Голос другой женский, высокий:

— Если ты берёшь ответственность…

Цирокния?

Торвен твёрдо, окончательно:

— Беру.

Шаги к двери. Быстрые.

Эльвира отступает от стены резко, пытается выглядеть так, будто не слушала. Но руки дрожат, выдают. Не остановить.

Дверь открывается.

Торвен выходит. Высокий, подтянутый. Лицо бледное, усталое — тени под глазами. Тёмные волосы с проседью аккуратно зачёсаны назад. Серые глаза внимательные, проницательные.

Смотрит на Эльвиру долго, внимательно, оценивающе.

Голос спокойный, ровный:

— Эльвира. Пойдём со мной.

Эльвира смотрит на него, не может отвести взгляд. Шёпот:

— Куда?

— К моим покоям. Нам нужно поговорить.

— Я…

— Не бойся.

Пауза. Смотрит в глаза прямо, открыто:

— Я не накажу тебя.

Идут по коридору молча. Торвен идёт рядом, не спешит. Шаги размеренные, спокойные.

Эльвира думает, мысли путаются, наслаиваются:

Что было 37 лет назад? Кто погиб в том пожаре? Почему Игния так боится? Боится меня? Что я такое? Монстр?

Торвен оборачивается, смотрит на неё внимательно:

— У тебя есть вопросы.

Не вопрос. Утверждение. Факт.

Эльвира кивает молча, не доверяя голосу.

— Потерпи. Скоро всё объясню.

Эльвира касается амулета снова. Тёплый, пульсирует ровно теперь. Не предупреждает об опасности. Не утешает. Просто есть. Бабушкин подарок. Последняя связь.

Бабушка… Что бы ты сказала? Что бы сделала?

Лестница узкая. Крутая. Ступени высокие, неудобные.

Эльвира поднимается за Торвеном. Он идёт впереди, не оглядывается. Плащ развевается.

Молчат оба. Только шаги эхом отдаются в узкой шахте. Стук. Стук. Стук.

Чем выше — тем холоднее. Магический холод, исходящий от Торвена. Не физический. Другой. Давит на грудь, сжимает горло.

Эльвира никогда не была здесь. Они с подругами доходили только до кабинета Совета. Но выше — нет.

Факелы горят холодным синим огнём. Не греют. Только освещают.

Иногда — окна-бойницы. Узкие щели в камне. Эльвира видит академию сверху — башни, дворы, крыши. Город за стенами, огни вечерние.

Она считает ступени. Двадцать. Тридцать. Сорок. Отвлекается от тревоги.

*Что он будет со мной делать?*

Вспоминает слова за дверью. Игния кричала: *«37 лет назад»*, *«пожар»*, *«смерти»*.

*Игния отказалась меня учить. Торвен — единственный. Но можно ли ему доверять?*

Он странный. Всегда появляется в нужный момент. Спас всех от Рогатого Демона во время ритуала. Герой.

Но тогда, с девушкой на Испытании Огня… *«Мы просто предоставили событиям идти своим чередом»*. Цинично. Холодно.

И заколка Аквилины. Его подарок. Кто-то украл её через Клару. Связан ли он?

*Но выбора нет.*

Пятьдесят ступеней. Шестьдесят. Ноги устают. Дыхание сбивается.

Торвен поднимается легко, без усилий. Не дышит тяжелее. Словно не чувствует высоты.

Наконец — дверь. Тёмное дерево, резные узоры. Серебряная ручка.

Торвен открывает. Жестом приглашает войти.

Эльвира входит.

Кабинет круглый — вся верхушка башни. Окна по кругу. Вид на академию, город, горы вдалеке.

Книжные полки до потолка. Фолианты, свитки, пергаменты. Аккуратно расставлены, организованы.

Рабочий стол у окна — завален книгами, заметками. Перья, чернильницы, магические кристаллы. Странные артефакты — зеркала, сферы, непонятные предметы.

Два кресла у окна. Тёмная кожа, высокие спинки.

Камин. Но огня в нём нет. Холодно.

Всё очень аккуратно. Организовано. Но безлично. Как музей.

Магический холод здесь сильнее. Воздух тяжёлый, давит на плечи. Эльвире некомфортно.

Торвен закрывает дверь. Садится в кресло. Жестом приглашает Эльвиру.

— Садись.

Она садится. Напряжённо, на краю кресла. Руки на коленях.

Торвен смотрит в окно. Говорит спокойно, почти дружелюбно:

— Не обижайся на Игнию. Она просто боится.

Эльвира моргает:

— Боится чего?

Торвен всё ещё смотрит в окно:

— Твоих возможностей. Своих ограничений.

Пауза.

— Игния — мастер огня. Лучший, кого я знаю. Но она владеет одной стихией. И когда видит кого-то, кто может больше… — он медленно поворачивается к Эльвире, — это пугает. Напоминает о собственной ограниченности.

Эльвира смотрит на него. Думает: *Он говорит о себе? Или правда об Игнии?*

Спрашивает осторожно:

— А вы всегда говорите правду?

Торвен смотрит на неё. Лёгкая улыбка. Странная, почти грустная.

— Правду говорить легко и приятно.

Пауза.

— Это ложь требует усилий.

Эльвира набирает воздух. Решает спросить прямо:

— А что было 37 лет назад?

Торвен улыбается. Слегка, удивлённо.

— Ты подслушивала.

Эльвира краснеет:

— Нет! То есть… вы слишком громко разговаривали. Я просто стояла за дверью и услышала.

Торвен усмехается. Улыбка становится чуть шире — почти отеческая.

— Игния действительно кричала. Не твоя вина.

Пауза.

Улыбка исчезает. Лицо серьёзное.

Торвен встаёт. Подходит к окну. Смотрит на башню Огня — красные стены, факелы.

Голос тише, серьёзнее:

— 37 лет назад в Академию пришёл молодой человек.

Эльвира замирает. Слушает.

— Так же, как и ты, почувствовал во время испытания воды руну Архимага.

Торвен не поворачивается. Продолжает смотреть в окно.

— Все надеялись, что из него выйдет прекрасный маг.

Пауза — долгая.

— Его звали Эрион. Ему было восемнадцать. Талантливый, умный, целеустремлённый.

Эльвира сжимает руки на коленях.

— Игния взялась учить его огню. Она тогда была моложе, увереннее. Думала, что справится.

Пауза — ещё дольше.

— Но однажды на уроке… он просто взорвался.

Эльвира перестаёт дышать.

Торвен продолжает — голос спокойный, но в нём боль. Старая, глубокая.

— Магия архимага — это четыре реки, текущие в одном русле. Если одна река выходит из берегов, остальные следуют за ней.

Он поворачивается. Смотрит на Эльвиру.

— Эрион пытался создать огненную сферу. Но огонь вызвал землю. Земля — воздух. Воздух — воду. И всё это сошлось в одной точке.

Пауза.

— Взрыв.

Молчание.

Эльвира представляет. Огонь. Взрыв. Крики.

— Чудом, что кроме него никто не погиб, — Торвен возвращается к креслу, садится. — Ожоги первой-второй степени у пятнадцати студентов. Два кабинета Академии выгорели дотла. Третий — затоплен. Четвёртый — разрушен обвалом.

Эльвира едва слышит собственный голос:

— И… Эрион?

Торвен смотрит на неё. Лицо жёсткое.

— Его тело нашли в эпицентре. От него осталось… немногое.

Молчание тяжёлое, давящее.

Эльвира думает: *Это могла быть я. Сегодня. На уроке.*

Торвен продолжает:

— Игния винит себя. До сих пор. 37 лет прошло, а она не может простить себе, что взяла ученика, которого не могла научить.

Пауза.

— Когда она увидела тебя сегодня… ты была для неё не Эльвирой. Ты была Эрионом.

Торвен встаёт. Подходит к полке. Достаёт что-то — небольшой магический кристалл.

Возвращается. Держит кристалл в ладони.

— Архимаг — это не благословение, Эльвира. Это проклятие, если не научишься контролю.

Кристалл начинает светиться. Холодный синий свет.

— У обычного мага одна река. У тебя — четыре. И они не текут параллельно. Они переплетены.

В воздухе над кристаллом появляется иллюзия. Ледяная, полупрозрачная.

Четыре ручья света. Красный — огонь. Синий — вода. Белый — воздух. Зелёный — земля.

Они переплетаются в косу. Красивую, сложную.

Торвен касается красного ручья пальцем. Тот дёргается. И остальные тоже дёргаются следом.

— Видишь? Когда ты используешь огонь, остальные стихии тоже просыпаются. Чуть-чуть. Но достаточно, чтобы вызвать дисбаланс.

Иллюзия исчезает. Торвен убирает кристалл.