– Если постараться – можно, – вставил Клим.
– Все равно мне его жаль, – повторила Селена.
– А ты с другой стороны взгляни, – предложил Арс. – Крестьяне, что под власть графа Кроненберга попали, теперь припеваючи заживут.
– С чего ты так решил? – спросила девушка с недоверием.
– Император сказал, что Кроненберг налоги вдвое снижает, – объяснил Клим.
– Тогда понятно, почему Этар не вмешивается.
– Но вот решил остановить графа, – сообщил Арс.
– С чего бы?
– Кроненберг осадил крепость герцога Некана, а герцог обратился к Этару за помощью.
– И теперь вы отправляетесь вызволять старикашку из беды?
– Да, – кивнул Клим.
– Когда?
– Через день-два, как только полк сформируем, – ответил Арс.
– А ты каким боком припеком?
– Я личный адъютант генерала Клима Примова, – гордо сообщил Арс.
– Генерала? – Селена посмотрела на брата. – Когда это ты до генеральского чина дослужился?
– Я и не дослуживался, просто купил погоны, – усмехнулся Клим. – Кстати, по личной рекомендации императора.
– Шустер, – покачала головой Селена. – Что ж, идите, спасайте старичка Некана. Может, это и к лучшему.
– Не понял? – Арс почесал затылок.
– Герцог Некан, – Селена отпила глоток молока и продолжила, – знатный скряга. У него сын и две дочери живут впроголодь, он им денег почти не дает.
– Точно, – подтвердил Клим, – Этар неоднократно выговаривал герцогу, что он ведет себя недостойно, но тот уперся: мол, я так жил, пусть и они мучаются, то есть нужду познают.
– А я не знал, – промямлил Арс.
– Теперь знаешь, – равнодушно сказала Селена, разглядывая недопитое молоко.
– Что же тогда получается, – возмутился Арс, – мы для этого сквалыги воевать будем?
– Не для него, а для детей и будущих внуков, – поправил Клим Арса. – Этар, когда его о помощи попросили, условия поставил, да такие, что Некан два дня думал.
– Зная нашего славного императора, я догадываюсь, что за условия, – усмехнулась Селена.
– И вот мы идем в поход. – Клим хлопнул себя по коленке.
– Только и я здесь не задержусь, – проронила Селена.
– А тебя-то куда понесло? – спросил Клим.
– На юг, замерзла я в вашей тундре, пойду в пустыню, там жарко, солнце светит…
– Змеи ползают, – в тон Селене вклинился Арс, – ящерицы бегают, тебя там и не заметят.
– Зато комаров и мошкары нет, – добавила Селена.
– Но есть бандиты-убийцы, караванщики-работорговцы, воры-грабители, царьки-повелители, мистики-шарлатаны и не шарлатаны, наемники-отъемники и всякая шелупень, – перечисляя, Клим тщательно загибал пальцы и подвел своеобразный итог: – Так что скучно тебе не будет.
– Вы на войну, я на приключения, – усмехнулась Селена.
– Пойдешь одна?
– Нет, с кобылой. Я, что ли, вещи потащу? Делать мне больше нечего, – фыркнула девушка.
– Тебе хорошо, – проворчал Клим, тяжело вздыхая, – идешь искать приключения.
– Тебе-то кто мешал? – возмутилась девушка.
– Да никто, тут ты права, – согласился он.
– Все люди с рождения свободны, имеют право выбора.
– Это не твои слова и мысли, – перебил сестру Клим. – Начиталась всякой дребедени.
– Сам такой, – парировала Селена невпопад и направилась к себе.
– Ты куда-то собираешься?
– Переоденусь и схожу к Мумиту, проведаю старика. Интересно, как он там со своими контрабандистами управляется? Может, что интересное привезли.
– Я с тобой, – поднялся из-за стола Клим.
– Меня возьмете? – попросился Арс.
– Куда же тебя девать, адъютант ты мой недоученный, – похлопал его по плечу Клим.
– Это почему еще «недоученный»? – спросил Арс, но вяло так, для поддержания разговора.
Селена на это фыркнула, словно кошка, и ушла к себе: ей участвовать в перепалке парней совершенно не хотелось, не один раз она все это слышала…
Сложно за всем уследить, это как в поговорке: «За двумя зайцами погонишься…», вот и я не успеваю отслеживать перипетии брата и сестры. Разбрелись они в разные стороны: Клим на войнушку ускакал вместе с Арсом, а Селена на юг топает, песков, что ли, не видела? Попросила бы меня – я ей столько песка показал бы! Есть одна планета – сплошные пески, ничего не растет, только ветер барханы гоняет, словно море плещется. А есть планета, где вообще одно сплошное море, но заселенная разумными существами, хотя, что считать разумом – это еще вопрос. Вот где волны так волны! Будь там хоть клочок суши, цунами смывало бы все с него по пять раз в день, если не чаще. Но я отвлекся. Речь не о моих похождениях во Вселенной, а о Климе и Селене…
Летом хорошо путешествовать: птицы поют, солнышко светит, трава под ногами стелется, зверушки всякие бегают, потомству корм ищут, птицы щебечут, порхают с ветки на ветку. Ночью желтая, как сыр, луна сияет над головой. Если и дует ветер, то теплый, не выхолаживает тело, да и ветров таких, как в тундре, тут не знают. Хорошо идти, радостно.
Селена не знала устали, лошадь покорно трусила за ней, тащила поклажу. Остановки делали короткие, только чтобы перекусить и дальше в путь-дорогу, по тропинкам и по трактам, выбирая места, где людей поменьше, а свежего, незапыленного воздуха побольше. Так и получалось; что девушка почти все время оставалась в одиночестве. Легко было на душе у Селены, ни забот, ни переживаний, только дорога, лес, свобода. Глухомань вокруг – ни жилья, ни людей, но не совсем: всякое по миру бродит и, что вполне естественно, на одинокого путника, тем более девушку, всегда найдется кто-нибудь жадный до чужого добра и тела.
– Стой! – этого окрика Селена ожидала давно, а пять минут назад убедилась, что он прозвучит обязательно.
– Стою, – усмехнулась она. – Дальше что?
– Дальше сама увидишь, – ответил мужик, такой волосатый, весь заросший, да настолько, что и лица не видно, одни глаза сверкают.
Это чудовище выбралось из кустарника и вразвалочку направилось к ней, помахивая сучковатой дубиной.
– А если я не желаю смотреть? – Селена неторопливо вынула меч из ножен, притороченных к лошадиному боку.
– Вот ты как? – сказал другой мужик, точная копия первого, выбираясь из тех же кустов.
– Она у нас боевая, – пошутил третий хмырь – иначе эта отродье и не назвать, он показался из-за дерева с другой стороны тропинки.
– Жаль такое тело портить, – произнес четвертый, выходя на тропинку, и посоветовал: – Ты, девка, железку-то брось не поможет она тебе, а так жива останешься.
– Если выживешь, – захохотал еще один тип, заходя Селене за спину.
– Может, и выживет, здоровая, – проворчал первый бородач, подбрасывая дубину, словно тросточку.
Еще пять молодцев с тугими луками заступили ей дорогу. Всего Селена насчитала двенадцать мужиков, у троих были мечи и кольчуги, сразу видно – наемники, сбежали от нанимателя, а может, и ограбили его, – такое тоже не редкости. Сила, конечно, немалая, но девушка не сомневалась, что справится. Только убивать ей не хотелось. Она крутанула мечом неуловимыми шажками пробежала по кругу, почти касаясь острием врагов, и замерла.
– Ловка, – одобрительно бросил мужик с дубиной и, крякнув, кинулся на нее.
Селена поймала кончиком длинного, изогнутого меча дубину и выбила ее из крепких рук. Мужик остановился, он уперся грудью в лезвие, больно проколовшее кожу.
– Шли бы вы своей дорогой, – посоветовала Селена и плашмя, наотмашь, ударила хмыря, подкрадывающегося сзади.
– А-а-а-а, – завыл хмырь, упав на колени и зажимая разбитую голову руками.
Меч же опять уперся в грудь мужику – никто даже сообразить ничего не успел.
– Ты прав, Борода, ловка девка, а жаль, могли бы повеселиться, – вздохнул парень с луком.
– А ну Борода, подай назад, – накладывая стрелу, произнес другой лучник.
Борода резво отскочил в сторону. Короткий свист – и Селена поймала стрелу у самого плеча, ее хотели только раните и она все еще не решалась напасть на грабителей.