— Там забор, — напомнил Аристотель.

— В заборе дыру я еще раньше проделал. Наш склад на отшибе, почти у моря. Воспользуемся этим. Будем ходить здесь. Этот проволочный забор так и так придется убирать, чтобы собирать мусор с побережья.

— Понял, Вик. Постараемся поменьше попадаться на глаза всяким мутным типам.

— Ага. Ползаем у берега, мусор собираем, к поставкам продовольствия отношения не имеем. Авось, Лаборант на нас внимания не обратит.

— Хорошо, Вик, только время уже — третий час дня. Пока наберу людей, настанет вечер.

— Ты прав. Тогда людей приводи завтра с утра.

Аристотель укатил на грузовике, а я остался. На всякий случай. Плохо верится, что этот пресловутый Лаборант нас оставит в покое. Мутные типы наверняка о нас уже доложили. Не из пустого любопытства они здесь крутились.

Чтобы время даром не терять, взялся делать мебель для столовки в «монументальном стиле». Эскиз с Кусей согласован. Толстые столешницы и толстые сидушки на толстых ногах. Экономить пластик не нужно, а мебели такой сносу не будет.

Ближе к концу рабочего дня к нашему складу подошел пожилой дядечка в поношенной жилеточке и круглых очках.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался он, — Это вы склад арендовали?

— Я, — подтвердил я, — А вы Лаборант?

Дядечка засмеялся.

— Смешная шутка, — сказал он.

— То есть вы не Лаборант?

— Нет. Меня зовут Григорий Васильевич Волохов. Но все зовут дядя Гриша. Скажите, вам нужен кладовщик?

— Вы работу что ли ищете?

— Увы, — погрустнел дядя Гриша, — С того склада меня попросили…

— А чего так?

— На мое место взяли родственницу завсклада. Вот так бывает, молодой человек. Служишь годами верой-правдой, а тебя вышвыривают как старого пса.

— Вы извините, дядя Гриша. Но наш складской учет отдельного работника не требует. У нас всего три вида изделий. Пересчитать не сложно.

— Жаль, — дядечка расстроился, — А бухгалтер нужен? Я пятнадцать лет бухгалтером проработал.

Не сказать, что мне позарез нужен бухгалтер, но дядю Гришу стало жаль. К тому же хозяйство расширяется. Сейчас не нужен, потом понадобится.

— Где вы работали? В какой сфере?

— Так здесь на комбинате, — дядя Гриша заулыбался, — Почитай, с самого его основания здесь работал. Был свидетелем расцвета и упадка. Одно время даже возглавлял службу снабжения. Но это было недолго. Потом как раз начался упадок.

— А почему, собственно, случился этот упадок? Разве стране не нужен свой химкомбинат?

— Стране нужен, англичанам не нужен, — пояснил дядя Гриша, — Англичане потребовали прекратить морские отгрузки. Поскольку побережье под их контролем, властям пришлось уступить. Комбинат начал хиреть… хиреть… теперь тут одни барыги. Больше ничего не производим.

— Ну хорошо, дядя Гриша. Меня зовут Вик. Я возьму вас бухгалтером и кладовщиком в одном лице. Зарплата пока будет небольшая, но и работы немного.

— Я согласен, — обрадовался дядя Гриша, — Готов начать хоть сегодня.

— Ну давайте, покажу наше хозяйство… вот наши поточные линии: эта делает пластиковые панели, эта — армированные перекрытия, тоже пластиковые, а эта — кровельные гофрированные листы с оцинковкой.

— Вик, вы все-таки надо мной подшучиваете, — с некоторой опаской произнес дядя Гриша, — Я немножко разбираюсь в производстве. Чтобы делать вот это все, нужна существенная часть мощностей комбината плюс прокатный стан, которого здесь нет и никогда не было. А для оцинковки нужно отдельное оборудование, желательно гальваническое, которого я тоже здесь не наблюдаю.

— Это моя особая способность, я зерг, если вы не заметили.

— Ах вот оно что… вы — зерг.

— Дядя Гриша, — мое терпение начало заканчиваться, — Если вас что-то не устраивает, извините. Поищите работу еще где-нибудь.

— Нет-нет, Вик. Все устраивает. Я просто в легком шоке… нет, черт возьми, я в тяжелом шоке, но я как-то привыкну.

— Вот и чудно.

Я выделил дяде Грише из партии только что изготовленной мебели стол и пару стульев, устроив ему рабочее место в углу цеха. Дядя Гриша сел и притих. Я решил его пока не трогать. Похоже, он единственный в городе, кто до сих пор не слышал про зерга с особыми способностями. Пусть свыкнется.

Когда закончил делать мебель, на побережье стемнело. Я сообщил дяде Грише, что рабочий день окончен.

— Вик, я начал вести журнал учета, — на столе у дяди Гриши появилась амбарная книга, которую он откуда-то притащил. В книгу он успел занести данные по количеству изготовленных за день изделий, — Вот здесь распишитесь.

— Серьезный подход, учет и контроль — наше все! — хмыкнул я и размашисто поставил нечитаемую закорючку.

По привычке собирался рассчитаться с работниками, но вовремя спохватился.

— Дядя Гриша, нужно выдать работникам оплату за сегодняшний день. По две тысячи.

Я отсчитал общую сумму выплаты и положил ему на стол, а сам дядя Гриша тут же завел в журнале ведомость. Работники подходили по одному, дядя Гриша требовал с каждого паспорт и заносил данные в ведомость. У двоих паспорта при себе не оказалось. Под мою ответственность дядя Гриша и им выдал деньги, но строго наказал завтра придти с паспортом. Так-то он все правильно делает, но как бы чего доброго и с меня паспорт не потребовал.

Когда все разошлись, встал вопрос, как запереть склад. Ключа мне никто не выдал. Решил попробовать изготовить ключ по аналогии с тем, как делал сегодня вилку для розетки. Отсканировал замок, создав его три-дэ модель, и загрузил в журнал заданий.

Системный интеллект не сразу понял, что от него требуется. Он изготовил ключ, который лишь входил в замочную скважину, но в ней не проворачивался. Пришлось давать пояснение, что «замыкание контакта» происходит при повороте «вилки» в «розетке».

Система кое-как поняла, что от нее требуется, со второго раза изготовила ключ с бороздками, правда в добавок присобачила на конце ключа одножильный провод, а сам ключ покрыла пластиковой изоляцией. Провод с изоляцией я оборвал и получил нормальный ключ от замка. Этак я теперь любой сейф смогу вскрыть. Хотя… я и так могу вскрыть любой сейф.

Заперев склад, отправился в Ривьеру по берегу. Ходить через проходную я тоже больше не собираюсь. Во временном лагере меня отловила Куся, накормив ужином. Я в свою очередь доложил, что мебель для ее столовой готова, осталось только доставить, тогда столовая фактически будет готова к открытию.

После ужина переоделся в палатке в рабочую одежду и отправился по берегу обратно. На поточные линии потратил почти весь адамант, нужно пополнять запас. Во-первых, он мне нужен для повышения моей личной «преобразующей силы», во-вторых, не собираюсь останавливаться на трех имеющихся поточных линиях.

В режиме «кайлоходца» прочесал берег от склада до маяка, но горелой техники, содержащей АД-излучение, не обнаружил. Крысы тоже попадаться перестали. Вернее, на пару крыс наткнулся, но эти были обычные, не заряженные адамантом.

Для очистки совести прошел от маяка дальше на запад, хотя уже и так было понятно, горелую технику из экспедиции сваливали недалеко от комбината. Искать ее на таком удалении бесполезно. Пришлось возвращаться ни с чем.

Топать до Ривьеры ни сил ни желания не осталось, тем более, что ночевать я там смогу только в старом цехе. А в новом цехе на складе имеется чудесная каморка для сторожа с широкой лавкой. Отперев склад новым ключом, на эту лавку и завалился спать.

Утром разбудили работники. Аристотель, как и обещал, привел новых. У меня набралась внушительная бригада под двадцать человек. Дядя Гриша пришел буквально через несколько минут. Вежливо негромко поздоровавшись, он юркнул в свой закуток в углу. Начался новый рабочий день.

— Вик, почему-то электричества нет, — озабоченно доложил Аристотель.

— Странно, ночью еще было, — ответил я, — Я свет включал.

— Может быть, опять обрыв кабеля?

Я пожал плечами и пошел смотреть кабель. Кабель был цел, во всяком случае я никакого обрыва не обнаружил.