– Понял, – кивнул Эвар. Отволок меня от клетки, небрежно швырнул на пол.

Пока я пыталась отдышаться – удар вышиб воздух – названные варакхами подвели к нему Аларин.

– Оставьте ее, – приказал Эвар.

Аларин тоже ничего предпринять не успела. Как только варакх ее отпустил, Эвар спеленал девушку магией, не позволяя снова стать прозрачной и попытаться переместиться.

– Эвар, ты не хочешь этого! – воскликнула я приподнимаясь. Эвар замер, повернулся ко мне. Безжалостные глаза пригвоздили меня к месту. Но я продолжила: – Отец тобой манипулирует. Всю жизнь приказывает, говорит, что и как делать. Но чего ты хочешь на самом деле? Неужели этого? Поработить людей, обрушить острова. В этом твое счастье? Ты говорил, что не знаешь, чего хочешь. Если бы ты хотел именно этого, ты бы чувствовал уже тогда. Но это не так. Это не твой путь.

Эвар внезапно оказался рядом со мной. Глаза едва уловили стремительное движение.

– Ты думаешь, будто знаешь, чего я хочу? Да что ты о себе возомнила!

Наши лица оказались друг напротив друга. Эвар стоял, возвышаясь надо мной, как будто вот-вот раздавит, как букашку.

Я пыталась оставаться спокойной и твердо смотрела на него.

– Я не знаю, чего ты хочешь. Но уверена, что не этого. Освободись от гнета отца. Остановись. Просто подумай.

– Молчать.

Татуировка, отзываясь на приказ, обожгла болью.

– Эвар, послушай!

– Сидеть и молчать! – рявкнул он. Больше я не могла противиться. Магия, расходясь по всему телу от татуировки, которая теперь горела огнем, заставила подчиниться. Сесть прямо на пол и замолчать.

Теперь я не могла говорить. Только смотреть.

– Какое любопытное представление, – заметил главный демон. – И все же пора начинать.

Эвар кивнул. Один за другим к нему начали подходить варакхи. Передавали свечи. Обыкновенные свечи, но Эвар подносил их к клетке, заточенный демон касался их своим дыханием, и свечи чернели прямо на глазах, наполняясь темной энергией. Преобразовав двадцать одну свечу, Эвар принялся расставлять их на полу в форме овала. В этот овал как раз поместится хрупкая Аларин. Она, связанная магией, лишь с ужасом взирала на происходящее.

А я… я боролась. Пыталась перебороть приказ, сделать хоть что-нибудь, но могла лишь сидеть и молчать. Как повелел Эвар, оказавшийся моим хозяином!

Зачем бог все это провернул… зачем?! И почему избрана я? Ну какой от меня толк? Сижу здесь, в самом центре этого мира и происходящих событий, а сделать ничего не могу. Как была бесполезной с самого начала, так и осталась. Даже прежнего Эвара вернуть не могу. Он стал демоном. И теперь безжалостно выполняет волю отца.

Что я могу? Для чего я здесь?!

Приготовления продолжались. Эвар вычерчивал на полу символы напитанным силой узника мелком. Рисунок выходил черным и пугающим. Все символы – резкие, зловещие. От них тоже исходила сила.

Закончив чертить, Эвар подошел к Аларин, поднял ее на руки и положил прямо на вязь магических символов в окружении черных свечей. Несчастная дергалась, пыталась пошевелиться, но магия держала надежно.

Прости, Аларин, я не хотела приводить тебя в ловушку…

Эвар снова подошел к отцу. Вытащил откуда-то кинжал, я даже не заметила, откуда он взялся. Демон протянул руку между решетками. Эвар надрезал ладонь отца и подставил свою руку, собирая в нее капли крови. Затем вернулся к Аларин и принялся вырисовывать символы прямо на ней. Демонической кровью.

Я боролась. Смотрела на происходящее, не отводя взгляда, и боролась с приказом, связавшим меня куда более сильными путами, чем обыкновенная магия. Пыталась использовать магию звезд. Ведь руки не связаны, я могу ими шевелить! А для заклинаний иногда достаточно знака. Но в этом наполненном демонической энергией месте магия звезд, сохранившаяся во мне, сияла совсем тускло и почти не ощущалась.

Но я ведь должна хоть что-нибудь сделать!

Каким-то невероятным рывком выплеснула из себя магию звезд. Это был последний рывок. Потратила все до последней капли. Зато путы с Аларин сорвало, разбросало свечи и размазало начертанные символы.

Заточенный демон яростно взревел. Варакхи подались в нашу сторону, но без приказа что-либо делать не решились.

Исчезнуть Аларин не успела. Попыталась, но Эвар снова ее спеленал. У него на это ушло всего лишь мгновение. Сорвавшись с места, Эвар подскочил ко мне и, схватив за ворот, поднял над полом.

– Ты! Не смей больше вмешиваться, ты меня поняла? – встряхнул с такой силой, что мне показалось, будто вытрясет душу.

– Эвар, – прохрипела я, получив возможность говорить. Накрыла его руку ладонями. – Эвар, пожалуйста. Ты не хочешь меня убивать. Неужели ты позволишь?..

От моего прикосновения он вздрогнул. В красных глазах вспыхнула злость.

– Прекращай разговаривать с девкой! – прорычал узник. – Прикажи, чтобы заткнулась, и берись за дело!

– Эвар, ты говорил, что любишь меня, – прошептала я. – Это чувство не могло исчезнуть. Даже теперь, когда демоническая кровь пробудилась. Любовь просто так не исчезает.

Но в ответ – лишь беспощадный взгляд. Он не стал меня швырять. Отпустил и приказал:

– Не двигайся. Не вмешивайся. Молчи.

Я вновь ощутила, что магия подчинения вступает в силу, заставляет повиноваться.

Эвар быстро восстановил символы. И свечи снова расставил как нужно. Через несколько минут Аларин снова заняла свое место поверх зловещих, наполненных силой символов в окружении черных свечей. Наклонившись над ней, Эвар рисовал у нее на лбу, на груди, на животе и руках кровью отца, прародителя всех демонов и бывшего бога. Даже отсюда я чувствовала, как концентрируется сила, наполняя зал уже сейчас, еще до начала ритуала.

Вскоре закончив, Эвар выпрямился.

– Варакхи! – скомандовал узник. Приказ он не стал озвучивать, может быть, передал мысленно, однако демоны послушались и окружили Аларин.

Эвар направился ко мне. В его руках снова появился кинжал.

– Одновременно, сын, – напомнил узник.

Эвар кивнул и, взяв мою ладонь, нанес посередине порез. Я вздрогнула от боли, но не смогла издать ни звука. Затем такой же порез Эвар нанес на вторую руку. А потом, на шаг отступив, произнес первое слово заклинания. И это дало отмашку для действий остальных. Параллельный ритуал с Аларин тоже начался.

Голоса пятерых демонов, варакхов, походили на скрип, рычание и шелест одновременно. Резкие, грубые слова заклинания звучали в их исполнении поистине жутко. Вслед за ними заклинание подхватили все демоны, что были в зале, стояли, рассредоточившись вдоль стен. Рычащие, рокочущие звуки заполнили пространство. Магия начала собираться, набиваться в зал чем-то тяжелым и липким.

Эвар тоже произносил заклинание, но совсем другое. И оно тоже начало работать – я ощутила неприятную, тянущую боль в порезанных ладонях и почему-то в груди.

Все это время я пыталась бороться. Пыталась сорвать путы подчинившего меня заклинания, чтобы вновь заговорить. Что еще я могла? Магии звезд во мне больше не было – истратила все до последней капли, но даже Аларин не сумела спасти. И теперь осталось только одно – бороться с магией подчинения, чтобы вновь заговорить. В последний раз, наверное.

Беспорядочные мысли метались в голове. Я пыталась понять: почему?

Почему я здесь, для чего? Почему выбрана именно я? Ведь это бог, создатель мира пробрался на Землю, чтобы отметить меня нужным знаком. Он сделал все, чтобы я здесь оказалась. Но зачем, если я не могу ничего?! Стою, скованная магией, не могу пошевелиться. Не могу произнести ни слова. Только смотрю. Смотрю в жестокое лицо Эвара, в безжалостные красные глаза. Мысленно молю его прекратить, но он ведь не слышит, продолжает произносить заклинание.

Хочется кричать: для чего?! Для чего это все и почему этот кошмар не мог обойтись без меня.

Смотрю в глаза Эвара, и боль физическая отступает перед болью душевной. Я помню его поцелуи. Помню его прикосновения. Помню шепот: «Я тебя люблю». Сплетение нежности и страсти. Искренность. Он был искренним со мной! Он тянулся ко мне всей душой. Он готов был на все, лишь бы уберечь меня от этого кошмара. Его отец что-то с ним сделал. Пробудил демоническую кровь, которая теперь возобладала, покорила его. Но это не Эвар. Я знаю, прежний Эвар не хотел бы этого. И я тоже не хочу для него такой участи. Не хочу, чтобы он остался бесчувственным чудовищем. Всю свою жизнь он слушал отца. Делал, что тот ему говорил. А сам не знал, чего на самом деле хочет. Даже если мы не будем вместе, даже если Эвар убьет меня, я должна его освободить.