Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Я хотел возразить, но, когда тебя отсылает могущественная колдунья, на это не остается ни времени, ни возможности.

— Конрад?! — Архимед так и подскочил при моем появлении. — Что за… кошмар на тебе надет?

Мне показалось, что за невидимой стеной прозвучал тяжелый вздох. Пышные одежки начали съеживаться и бледнеть, пока не приобрели вид моего прежнего скромного камзола.

— Собираемся, быстро! Королева утомилась и будет спать — это наш шанс.

— Но я еще не придумал, как нам растопить замок! — воскликнул Архимед. — То есть придумал — надо нанести на его поверхность черную краску. Черный цвет сильно нагревается от лучей солнца, замок сразу начнет таять. Все готово, осталось лишь решить маленькую техническую проблему!

— И что за проблема? — невольно заинтересовался я.

— У нас нет столько черной краски, — признался изобретатель. — И не совсем понятно, как покрасить такую громадную постройку быстро и незаметно. Но я думаю над решением!

— Гениально! — похвалил я Архимеда. — Но, к счастью, нам не нужно будет отвлекать королеву. Она спит очень крепко. Я уверен, что она не проснется и не станет нам мешать. Так что осталось лишь быстро покинуть этот гостеприимный замок.

— Ты хочешь сказать… — Архимед смотрел на меня со смесью ужаса и восхищения. — Ты ее…

— Мерзавец! — Николас смотрел на меня тоже с ужасом, но без всякого восхищения. — Как ты мог?!

— Ну ты даешь, Ко-ко-конрад! — Петух смотрел на меня с восхищением, но без ужаса.

И только Андрэ смотрел на меня без малейших мыслей во взоре.

— Э-э-э… По-моему, между нами возникло какое-то недопонимание, — осторожно произнес я, памятуя о быстрых пистолетах ярла. — Королева именно спит. Я ее не убивал.

— Никто и не думал, что ты ее убил! — успокоил меня Архимед. — Мы все понимаем! Ты поступил как настоящий мужчина!

— Что?! Вы о чем подумали?! Как вы вообще себе это представляете, мерзкие извращенцы?! Иезус Мария! С кем я путешествую?!

— Но… но ты сам так сказал! — запротестовал густо покрасневший Архимед. — С такой многозначительной ухмылкой…

— Вот только не надо выдумывать! Коты не умеют ухмыляться! — отрезал я. — Королева просто спит. Что вы там себе навыдумывали, это я даже обсуждать не хочу. Да и некогда ерундой заниматься. Архимед, бери с собой Николаса и ступай готовить сани к отправлению. Иголка, Транквилл, тоже идите с ними, когда все будет готово, садитесь в сани и ждите меня.

— Опять в сани? — вздохнула лошадь. — Капитан, я, конечно, не должна критиковать ваши приказы, но такой способ передвижения мне кажется противоестественным!

— Мне тоже, — отмахнулся я. — А также наше местонахождение, цель нашего путешествия и особенно — мой вид! Как ты могла заметить, последние полтора года мы вообще живем противоестественной жизнью. На этом дебаты заканчиваются! Так… Хосе Альфонсо, найди Герду и тоже отведи ее к саням. Хосе? Ты здесь?

— Да здесь я, здесь, неугомонный кот!

— Отлично! Действуй! — Я повернулся к Андрэ: — А нам предстоит совершенно идиотское дело, которым я бы ни за что не стал заниматься, кабы не опрометчивое обещание.

— Как обычно, господин капитан, — ухмыльнулся Андрэ.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ,

повествующая о беспрецедентном побеге из ледяного дворца, совершенном благодаря удивительной изобретательности Архимеда Анунакиса

Запись в дневнике Конрада фон Котта от 30 марта

16… года от P. X.

Лишь недавно вспоминал я одну из сомнительных мудростей про то, что все происходящее со временем неизменно обращается к лучшему. И вот уже приходится вспомнить другую известную сентенцию — про добрые намерения, коими вымощена дорога в ад.

Примечание на полях. А с другой стороны, я ведь совершенно не был уверен, что совершаю доброе дело!

Само бегство из замка Снежной королевы мне запомнилось смутно.

Кому-то из добрых моих читателей может показаться странным — зачем нужны все эти сложности, зачем спешка, зачем вообще бежать, если королева сама нас отпускает? Увы, опыт общения с наделенными властью людьми неоднократно убеждал меня в том, что милостью их пользоваться следует немедленно, после чего быстро исчезать из их поля зрения. Как бы сильны ни были проснувшиеся в Амаэс чувства, никто не мог предугадать, долго ли они продержатся. И не пожалеет ли королева о своем великодушии в ближайшем будущем? К тому же королева желала, чтобы мы именно сбежали, словно она не имеет к нашему освобождению никакого отношения. Почему так? Кто знает. Женская душа для меня всегда была загадкой, а уж душу такой странной женщины я даже не стану пытаться разгадать!

Потому мы бежали.

Раздав поручения, я взял с собой Андрэ и отправился в библиотеку. Да — обещания, даже самые нелепые, нужно выполнять. Это мое самое крепкое убеждение. Даже если у благородного человека остается только слово чести — у него есть все, если у благородного человека есть все, кроме его слова, — у него нет ничего.

Еще неплохо было бы научиться не давать честное слово столь опрометчиво!

Библиотекарь встретил нас ровно в той же позе, что и в прошлый раз. Можно было подумать, он так и не слезал со своей стремянки, разве что книжный шкаф был другой. Кай спокойно посмотрел на нас и спросил:

— Опять пришли уговаривать меня? Мне казалось, в прошлый раз я достаточно убедительно аргументировал свой отказ возвращаться… А… где Герда?

Надо признать, этот заносчивый книгочей будил во мне самые хулиганские позывы. Да будь ты хоть семи пядей во лбу, это не повод смотреть на меня свысока! Но неожиданный вопрос про Герду — как мне показалось, смутивший и самого библиотекаря, — несколько примирил меня с этим высокомерным типом. Видимо, не такая уж непробиваемая ледяная броня покрывала его. А значит, мы с Андрэ сделаем благое дело. Наверное.

— Бери его, Андрэ, и пошли, — не вступая в пустой спор, сказал я.

— А?

— Что значит — бери его?!

— Андрэ, нам некогда! Хватай его под мышку или на плечо — как тебе удобнее — и побежали. А то королева проснется, схватит нас и посадит в темницу. На хлеб и воду!

Угроза так впечатлила Андрэ, что библиотекарь и глазом моргнуть не успел, как оказался на плече у короля, а сам его величество припустил по коридору с такой скоростью, что я едва поспевал за ним на четырех лапах. У склада мы, таким образом, оказались раньше, чем Кай успел сообразить, что с ним происходит.

— Кай! — Герда шагнула к возлюбленному, протягивая руки для объятия. — Ты все-таки решил бежать?!

— Что?! — Невозмутимость библиотекаря дала еще одну трещину. — Вы с ума сошли?! Что вы себе позволяете?!

— Мы стараемся для твоего же блага! — не без некоторой мстительности ответил я. — Ты нам потом спасибо скажешь.

— Не скажу! Отпустите меня! Вы не имеете права!

— Проследи за ним, Андрэ, — попросил я. — Если попытается убежать, можешь его даже оглушить.

Не обращая более внимания на возмущенные вопли пленника, я поспешил к черному ходу. Там вовсю кипела работа. Трое саней, обтянутых чехлами из шкур и с прикрепленными по бокам лодками, выстроились в ряд. В одних уже лежала Иголка, испуганно поглядывая на медведей, рассевшихся в некотором отдалении и с любопытством наблюдающих за суетой. Архимед крепил фейерверки на последние сани, Николас стоял рядом — не помогал, но хотя бы и не мешал. По растерянному лицу ярла легко читалось, что он так и не решился принять чью-либо сторону. Архимед закончил возиться с крепежом, подергал ремни, проверил крепление лодок и с довольной ухмылкой подошел ко мне.

— Ну в общем-то можно ехать!

— Ты уверен, что это сработает? — Я с некоторой опаской посмотрел на фейерверки. Судя по размерам, изобретатель отобрал самые большие ракеты, которые только нашел на складе.

— Конечно! Я все рассчитал — вот…

— Ох, убери от меня эти закорючки! — отмахнулся я от листков с формулами. — Просто скажи — ты действительно уверен?

167
{"b":"898716","o":1}