Несчастная рабыня закладывала очередную корзину хлопка в прядильную машину, когда ее плеча осторожно коснулась Жануария.

— Девочка моя, — прошептала старуха. — Отвлекись на минутку, мне нужно тебе кое-что сказать.

— Я не могу оставить машину без присмотра, — ответила изможденная девушка. — Она может сломаться...

— Слушай меня внимательно. — Жануария огляделась для того, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает. — Там в саду, в беседке, тебя дожидается какой-то юноша. Он только что имел неприятный разговор с хозяином и попросил меня сказать тебе, чтобы ты поторопилась. Он не может долго оставаться на фазенде.

— Алваро? — Изаура всплеснула руками. — Неужели это Алваро? Он ждет меня в беседке?

— Да! Иди же скорей!

— Ах, милая моя Жануария! Пожалуйста, останься здесь, присмотри за машиной! Следи, чтобы материя не заворачивалась, и не забывай подливать воду в котел.

— Я все сделаю, не беспокойся. Беги, только будь осторожна, не попадись на глаза хозяину!

Алваро с трудом сдержал слезы, когда увидел Изауру. «Как изменилась она, — подумал юноша, — как исхудала, осунулась! И где тот прелестный румянец на нежных щеках? Что же делает с ней этот изверг Леонсио?»

— Алваро! — Изаура кинулась на шею любимому. — Алваро, как я ждала вас, как хотела вас видеть!

— Милая моя, — Алваро крепко сжимал девушку в своих объятиях, — разлука с тобой так мучительна! Как же я рад, что ты жива, что смогла пройти через все издевательства и унижения, на которые обрек тебя Леонсио!

— Я жива одной лишь надеждой, что рано или поздно встречу вас! Алваро, вы больше не покинете меня, не оставите на растерзание моему жестокому хозяину? Жануария поведала мне, что вы говорили с Леонсио...

— Он ничего и слышать не хочет... Я предлагал ему баснословные деньги, чтобы он дал тебе свободу, но...

— Он отказал?

— Да... Но я все равно вырву тебя из его грязных лап. Нужно только немножко потерпеть. Прошу тебя, наберись мужества, еще совсем немного — и ты будешь свободна. Я сделаю все возможное, чтобы освободить тебя!

— Я буду ждать столько, сколько понадобится. Не волнуйтесь за меня, я не дам себя в обиду. Мы преодолеем все препятствия, ведь добро всегда побеждает зло!

— К сожалению, только в сказках. Но как бы я хотел, чтобы сказка хотя бы на мгновение превратилась в реальность! Мы не имеем права отчаиваться! Победа все равно будет за нами! Я клянусь тебе, что через несколько дней я заставлю Леонсио принять мои условия.

Изауре так не хотелось расставаться с возлюбленным, но она знала, что с минуты на минуту может появиться Леонсио... и потому девушка, сама того не желая, тихонько отстранила от себя Алваро и проговорила:

— Нам нельзя долго оставаться вместе... Если Леонсио застанет нас здесь, в этой беседке... Я боюсь за вас...

— Не бойся, моя хорошая. Леонсио подлый трус, хоть и охоч до грубых слов. Он нападает только на того, кто слаб, кто не может по-настоящему постоять за себя. Но ты права, не следует терять столь драгоценное время. Для нас сейчас каждая минута дорога. Я скоро вернусь, любовь моя, и перед расставанием дай мне слово, что... что ты будешь моей женой...

— Я? Вашей женой?

— Да, да! Я страстно желаю этого! Черт побери, какой неподходящий момент для объяснения...

— Я буду вашей женой! — пылко ответила Изаура.

— И у нас будут дети!

— Да, мальчик и девочка!

— Скоро, очень скоро мы сыграем свадьбу, любовь моя. Я не представляю себе жизни без тебя... Я... Я люблю тебя, Изаура...

— Я тоже люблю вас, Алваро...

Изаура долго еще слышала удаляющийся стук копыт.

«Алваро уехал, но он обязательно вернется и освободит Меня. И тогда я по-настоящему буду счастлива!» — думала девушка. Она хотела было выбежать из увитой благоухающими цветами беседки, но ноги отказывались слушать ее. Изаура опустилась на деревянную скамью и горько-горько заплакала. Она знала, что ей предстоит пройти через тяжкие испытания. Она молилась за Алваро, но помогут ли ему ее молитвы?

Впереди Изауру ждала неизвестность...

Леонсио и Андре наблюдали из окна кабинета, как Алваро резво скачет по направлению к главным воротам. Через несколько мгновений он превратился в маленькую точку и скрылся из вида.

— Как ты думаешь, что этот мерзавец вздумает предпринять? — Леонсио отошел от окна и стал возбужденно ходить по комнате.

— Не знаю, — пробурчал в ответ Андре. — Ему может прийти в голову все что угодно.

— Он становится опасным. Еще, чего доброго, вернется сюда сегодня ночью да и застрелит меня... Подумать только, какой наглец! Изауру ему подавай! Да кто он такой, чтобы указывать, что мне делать?

— То, что он застрелит вас, это вряд ли. Но я почти уверен, что он украдет Изауру, как это сделал однажды Мигел. А почему бы вам и в самом деле не отдать ему девчонку?

— Что ты сказал? — Леонсио побагровел.

— Почему бы вам не отдать ему девчонку? — невозмутимо повторил Андре.

— Это моя рабыня! — вскричал Леонсио. — Я ее законный хозяин! И мне решать, что с ней делать! Я не хочу ее никому отдавать! С какой стати я должен первому встречному отдавать свою рабыню? А если завтра придет еще один, какой-нибудь деревенский мужлан и попросит у меня все мое имущество? Стоит один раз уступить... Нет, Андре, мы должны дать ему достойный отпор!

— Алваро смелый парень, и отделаться от него будет нелегко. — Андре исподлобья посмотрел на Леонсио. — Он будет добиваться своего.

— Я знаю... Он влюблен в Изауру и сделает все возможное и невозможное, чтобы ее освободить... Он убьет меня, Андре. Я чувствую это... Он хочет моей смерти...

— Вы боитесь?

— Как же не бояться? Мне только двадцать лет, и умирать совсем не хочется...— Леонсио сел в кресло, закрыл глаза и обхватил голову руками.— Мне двадцать лет, а ощущаю себя стариком... Хозяйство разваливается, долгов столько, что мне уже не расплатиться с кредиторами, а туг еще этот Алваро... Нужно найти выход... Выход...

Какое-то время они молчали. В кабинете воцарилась мертвенная тишина.

— Ты служил мне верой и правдой, Андре, — первым заговорил Леонсио. — Послужи мне и на этот раз. Прошу тебя, избавь меня от Алваро. Он разделается со мной, если ты не разделаешься с ним. Пожалуйста, догони его. Он предлагал мне за Изауру сто миллионов рейсов, но я отказался. Андре, мы не должны упускать такой большой куш. Уничтожив Алваро, мы убьем сразу двух скунсов — избавимся от опаснейшего врага и раздобудем деньжат. А они ох как сейчас нужны... Ох как нужны...

— Но сделать это нужно чисто, — заволновался Андре, — не оставляя следов, не как в прошлый раз с Мигелем.

— Наверняка Алваро захочет встретиться со своим «тестем». Я уверен, что по дороге в Кампус он заедет к нему.

— Что ж, я прикажу запрячь самого резвого коня, догоню Алваро, отберу у него деньги и убью. А затем брошу в реку как паршивую собаку.

— Мартиньо — мой человек, поэтому можешь не беспокоиться, что у тебя возникнут неприятности с полицией. А если что, то ста миллионов рейсов с лихвой хватит для того, чтобы откупиться.

— Через час или два я принесу вам, мой господин, весть о его кончине... — Андре вынул из кобуры револьвер и крутанул стальной, ослепительно сверкающий на солнце барабан.

Когда Алваро покидал фазенду, уже почти стемнело. Он не торопил коня, пустив его вольной рысью. Хотелось обдумать случившееся, снова и снова вспоминать минуты свидания с любимой, разговор с Мигелем.

 «Де Фонсеки, конечно, хотел заполучить эти деньги. Это было заметно по алчному огоньку, вспыхнувшему в его глазах. Но каков артист! Как он подвел меня к этой заключительной фразе!»

Вспомнив оскорбление, Алваро машинально пришпорил коня, и тот помчался галопом, но взволнованный всадник даже не обратил на это внимание. Он только почувствовал облегчение от усилившегося встречного ветра, обдувающего разгоряченный лоб.