- Мы взяли его! – заявил он, и не думая подниматься в наш кабинет.

- Кого? Корвдейла?

- Ну не так круто, конечно, - развёл руками шеф, - взяли выжившего из «Бычьей головы».

У меня в животе тут же образовался ледяной ком, и я порадовался, что ничего не ел с утра. Так бы могло и стошнить. Меня вообще бывало рвало перед атакой, и я всегда воспринимал это только положительно. Ранение в живот при пустом желудке не смертельно, хотя мне всё равно не хотелось бы получить пулю в брюхо.

- Куда мы? – спросил я, когда мы прошли и мимо столовой, где обычно начинался наш день.

- В допросную, - весело выдал Кингсфорд.

- Поесть бы для начала, - предложил я, - чего с ним возиться на голодный желудок?

Шеф смерил меня взглядом, но ничего говорить не стал. Просто шагал дальше. Я уже всё понял, и знал, что меня ждёт, но отвертеться никак не получится. Видимо, Кингсфорд воспользовался моей оплошностью с удостоверением бейлифа, чтобы лично перехватить у самой проходной.

- И кто он такой? – не отставал я, пока мы шагали в одну из допросных камер. Бежать поздно, а значит надо играть до конца – что мне ещё оставалось.

- Скоро сам увидишь, - заверил меня шеф нехорошим тоном. – И, гарантирую, ты будешь очень сильно удивлён.

Когда я вошёл в допросную, увидев там всех остальных, то ничуть не удивился. В центре камеры стоял пустой стул, привинченный к полу. Даже стола не было.

- Присаживайся, - усмехнулся мне Кингсфорд, - и не рекомендую тебе рыпаться. Мы ребят вроде тебя не сильно любим.

- Это каких?

- Подлых, двуличных, сволочных, - выдал Кингсфорд, называть его теперь шефом язык уже не поворачивался. – Гадов, что пробираются в наши ряды.

Я дёрнулся было, но рядом оказались Варбёртон с Крисмидором. Полуэльф быстренько разоружил меня, а ветеран-железнобокий усадил на стул, придавив плечи своими стальными руками. Теперь я и двинуться не мог лишний раз.

- Как и думал, - кивнул Кингсфорд, разглядывая мой пистолет, - «нольт» под девять на девятнадцать империал. Надо отдать его баллистикам, уверен, гильзы от него найдутся в «Бычьей голове».

- Если это проверка на вшивость, то давайте заканчивать, - продолжал играть я в надежде, что так оно и есть. С Кингсфорда станется проверить меня настолько жёстко.

- Надолго не затянется, - кивнул он мне. – Ты прокололся на деталях, их слишком много, чтобы запомнить всё. Я начал подозревать тебя после Двора чудес, хотя тупица Гидеон и звал тебя к тебя к себе, считая просто уникальным кадром. Но потому он и сидит в криминальной полиции пять лет без повышения, так ему и надо раз не видит дальше собственного носа. Ты оказался слишком осведомлен об оперативной работе, я прямо порадовался, что мне выдали настолько толкового сотрудника. Считал, ты был связан с контрразведкой – у тамошних волкодавов хватка куда нам всем – запросил дело, а там стандартная биография. Разве что служба в КГЛ удивила, но там уж точно не набрался бы уму-разуму. Вот только оказалось никак ты не был связан ни с контрразведкой, ни с каким смежным ведомством, даже в комендантской роте не служил. Откуда такая осведомлённость о методах работы?

- Да я вроде ничего сверхъестественного не делал и не говорил.

Я попытался пожать плечами, но Варбёртон держал крепко.

- Допустим, - кивнул Кингсфорд, - всё это лишь мои домыслы, их к делу не подошьёшь. Может, ты и правда гений и самородок, потому и командирован к нам. Я даже сам так думал, правда, считал, что мне повезло. Но сегодня утром я получил две фотокарточки, и они меня очень сильно разочаровали. Точнее не они сами, а ты, приятель.

Он вынул из кармана перепечатанную из личного дело карточку, с неё на меня смотрел молодой человек с приятным лицом и аккуратными усами, одетый в узнаваемый чёрный мундир офицера КГЛ уже без знаков различия.

- Узнаёшь? – поинтересовался Кингсфорд.

Я отрицательно покачал головой, хотя и узнал, конечно, того, чьё место занял. Врать в слух уже не было моральных сил. Хотелось просто выдать им всё, и пусть делают со мной что хотят. Да, я занял место убитого офицера, но он бы всё равно умер (понимаю, что это вообще не оправдание), а я пришёл вместо него, чтобы расследовать это дело…

- Это настоящий, - Кингсфорд назвал имя-фамилию того, чьё место я занял, - которого ты отправил на тот свет. А вот это лицо, - жестом фокусника он вынул из-за первой фотокарточки вторую, - узнаёшь?

Эта была куда хуже качеством, но, видимо, перепечатку с газетной вырезки делал настоящий гений фотодела. Я даже знаю кто. Когда ушлые журналисты сумели заснять меня вместе с одним из участников недавнего скандала в высшем обществе, я был, признаться, только рад. Это добавило мне известности и во многом благодаря этому фото и самому скандалу я сумел удержаться на плаву. А вот теперь аукнулось так, что хоть плачь. С зернистой фотокарточки, перепечатанной из газетной вырезки, на меня смотрело моё лицо. Отпираться тут совершенно бесполезно.

- Ты хорошо засветился в том деле, - продолжал Кингсфорд. – Распутал его, выдал прелюбодея отцу девицы, а после дуэли тот вынужден был на ней жениться. Хотел он того или нет, выбор у него был невелик – или под венец или пулю в лоб. Высшее, мать его, общество – там законы волчьи. А ты, значит, пересидел это время сначала в Лонгутоне, а после в королевской библиотеке у Кардинала Ши. Интересная личность, кстати, даже странно, что я никогда не слыхал о нём.

- Быстро ты, Стенас, всё разузнал, - невесело усмехнулся я. – Оперативно.

- Шеф отправил меня в библиотеку сразу, как мы закончили вчера, - ответил полуэльф. – Повезло просто, что успел, да ещё там служит дамочка, ну чистой воды синий чулок, а оказалась такой страстной, что я едва ноги уволок потом. Надо будет снова к ней наведаться. Мы с ней быстренько подшивку «Реестра» прошерстили в перерыве между делом, и она даже позволила мне переснять нужную карточку.

- Повезло тебе, - осклабился я, - жаль, ты меня с собой не взял на это дело. А я думал, мы товарищи.

Вот это было ошибкой. Варбёртон с такой силой вдавил меня в стул, что не знаю даже, что трещало – мои кости или ножки стула. Я взвыл от боли. Бывший железнобокий ещё и кулаки сжал, так что плечи взорвались болью.

- Ты, паскуда, тут товарищами нас не зови, - проревел он, - понял? Ты только говорить должон, а для этого дела тебе руки-ноги не надобны!

От ярости говор его стал совсем уж простонародным, как будто он вчера только из родного Логреса перебрался сюда. Причём откуда-то из чудом сохранившейся там сельской местности. Сам там не был, но слышал, что говорят там примерно так.

- Не удави его только, Генри, - осадил его Кингсфорд. – Он нам нужен живой и целый пока.

Меня не порадовало, но отнюдь не удивило это самое «пока». Я уже понял, что сегодня – мой последний день в прокуратуре, и выйти из этого здания живым шансов у меня почти нет.

- Ты прищучил меня, Уолтер, - прохрипел я, - чего хочешь теперь? Раскрыл предателя, отдавай в контрразведку или кто в прокуратуре такими, как я занимается, чего время тянешь?

- Хочу узнать, что ты делал в «Бычьей голове», - закономерно ответил Кингсфорд.

- Уговаривал Психолирика вернуть деньги, конечно. Меня нанял Мишель… Эдвардс, в смысле, так он мне представился. Принял мои условия и цену – десять процентов от украденного. Я вышел на Психолирика через ту бабу, что мы потом со Стенасом нашли. Пришёл с ним поговорить, чтобы вернул деньги по-хорошему, но, видимо, за мной следили, потому что сразу устроили по-плохому.

- Пожар в доме Эдвардса тоже твоих рук дело? – быстро спросил Кингсфорд.

- Само собой, - не стал отпираться я. – Этот червяк хотел прикончить меня руками своего ублюдка-шофёра. Это он насиловал и резал девицу, а Мишель, видимо, совсем потерял потенцию, только со стороны глядел.

- Дом-то зачем жечь? – удивился Крисмидор.

- Месть, Стенас, - усмехнулся я. – Хотелось ему нагадить как следует напоследок.

И тут Варбёртон удивил меня. Он чуть разжал хватку на моих плечах, заставив меня снова кривиться от боли. Кровь побежала в пережатые прежде места, и мышцы пронзили тысячи игл.