Тепло, ветерок приятно обдувает, а палящие лучи солнца до нас не добираются – крыша не позволяет и положение солнца в небе. Через пару часов здесь будет жарко, но сейчас в самый раз. Хочется расслабиться и насладиться прекрасным днем, однако в компании Воргарека этого делать нельзя. Приходится держать ухо востро и в очередной раз напоминать себе о шестидесяти трех женах. И о сожжении на костре за отсутствие девственности. Тоже хорошая мотивация, чтобы не терять голову от божественно обаятельного мужчины с невероятно проникновенным голосом и завораживающими глазами глубокой небесной синевы. Шестьдесят три жены, Илона! Сожжение на костре. Уф, кажется, полегчало, а то ведь опять забываться начала.

– Кто вы? Какова ваша суть и магия? – спросила я, приходя в себя. Хорошо хоть целоваться не начали. По-прежнему сидели друг напротив друга. – Ты говорил о магии звезд. Но сам владеешь не ею?

– Нет. Боги не владеют магией звезд. Магия звезд присуща лишь нескольким мирам, в том числе этому. Мы пришли из другого мира. Из мира, где рождаются столь могущественные существа, что в других мирах они считаются богами. Откуда взялись первородные боги, уже сам сказать не могу. А мы – я и мои собратья – рождаемся, как и все остальные. У нас есть матери и отцы. Но в одном мире нам тесно. И, подрастая, боги ищут другие пристанища. Так мы пришли в этот мир. В поисках нового дома. И нашли. Решили, что вполне сойдет. А магия всегда с нами. Мы и есть магия. Мы ее тратим и снова генерируем.

Стоп! Генерируем? Помнится, Эвар удивлялся, откуда я знаю умные слова, никак не вяжущиеся с развитием людей. Я не могу знать это слово. Проверка? Наверняка.

А значит… я захлопала ресницами и переспросила:

– Что значит «генерируем»?

Что-то странное блеснуло в глазах Воргарека. Похоже, насчет проверки я не ошиблась. Бог пояснил:

– Заново создаем. Уровень магии восстанавливается в нас самих. Мы не нуждаемся во внешних источниках, но все же кое от чего зависим. От веры. Чем больше в нас верит людей или других разумных существ, чем больше нам молятся и поклоняются, тем сильнее мы становимся.

Так, вот сейчас главное правильно дурочку изобразить. Чем глупее выглядит мордаха, тем меньше подозрений вызовет вопрос.

– Настолько, что сможете победить демонов?

– Возможно.

– Но если их не будет, то не станет и соперников.

– До этого еще далеко, – уклончиво ответил Воргарек.

Дальше допытываться не имело смысла. Я поспешила сменить тему.

– А как вы проходите между мирами?

– Легко, – Воргарек улыбнулся. – Для богов это как пройти из одной комнаты в другую.

К сожалению, больше ничего выпытать не удалось. Но, выходит, способ, которым пользуются боги, подходит исключительно им. Опять же, получается, что Воргарек мог бы мне помочь. Вот только не могу я сказать ему правду. Просто не могу. Слишком силен, слишком непредсказуем.

За ужином ко мне снова пристали. Думала, пару дней выиграла? Ошибалась! Жены Воргарека одна за другой начали рассказывать о божественном опыте постельного времяпрепровождения с Воргареком. А руководила этим безобразием Ольмина. Похоже, решила вытравить из меня страх перед мужчинами, которым я будто бы страдаю. Их послушаешь, так будто в жизни ничего прекрасней нет, чем мужские ласки. Ну, не знаю. Может быть, в отношении Воргарека это действительно так. Он все же бог. А мне то ли не повезло с мужчиной, то ли я просто не настолько восторженная…

На мой взгляд, будь я невинной барышней из Средневековья, вообще бы перепугалась от всех этих разговоров. Вместо того чтобы кинуться Воргареку в объятия. Слишком уж сильно на меня напирали.

– А еще, – добавила Ольмина, – мы все остаемся молодыми. Звучит удивительно, но после первой же ночи с Воргом мы перестаем стареть. Эффект, конечно, временный. Но если периодически повторять, молодость сохранится навсегда. – Глаза Ольмины лукаво заблестели. – Вот, например… Дельмира. Познакомьтесь. Первая жена Ворга!

Из-за стола приподнялась шатенка с толстой косой и худым, скуластым лицом. Не красавица, как и все. Живое доказательство того, что поднять человека к облакам недостаточно – он не начинает сиять и магией звезд не наполняется. Как ни крути, для этого дела пришлось призвать человека из другого мира.

– Я стала женой Ворга тридцать лет назад. Мне тогда было семнадцать, – сказала Дельмира.

Я с интересом к ней присмотрелась. Красавица или нет, а выглядит юно, с этим не поспоришь. Лет на семнадцать как раз. Они все здесь выглядят, как молодые девушки. Кто-то старше, кто-то чуть моложе. От семнадцати до двадцати лет, наверное. Уж точно не сорок семь! Вот оно благотворное влияние близости с богом.

– Ты тоже сохранишь молодость. Навсегда, – добавила она, прежде чем сесть.

– Ну что скажешь, Илона? Стоит оно того? – добавила Ольмина.

– Я… мне нужно еще немного времени, – сказала я, специально запнувшись, и спрятала глаза.

Однако тем самым я подписала себе приговор. Жены Воргарека решили действовать самостоятельно. Долгая психологическая реабилитация, похоже, в их планы совсем не входила. Да и психологов в этом мире в принципе не было, даже у продвинутых авьеров.

Я ничего не заметила, пока ужинала. Ничего не замечала, пока шла по коридору к своей комнате. А вот потом… накатило.

Меня бросило в жар. Сердце взорвалось бешеным стуком. И мне дико захотелось, чтобы ко мне прикоснулся мужчина.

– Вот стервы, – пробормотала я, закусив губу почти до боли. Увы. Боль не отрезвила. Наоборот, завела еще сильнее.

Жар усилился, я мгновенно взмокла. Кожа тут же покрылась капельками пота. Я рванула в купальню. К счастью, своя собственная в покоях тоже имелась, не пришлось идти в общие, подготовительные к ночи любви. А, черт, о чем я думаю! Вода. Скорее вода. Холодная. Ледяная.

Я терла себя мочалками. Окуналась в холодную воду снова и снова, пока наконец не показалось, что желание отступает. Выбралась из купальни и тут же пожалела об этом. Огонь накинулся с удвоенным рвением. В животе заполыхало так сильно, что сделалось больно. Я согнулась пополам, пытаясь отдышаться.

Вот черт. Черт. Черт! Что делать-то?

Не хочу к Воргареку. Не пойду к нему. Нужно держаться.

В конце концов, эта дрянь, которую мне подлили, вряд ли будет действовать долго. Возможно, стоит продержаться несколько часов, и станет легче. А ближайшее время желательно провести в холодной воде. Иначе с ума сойду от проклятого вожделения!

Не думать об этом. Не думать. Растворяться в воде, выпуская жар на волю, прочь от себя. Расслабиться и прикрыть глаза. Пусть холод наполняет тело, остужает. Пусть кожа покрывается мурашками, а огонь затихает.

Я прикрыла глаза и откинулась на холодный бортик. Опасность простыть – последнее, что волновало сейчас.

Кажется, постепенно удалось расслабиться. Мысли, сосредоточенные на спокойствии и пустом пространстве, которое я воссоздавала в своей голове, начали куда-то утекать. Пространство постепенно наполнялось. Зеленые глаза, похожие на два изумруда. Чуть прищурены насмешливо. Тонкие губы тоже насмешливы, будто с них вот-вот слетит очередной подкол. Все больше деталей: вспоминаю его тело. Его руки. Еще не так давно он касался меня. Целовал жарко, заставляя забыть обо всем.

Я встрепенулась, сообразив, что наглаживаю бедра мочалкой. Кожа натерта до красноты и снова пылает. А вода, кажется, сделалась теплее. Будто мой жар растекается, проникает во все, с чем соприкасается тело.

Бешеные курицы, чтоб им… да чтоб… Воргарек потерял к ним интерес!

Не стоило вспоминать Воргарека. Потому как в дверь постучали.

– Илона, ты еще не готова?

Захотелось слегка утопиться.

– К чему? – откликнулась я.

Холод. Меня наполняет холод. Вдох-выдох. Спокойствие. Желание отступает. Кажется, я сама начинаю в это верить.

– К вечерней прогулке. Я покажу тебе водопад. Полагаю, тебе понравится.

– Ты не мог бы выйти?..

– Конечно…

Сколько ни прислушивалась, больше ничего не слышала. Можно надеяться, что Воргарек на самом деле вышел из моей комнаты в коридор. Нужно выбираться. И каким-то неведомым образом совладать со своими желаниями. Вроде бы они на самом деле слегка отступили.