТНЫХ⁈

Безмозглая дура!

— Знай своё место, Мотылёк! Мои отношения с Дурёхой тебя не касаются! — глухо отчеканил я. — Благодари свои сраные Небеса, что уцелела, но лучше благодари Фьётру! Если бы не она, ты бы уже кормила червей свой смазливой мордашкой. Я очень жалею о том, что оставил тебя в живых. Скажу один раз и медленно, — склонившись над ухом альвы, губы сами прошептали нужные слова. — Если хоть кто-то узнает о прошлой ночи, то ты крупно пожалеешь. Ведь я вырежу под корень всех, кто тебе дорог. Вырежу одного за другим, как скот. Тебе дважды повезло. Этой ночью и на жеребьёвке. Попади ты в мою группу, и я бы отчекрыжил твою милую головку и отправил бы в качестве подарка Ноктиару! А теперь прочь с глаз моих пока я не передумал…

Последние слова пришлось произнести на архаике, но заведомо убедился, что рядом никого не было. Не знаю почему, но вкупе с крохами неистовства язык знатных приобретал абсолютно иные оттенки, потому как заслышав злополучную речь Элейна отшатнулась прочь, расширила от паники глаза и смертельно побледнела.

— Кто… кто ты такой на… на самом деле? — сбивчиво прошептала та. — Откуда… тебе известен язык знатных?

— Много будешь знать, очень быстро подохнешь, — безэмоционально отрезал я, неторопливо шагая в сторону буревестника и оставляя тёмную альву наедине с собственными мыслями.

Однако всем своим нутром я ощущал, что до самого последнего момента её затравленный взор был направлен мне в спину.

— Ранкар, Инферно тебя задери! Ты где пропадал⁈ — выпалил будто прокаженный тифлинг, стоило мне войти в личную комнату участника. — Куда тебя утащила Нефрит Ксанта? Мы тебя повсюду искали!

— В дерьме кое-кто был, — отмахнулся вяло я, усаживая свою задницу в удобное кресло рядом с безопасником. — В смердящем дерьме.

— Но пахнет от вас отменно, — решил схохмить Глиан. — Юный лорд не перестаёт удивлять.

— Что-то случилось? — удивлённо отозвался Тэйн.

— Позже, — поморщился невольно я.

Я бы и рад был рассказать, однако в помещении находился не только Рамас, Тэйн и Натан, но ещё и вездесущий старик-северянин, который грел рядом уши. Да и неизвестно, чем управляющие могли напичкать рукотворную комнату. Лучше перестраховаться.

— Не ожидал тебя тут увидеть, Алейф, — обратился я к сопровождающему.

— Я ваш проводник, чтимый Ранкар, — почтительно поклонился тот. — Надеюсь, вы не забыли об этом?

— Забудешь тут, как же, — хмыкнул безрадостно я.

— Вижу вы не в духе. Между прочим, давненько благородных Севера не сравнивали с испражнениями, — усмехнулся загадочно пожилой мужчина, присаживая подле меня. — Как понимаю, знакомство с нашими голубокровными вам пришлось не по душе, не так ли? Да и, судя по всему, у Нефрита Ксанта вы состоите на особом счету.

М-да! Странный старикан. Очень странный. Всё-то ему известно…

— Всё может быть, Алейф, — уклончиво отозвался я. — Лишь будущее рассудит правых.

— Вы уже оценили Яму? — поинтересовался старик, переводя беседу в иное русло.

В целом маги-строители постарались на славу. Помещений было столько же сколько и участников: сто двадцать восемь. Они были спроектированы в стенах Бойцовской Ямы и выводили прямиком на арену. Трибуна же зрителей располагалась гораздо выше нас, а чуть выше толпы зевак на своеобразных тронах и пьедесталах восседали главные действующие лица — дочери и сыновья небожителей. Причем небесных воительниц насчитывалось подавляющее количество. Хотя в целом оно и немудрено. Принимающей стороной был Ванахейм, который являлся вотчиной Фреи.

В стане Ванадис оказалось сразу шесть валькирий: Христа, Сигрун, Арнлейв, Ингрид, Фьётра и Ювина.

В стане Хеймдалля имелось лишь трое эйнхериев: сукин сын Гуннар, его подпевала Домар, и некто по имени Ортал.

Гармов Видара насчитывалось всего двое: Ингмар и Кралд. Вот только, если мне не изменяет память, Ингмар являлся первым сыном небожителя, а Кралд вторым. Можно сказать, что на отбор прибыла тяжелая артиллерия.

Правда, долго любоваться пешками богов и красотами арены мне никто не позволил, потому как над аренной зазвучал уже приевшийся голос главного управителя.

— ДАМЫ И ГОСПОДА! УВАЖАЕМЫЕ ОБЕРЕГИ И ПРАВИТЕЛИ СЕВЕРА, А ТАКЖЕ ГЛУБОКОУВАЖАЕМЫЕ ГОСТИ С ДРУГИХ ПАНТЕОНОВ! ТЕПЕРЬ Я С УВЕРЕННОСТЬЮ ВАМ ЗАЯВЛЯЮ, ЧТО МЫ… НАЧИНАЕМ ВТОРОЙ ЭТАП!!! ПОПРОШУ ПЕРВЫХ УЧАСТНИКОВ И ЧТИМЫХ СУДЕЙ СНИЗОЙТИ НА АРЕНУ!

Как бы то ни было, но первым со своего пьедестала встал Кралд, за ним последовала Христа и Сигрун, последним вниз спикировал Домар. Каждый из слуг занял свою часть разделенной арены, а затем над всей площадью разнесся уже иной голос:

— Первое ристалище… Таргрим из побочной ветви верховного клана Хельхейм против Оулы из доминирующего клана Айстар.

— Второе ристалище… Фенсира из доминирующего клана Хссор против Ласариса из побочной ветви верховного клана Альвхейм.

— Третье ристалище… Даскрим из побочной ветви верховного клана Муспельхейм против Рианза из доминирующего клана Утрас.

На следующем объявлении возникла небольшая заминка, будто диктор был не готов к такому, но вернув себе обладание, тот быстро продолжил.

— Четвертое ристалище… Хард из доминирующего клана Тримхейм против Ранкара из доминирующего дома Хаззак.

Надо же! Неожиданно.

— Чумного сильфа мне в глотку! — ругнулся Рамас с неким волнением. — Ты один из первых!

— А если быть точнее, — фыркнул я, глядя на проекцию в небе, — то один из последних.

В целом всё так и было, потому как в левой и правой группе начинали с самого начала и с самого хвоста. А я как раз находился в хвосте.