— Сеньор Леонсио, мне очень приятно. Но уже поздний час, и я хочу спать.

— Ты очень изменилась, Изаура... Очень...

Изаура не знала, как себя вести.

— Я два года не был дома. И только на чужбине понял, что ты для меня значишь...

Леонсио замолчал. Молчала и Изаура.

Они не заметили, как Жануария вошла в дом. Старуха рассмотрела в полумраке на лестнице чьи-то очертания и притаилась.

Леонсио взял в свои руки маленькую ручку Изауры. От него несло винными парами. Изауре было неприятно, но она не подала вида.

— Я истосковался по тебе, — шептал Леонсио. — Какая у тебя нежная кожа...

— Господин Леонсио, прошу вас... Уже поздно.

— Неужели после столь долгой разлуки ты не сможешь провести со мной и пяти минут?

— Я не думаю, что ваша жена будет довольна...

— При чем здесь моя жена? Я уже не маленький и сам знаю, что мне делать.

— Вы пьяны, — осторожно сказала Изаура.

— Я пьян? Ты ошибаешься, Изаура. Я трезв как стеклышко. — Леонсио приобнял Изауру за талию. Она попыталась вырваться, но Леонсио изловчился и прижал ее к стене. Безумная страсть обуяла его.

— Что вы делаете?! Подумайте о вашей жене!

Леонсио попытался поцеловать Изауру, но она завертела головой, не давая ему поймать ее губы.

— Ну поцелуй меня, детка. Только один раз, и я отпущу тебя.

Изаура не хотела, чтобы разразился скандал. Она молча колотила Леонсио кулачками по спине.

Малвина услышала странный, еле слышный шум, доносившийся из-за двери. Она осторожно выглянула в коридор и двинулась к лестнице, вглядываясь в темноту. Теперь

она могла отчетливо расслышать пылкое прерывистое дыхание и рассмотреть контуры двух обнявшихся людей.

— Кто здесь? — испуганно спросила она.

От неожиданности Изаура вскрикнула. Леонсио не знал что делать. Он только шепнул Изауре на ухо:

— Прошу тебя, ничего не говори. Молчи, прошу тебя, молчи.

— Леонсио? Ты? — изумленно воскликнула Малвина, когда ее глаза привыкли к темноте и она смогла рассмотреть своего мужа.

— Малвина, я же сказал тебе, что вернусь через минуту. Чего же ты побежала за мной шпионить? — Леонсио старался говорить как можно спокойней.

— Ты?!! В первую ночь?! — Голос у Малвины сорвался. Она вбежала в свою комнату и захлопнула дверь.

Леонсио бросился вслед за Малвиной, тотчас же забыв про Изауру. Но дверь была заперта.

— Малвина, открой! Я тебе все объясню! — закричал Леонсио.

Малвина лежала на кровати лицом в подушку и рыдала.

Жануария боялась пошевелиться. «Что-то будет завтра?» — подумалось ей.

В ту ночь Малвина так и не отперла дверь своему мужу.

Педро и Роза убирали стол после свадьбы, собирали посуду и носили на кухню, где Жануария все мыла.

— Ну как тебе жена нашего молодого господина? — спросила Роза у Педро.

— Мне кажется, что она очень хорошая и добрая девушка.

— А по мне, так она набитая дура. Думает, что господин Леонсио женился на ней из-за любви. Будь у меня столько денег, я никому бы не верила.

— Почему ты такая злая, Роза? — пытался укорить ее Педро. — Ну что тебе сделала эта девушка? Почему ты так ее невзлюбила?

— А нечего думать, что раз у тебя куча денег, то ты самая красивая! — заявила Роза. Она ревновала Леонсио к Малвине, не хотела соглашаться с тем, что теперь у него есть жена.

— Она действительно красивая. А у тебя, Роза, злой язык. Ты так и кусаешь всех направо и налево. Бог накажет тебя за твои слова.

— Как же, накажет! Что-то я еще ни разу в жизни не видела, чтобы он кого-нибудь наказал.

— Роза, ты должна радоваться, что молодой господин нашел себе такую красивую, добрую и любящую жену! — сказал Педро, которому уже порядком надоели злые словечки этой девушки.

— Интересно, чему это я должна радоваться? Тому, что в доме появилась еще одна госпожа? Мне от этого легче жить не станет, только тяжелее. Теперь нужно будет ухаживать еще и за ней! Мало мне старых господ?!

— Нельзя быть такой злой, Роза. Тебе будет очень трудно жить с людьми, имея такой характер!

С этими словами Педро взял очередную стопку тарелок и понес на кухню к Жануарии.

— Плевать мне на людей, — тихо сказала Роза, вытирая со стола.

Педро пришел на кухню и поставил тарелки на стол. Жануария молча взяла их и начала мыть одну за другой. Лицо у нее было сосредоточенное, но она молчала.

— Жануария, что случилось? — спросил ее муж.

— Ой, Педро, не будет в этой семье счастья.

— Почему? — удивился Педро.

— Уж ты поверь мне, я просто так ничего не говорю.

— Да, это точно. Просто так ты ничего не скажешь. Но почему ты решила, что у господ не будет счастья?

— Педро, — наконец сказала ему жена, — я расскажу тебе сейчас кое-что, но ты никому не должен этого говорить.

— Конечно, дорогая, — ответил удивленный Педро.

Жануария выглянула из кухни во двор. Она очень боялась, что их может кто-нибудь услышать. Но никого не было, только Роза убирала со стола. Вернувшись на кухню, Жануария горячо зашептала:

— Помнишь, как только Изаура ушла, я решила сходить наверх и посмотреть, не нужно ли там убрать. Ну так вот, поднимаюсь я наверх — и вижу там кого ты думаешь?

— Кого? — спросил Педро.

— Там на лестнице я увидела Изауру... и... и... еще одного человека...

— И кто это был? — испуганно спросил Педро.

— Леонсио, — чуть слышно сказала Жануария.

— Леонсио? — Педро от удивления открыл рот.

— Да, именно он. . ^

— И что, что было дальше?

— Ой, Педро, как вспомню я о том, что там было, так страшно мне становится за нашу Изауру, хоть плачь.

— Так что же там было?

— Педро, ты не поверишь! Молодой господин стал домогаться нашей девочки.

— Не может этого быть! — воскликнул Педро.

— Тише, не кричи так, а то весь дом разбудишь.

— Жануария, а ты не ошиблась? — тихо спросил ее Педро. — Может, тебе все это померещилось?

— Ты что? Я хоть и стара, но глаза у меня видят еще хорошо. Так вот. Леонсио стал клясться в любви Изауре. Сначала они просто разговаривали, но потом он полез к ней обниматься.

— Не может быть, я не верю, — замотал головой Педро.

— Педро, зачем мне обманывать тебя на старости лет?

— А что было дальше?

— А дальше Леонсио пытался ее обнять. И тут вышла молодая госпожа и все увидела. Бедняжка чуть не потеряла сознание. Она вся в слезах убежала в спальню и заперлась там.

— Что же теперь будет?

— Ой не знаю. Одно могу сказать точно — не будет у них счастья в семье. Если уж Леонсио позволил себе в день свадьбы такое вытворить, то можно представить, что будет потом...

— Бедная Малвина! — вздохнул старый муж Жануа- рии. — Разве могла она подумать, что выйдет замуж за такого человека?

— А Леонсио тоже хорош! Сразу видно, что он сын своего отца. Ни стыда у него нет, ни совести, — сказала Жануария.

— Что завтра будет!..

— Этого-то я и боюсь, — тихо сказала Жануария му-

— ведь завтра Леонсио, чтобы оправдаться, выставит Изауру во всем виноватой. Тогда все от нее отвернутся.

— А я и не подумал. Ведь действительно он захочет так сделать. Нужно рассказать всю правду донне Марии.

— Ты что? Кто нам поверит?! Леонсио еще выставит нас ее соучастниками. Тогда уж Изауре точно несдобровать... Я сама не знаю, как тут быть. Только нам с тобой никто не поверит, это я тебе точно говорю. Ведь мы простые рабы, а они наши хозяева. К тому же все знают, как мы любим Изауру, и подумают, что мы хотим выгородить бедняжку.

— Но ведь донна Мария ни за что не поверит, что Изаура на такое способна. Ведь она знает ее с детства.

— На это я и надеюсь. И зачем только Бог наделил девочку такой красотой? Теперь Леонсио ни за что не даст ей покоя.

— Может, еще все обойдется? — в надежде спросил Педро.

— Может, и обойдется, хотя вряд ли. Утром все узнаем.