Пока я наблюдал за Лирой, в домике на окраине деревни ничего особо не поменялось: шаман всё так же был в своей каморке, а Астерот всё так же смотрел в небольшое окошко. Его, как и Лиру, терзало тяжёлое предчувствие о начинающемся дожде, но к каким-то значительным выводам о природе этого предчувствия он не пришёл.

Мысли привели его только к тому, что это как-то связано с Озером, ведь именно оттуда к ним приплыли тучи, закрывшие рассветное небо. Стоило скрыться новому дню, деревня словно обратно скатилась в чёрную ночь, облепляющую сознание своим мраком. Ему казалось, что он слышит чьи-то крики, полные отчаяния и бессильной злобы, ему мерещились чьи-то изучающие взгляды оттуда, из темноты. Астерот чувствовал в дожде что-то неприятно знакомое, и потому вглядывался в окно, терзая себя попытками всё же узнать, что именно.

— Жрец… — Прохрипел сзади шаман. Аспер тут же обернулся, краем сознания отмечая готовый встать на его защиту собственный страх, но немного успокоился, увидев на пальцах Оска кольца, а в глазах — искры сознания. — Дух говорит мне, что это…

— Он сделал? — Договорил за него маг, напряжённо осматривая резко ставшую совсем уж бледной кожу шамана. Он перебирал кольца, то и дело позвякивавшие друг о друга, а глаза с постоянно расширяющимися и сужающимися зрачками хаотично осматривали комнату, избегая при этом даже мельком глядеть в окно. Оскион не только кольца надел, но и хоть как-то привёл себя в порядок, собрав волосы в хвост, но это его не сильно спало: услышав голос Астерота, шаман шагнул назад и врезался затылком в висящий над ним шкаф.

— Что?.. — Прошипел он, потирая ушибленное место. — Ты говоришь… Он?.. — Взгляд шамана с видимым усилием остановился на Астероте, и на его лице отразилась сразу целая последовательность эмоций: недоверие, показавшееся в опустившихся бровях, удивление, поднявшее брови немного выше, чем они были до этого, и наконец смятение, вернувшее лицу прежний вид. Всё это время он вслушивался в тишину, словно с ним кто-то разговаривал, а Астерот стоял и наблюдал, пытаясь понять, сошёл шаман с ума или всё-таки нет.

— Оск? — Спросил Аспер спустя минуту, проведённую шаманом под шкафом. Пока он кого-то слушал, его ноги медленно подгибались, и в итоге он оказался сидящим на полу. — Ты здесь? — Для лучшего эффекта Аспер помахал ладонью перед его глазами, но эффекта никакого не увидел. Как сидел на земле, так и остался сидеть, не реагируя ни на что.

Вздохнув, Астерот отошёл от своего «наставника». «Похоже, всё-таки свихнулся,» — заключил он, выходя в коридор. Ему было даже немного жаль съехавшего с катушек шамана, и не столько из-за того, что он мог ещё чему-то его научить, сколько из-за непонятно откуда взявшейся привязанности. Эмоциональный, пусть иногда и напоминающий ребёнка, Оскион почему-то располагал к себе.

Но лечить, — и не только сумасшествие, а в целом, — Астерот толком не умел, так что решил вернуться домой. Там хотя бы люди в сознании ходят… По крайней мере, он хотел на это надеяться.

Перед уходом из дома зашёл в спальню и забрал из пустого ящика резной камушек. От него по коже расходился озноб, и поэтому, от греха подальше, Аспер завернул его в небольшой кусочек ткани, заботливо оставленный шаманом на тумбочке. Кто знает, что это было, но оно оказалось неплохой защитой от воздействия артефакта.

Перед выходом заглянул в большую комнату, прикидывая, не забрать ли оттуда что-нибудь, но понял, что для него все эти травки и корешки бесполезны, ведь он даже не знал, что это всё такое и для чего нужно то или иное растение. Так что, ещё раз вздохнув и тихо попрощавшись с шаманом, который всё это время что-то неразборчиво шептал, он подошёл к узкой двери и аккуратно выглянул во мрак. Не было видно ничего, и Астерот шагнул на крыльцо, но услышал за собой голос и стук чего-то, упавшего на пол.

- …только не открывай! — Громким шёпотом требовал Оскион.

Арбалет… получился. Выглядел он, конечно, немного странно: хоть и был деревянным, всё равно отсвечивал зелёным; тетивы не было, как и курка, так что ещё предстояло разобраться с техникой стрельбы; и, что расстраивало, по весу он сильно отличался от прошлых — возможно, из-за магического способа создания. И если прошлые условия были ещё приемлемыми, то факт того, что арбалет этот отнюдь не навсегда, который Лира не могла ничем объяснить, а просто-напросто чувствовала, огорчал. Сколько раз она воспользуется этим оружием: один, два, десять? И что, новый тогда делать?

Девушка встрепенулась, поняв, что не знает, сколько прошло времени, пока она собирала арбалет. Никаких звуков она за это время не услышала, значит, хотелось верить, внизу всё спокойно? Она прислушалась, но дом был в тишине, и лишь капли дождя всё так же ровно и спокойно выбивали всё тот же ритм.

— Может, спустимся? — Решила наконец спросить Лира, чтобы хотя бы понять, говорит Иссушённая или нет.

— Я за тобой. — Коротко бросила Убийца, касаясь двери. — Тебе решать.

Лира, собрав в себе остатки смелости, резким движением встала, подошла к двери и открыла её. И в ужасе отпрянула, увидев за дверью какую-то тварь.

Из спальни Астерота, располагавшейся напротив, тянулся отвратительный кроваво-гнойный след. Его оставляла бесформенная куча плоти примерно по пояс, усеянная глазами, с пучками мелких, длиной с предплечье, щупалец, состоящих из того же самого посеревшего бесцветного мясца, из которого росли, торчащих в разные стороны в совершенно случайных местах. По всей площади серой плоти существа раскрывались и зарастали трещины, из которых и вытекала мерзкая жидкость.

Увидев Лиру, оно радостно взвизгнуло и протянуло к ней свои отростки. Под взглядом десятков глаз разных форм и размеров девушка стушевалась, не понимая, куда конкретно бить, но на помощь пришла Убийца. Острые когти, встретившись с щупальцами, с лёгкостью их перерубили. Из образовавшихся ран выглянули почерневшие кости, и коридор огласил тихий вскрик.

Лира же, отойдя от шока, — она ожидала увидеть снаружи что угодно, но не вот это, чем бы оно ни было, — вспомнила про арбалет и направила оружие на существо. Пока оно ползло, арбалет выстрелил. Сам, без особых действий со стороны хозяйки: просто уловил её желание избавиться от этой гадости, сформировал из желания заряд, и зеленовато-рыжая стрела спустя секунду вонзилась в порождение Скверны.

От места, куда попала Лира, пошёл лёгкий полупрозрачный дымок, и незваный гость запищал уже не прекращая, потянулся к стреле обрубленными щупальцами, но не смог за неё уцепиться и завизжал ещё сильнее. Потом и вовсе со скоростью, которую совершенно не ожидаешь увидеть от подобной гадости, пополз обратно в спальню Аспера, вероятно, намереваясь сбежать.

Его отговорила вторая стрела, запущенная Лирой. Она ещё не разобралась до конца, что именно повлияло на арбалет и заставило его выстрелить, поэтому сейчас, направив оружие на быстро убирающееся от неё существо, решила усилить эффект:

— Сдохни! — Крикнула она, и с арбалета сорвалась красная молния, слабо напоминающая стрелу. Пару раз изменив своё направление за время полёта, она влетела в очередную открывшуюся на теле существа трещину. Зашкворчали выделения, задымилась ещё одна сторона, но визг утих. Тварь ещё пыталась уползти, но постепенно её усилия сходили на нет, а потом, успев добраться только до двери в спальню Астерота, опала.

Лира осторожно приблизилась к умирающему существу, боясь того, что это лишь обманный манёвр, и скривилась, когда прямо перед ней из существа выпало сразу несколько окровавленных глаз. Оно умерло, но до чего же мерзко было рядом с ним находиться!

— Мы идём вниз. — Твёрдо сказала она, стараясь не наступать в то, что оставило после себя нечто, и подошла к лестнице. — Слава богам, — прошептала она, увидев перед собой чистую лестницу без следов пребывания твари, и начала спускаться. Арбалет держала наготове, но внизу было тихо и пусто.

В прихожей не было никого, дверь была плотно закрыта, но на полу красовалась длинная царапина, а полочка, раньше аккуратно висевшая на стене, теперь лежала рядом с уродливой бороздой, разбитая в осколки. Тумбочку кто-то перевернул, коврик оказался порван. Неясно было, что конкретно пробралось в дом, но оно явно не с добрыми намерениями пришло.