— Вот, пилять, везет же кретинам.

— Слышь, толстый, сам кретин. Я все сказал. Пока, бывайте, прощевайте, аривидерчи, гудбай, я пошел.

— Так, стоп, стоп, подожди, Бро. Не спеши. А ты где вообще топор взял и навык на него? У кузнеца на первые уровни только кинжалы есть и дубинки, откуда такое сокровище? И где навык выучить?

Я вспомнил давно прочитанную книгу и мой рот озарила широкая улыбка, неспешно преобразовавшаяся в волчий оскал:

— Ребята, вам сегодня крупно повезло! Готовьте деньги, я вас всему научу.

Три минуты спустя мы стояли на заднем дворе таверны, внимательно разглядывая кучу не переколотых дров.

— И что дальше?

— А дальше, вы все скидываетесь по пять медяков, а ты, толстый… а, хрен с тобой, тоже пять, я сегодня добрый.

— И за что это?

— По медяку, за обучение технике колки дров, по медяку за возможность пользоваться вот этими дровами для тренировки, и по три за аренду топора, он, знаете ли, не казенный.

Игроки молча переглянулись, а затем полезли в кошели за деньгами. Я мысленно потер ручки и начал инструктаж:

— В общем так, встаешь сюда, ноги ставишь шире и лупишь по пеньку до тех пор, пока не расколешь, потом берешь следующий и продолжаешь в том же духе. Если не совсем криворукий, то ровно через пятнадцать минут у тебя появится нужное умение. А если криворукий, то извиняй, в следующий раз только завтра сможешь еще раз попробовать. В общем так, вас тут восемь, по пятнадцать минут — это два часа получается. Держите топор, через два часа увидимся, отпразднуем вашу победу, а сейчас у меня дела.

Я всучил топор молодому предводителю, и под стук первых ударов рванул в таверну.

Людей в зале было не много. По словам Снегиря, многие предпочитали есть, не отходя от кассы, жаря кроличьи тушки на походном костре, ибо дефицита в этом самом мясе там не наблюдалось. Поэтому я сразу увидел Алёну, стоящую у стойки, и помахал ей рукой и бровями, указывая наверх. Она улыбнулась, сказала что-то хихикнувшей в кулачок подруге и, покачивая бедрами, начала подниматься по лестнице. Я рванул за ней, но на ходу был остановлен вынырнувшим из-за стойки хозяином таверны.

— Эй, Броневой, стой! Мне кажется, у нас был уговор. А ты где-то целый день прохлаждаешься, дрова не наколоты, и что-то топора моего не видно.

— Все будет, я человек слова, ровно через два часа можно будет принимать работу.

— Ну смотри у меня, не сделаешь, на всю деревню тебя ославлю, любой товар придется втридорога покупать. И свои товары не продашь и заданий тебе никто не даст. Ясно?

Еще раз заверив его что все будет в ажуре, я опрометью бросился наверх. Эх вспомнить бы еще где моя дверь, вроде эта. Я распахнул дверь и…

— Ой, простите мадам и… мадам, вы дверку, что ли, за собой бы закрывали. Что? Присоединиться к вам? Я весьма польщен вашим предложением, но может быть попозже, еще раз извините за вторжение.

Я метнулся к следующей двери, слава богам эта оказалась нужной. Алена уже лежала на кровати целомудренно скрестив ножки.

— А вот это неправильно, — поведал я ей, стягивая свою робу, — как научил меня сегодня один мудрый дядька, в колке дров и любви есть много общего.

— И что же это?

— Ноги при этом надо держать как можно шире.

— Вот так?

Я оглянулся и чуть не свалился, запутавшись в штанах.

— Лежи так, никуда не уходи, я щаз.

Кое-как содрав с себя одежду, я нырнул на кровать, зарываясь носом в пушок внизу ее живота. Втянул носом запах, расслаблено выдохнул. Аромат был чудесным, и почти неуловимым. Полевые цветы и молоко. Вдохнул еще несколько раз полностью расслабляясь.

— Ты не поверишь, — я начал покрывать низ живота поцелуями, сегодня меня палили огненными элементалями, чокнутый скелет пробил мне голову и сожрал мозги, а в конце толпа озверевших игроков хотела меня линчевать, и это я еще не вспоминаю про порубленные топором ноги…

— Бедный мой господин, — руки девушки опустились мне на голову, поглаживая и мягко массируя многажды поврежденную кожу.

Я застонал от удовольствия и начал спускаться ниже. Теперь уже пришла ее очередь стонать от наслаждения.

— Что это, мне так еще никто не делал.

— Это я сейчас у соседок наших подсмотрел, расслабься, отдыхай.

На пару минут, в комнате воцарилась тишина, прерываемая лишь тихими стонами девушки. Затем не выдержав она притянула меня к себе, застонав уже по-настоящему…

— Я там тебе морса принесла, — показывая на столик, девушка махнула головой и положила мне ее на грудь.

Я вынырнул из полусонного состояния и погладил ее по волосам, прижимая ближе к себе.

— Мне идти надо, а то и так на два часа тут потерялась, меня точно уволят.

— Два часа? Чёрт, как-то незаметно они пробежали, мне тоже идти надо.

— Мне вечером к тебе зайти?

— Даже не знаю, я сегодня поздно вернусь, но, если меня дождешься, буду рад.

Полюбовавшись как девушка грациозно прошлась до своей скинутой одежды и моментально облачилась в свою рабочую форму, я только горестно вздохнул и совсем не грациозно начал облачаться сам, а затем, чтобы не встречаться с трактирщиком вышел в окно. Высота плевая, меньше трех метров, но ноги отбил основательно, да еще и чуть не уронил на себя двухведерный самовар, тихо попыхивающий дымком из здоровенной трубы прямо под окнами моей комнаты.

Хромая на сразу на обе подвернутые ноги, я вышел на задний двор и радостно воздев руки с фальшивой улыбкой вскричал:

— Ну что, поздравляю вас! Вы познали тайны бытия, и теперь вам не будет равных в бою на топорах, о великие победители элементалей!

Ответом мне был угрюмый взгляд восьми пар газ.

— Ты обманул нас! — Совершенно справедливо предположил глава шайки, негодующе уставив в меня свой указующий перст.

— Что такое, — деланно изумился я, — неужели у тебя не получилось?

— Ни у кого не получилось!

— Так может вы времени мало этому посвятили, — спросил я, краем глаза косясь на гору кое-как порубленных дров.

— Все делали задание ровно по пятнадцать минут, а я полчаса, ни у кого ничего не получилось!

— Не знаю, я все тоже делал и как видите, все прошло как надо. Ничего завтра попробуете, и все у вас получится, буду ждать вас здесь завтра в полдень.

— Да пошел ты, мы сами все сделаем, ты просто скажешь, где взял топор. Иначе мы тебя будем валить, пока не взвоешь на луну, как бродячий блохастый пес. И никаких денег за эту инфу ты не получишь. Понятно?

— Я и не собирался с вас денег просить, — соврал я, — просто поверьте моему слову, уж лучше вам со мной сотрудничать, так нервы будут спокойнее.

— Поверить тебе на слово? Ты что смеёшься?

— Нет, не смеюсь и думайте, что хотите, но я с вами всегда был честен. В общем, я этот топор получил у бабки-травницы.

— Эта такая, на Бабу-ягу похожая? Она вроде квест на сбор трав дает?

— Ага, она, только квест другой.

— Что за квест?

— Ну, я это… ее того… облагодетельствовал, вот она меня топориком и одарила.

— Чего!? Фу! Ну, ты, капец извращенец! Ей же лет сто пятьдесят, наверное!?

— А что делать?! — Я смиренно потупил глазки, — деньги я все пропил, а воевать чем-то надо, вот бабулька мне и подвернулась…

— Капец просто, — потерянно пробормотал предводитель, швырнул к моим ногам топор со сломанной рукоятью, молча развернулся и потопал в сторону заячьего холма. Все остальные потянулись вслед за ним.

— Эй, — заорал я вслед им, — а кто за сломанный топор платить будет?

Все, не сговариваясь и не поворачиваясь продемонстрировали мне кулак с вытянутым средним пальцем и пошли дальше.

— Хорошие, в общем-то, ребята, решил я, надо будет в конце игры им деньги вернуть, считай пол золотого на меня потратили. Вот только топор они мне действительно поломали, топорище снизу доверху раскололи, тут для починки одним рулоном скотча не отделаешься.

Не откладывая на потом, я записал ник предводителя себе в журнал, на самом деле надо будет деньги отдать, если они у меня к тому времени будут.