— What do the white gentlemen want? Have we done somethimg wrong to them? (Что белым господам нужно? Мы чем-то провинились перед ними?) — подойдя буквально на расстояние метра к нам, спросил он на четком, очень хорошем английском. Откуда я узнал, на каком языке он спросил? Так в универе преподавали и немецкий и анлийский. И, если первый я прекрасно выучил ещё в школе, то второй, зная, что на нем разговаривает пол мира, зубрил песледние пять лет.

— Нет. Всё нормально, — ответил я тому, чисто машинально, на родном русском, потом ругнулся на нем-же, и продолжил на инглиш, — блин, everything is fine, все хорошо.

— Вы знаете русский, — с удивлением, с трудом различимом на его морщинистом лице, спросил старик на чистейшем русском, и еще с тянущим московским аканьем, чуть чувствующимся, хотя и не произнесенным вслух взрывным г и твердым т в окончаниях.

— Я — не знаю. Я — разговариваю на русском, потому что я из России, — непонятно из-за чего психнув, чуть резче, чем нужно было, ответил тому.

— А откуда вы тогда здесь взялись?.. Неужели пришли от того острова, который недавно атаковали недоумки бокора? Правильно?

— Да, — мгновенно успокоившись, подтвердил догадку собеседника Гюрза, — мы — поисковики острова Победа.

— Значит — у вас все хорошо? Тогда не забудьте передать привет и наилучшие пожелания от Аму Бхутто полковнику Злому. Или Злюкову — мы там, дома, знали его и под тем именем и под тем.

— Это вы о Деде?

— Ну можно о нём сказать и так. У него все нормально? Как ваше основное руководство восприняло тех четверых отверженных, которых мне пришлось убирать с нашего Хавийе? Не очень злилось на нас?

— Так вы, оказывается, неплохо знаете о наших делах? И даже хорошо с Дедом Федоровичем знакомы? Интересно? Нужно будет дома расспросить его о вас. А тех четверых женщин с детьми приняли у нас нормально. Им уже и работу по силам нашли. Ух ты! Понял. Это от вас недавно пришло на большой остров неподалеку отсюда пара десятков молодых девушек?

— Да. Они наши, но с нами жить не хотят — на родине наши и их племена плохо ладили друг с другом. У них тоже — всё нормально? Фиделико ими доволен? Все работают?

Я слышал в его голосе вопрос и одновременно с ним участие в судьбе не захотевших жить рядом хоть и сородичей, но всё же выходцев из совершенно других племен.

— Нормально у них все Общий язык с нашим гарнизоном успешно нашли.

— Вот и хорошо. Жалко было девочек гнать от себя, и тех, первых, и вот этих, но им тут совсем не место. Наши племена и их родные очень часто не ладили в последние десятилетия друг с другом. А там, у вас, им, в любом случае, будет лучше. Вижу на вашем лице вопрос — почему я так свободно разговариваю с вами? Все очень просто — в конце семидесятых годов прошлого века по направлению от своего правительства учился у вас. В великом городе Москва. И не всё, что тогда узнал, и чему научился, забылось. А вы там не просто поселенцев определили, а военный гарнизон?

— Пришлось, насколько я понял. Там у наших с кем-то была стычка, а потом известный вам Злой предложил на нём развернуть производство продуктов. Поля там, зерновые. Может ещё что — но точно мне ничего не известно.

— А мы тут вот обитаем, ютимся, после того, как бокор, это черный колдун, забрал к себе почти всех мужчин. Непривычной едой питаемся, рыбой — так-то члены наших племен моря никогда не видели. А тут вот — пришлось привыкать.

— Так может быть вам подстрелить одного крокодила? Сумеете его превратить в пищу?

— Конечно. Когда в племени много мужчин, их на реках часто бьют.

— Ну тогда — рад знакомству. Тем более — что судя по вам, соседи вышли адекватные. Сейчас поохотимся, и уходим назад. Чуть не забыл. Там, среди ваших, есть правнучка шамана, так вот она предсказывает на сегодня, с вечера, шторм. И не на одну ночь, а на несколько.

— Вот спасибо за предупреждение. Будем готовится к непогоде.

Распрощавшись с этим интересным вождем, отошли чуть в сторону, к началу лежки чудищ, выбрали одного чуть поменьше, что, к тому же, расположившегося в стороне от остальных. Выйдя на берег, стали работать по прежнему сценарию — винтовки вели огонь по голову, стараясь попасть в глаза, а как только монстр, открыв пасть, бросился в атаку, заговорил дробовик. И на третьем выстреле огромная гладкоствольная пуля пробила себе дорогу к мозгу. Застропив трофей за передние лапы, дружными усилиями стянув его в воду, отбуксировали радостным от такого подарка аборигенам. Выслушав за это кучу слов, которых всё равно никто не понял — ведь престарелый вождь уже ушел к их жилью.

Обошли этот остров вокруг, не увидев на его берегах ничего интересного. Но зато за его заросшими деревьями и пальмами землями разглядели чуть дальше несколько скоплений из непонятных отсюда участков суши. Но, так как команды обследовать их так далеко от Надежды не было, повернули назад. И на последнем, маленьком песчаном клочке суши, поохотились снова, добыв трофей уже для отряда Фиделя. А пока мы ходили тут с осмотром, его бабский батальон уже поднял защитную стену на уровень пояса — так что до вечера они её вполне могли закончить.

— Ты погоняй генератор, — передавая тому свою добычу, решил дать ему небольшой совет, — заряди аккумуляторы. Мне при погрузке говорили, что положили вам не только их, но и пару десятков метров светодиодных лент с проводами подключения. Если, как твоя шаманша предрекает, шторм будет длительным — хоть со светом будете там сидеть всё это время.

— Хорошо. Спасибо, так и сделаем. Бензин только жалко.

— Соседи обещали им поделится — так что не жмись. То есть — не жадничай.

— А я, пока вы ходили по своим делам, поднимался на холм с подарком Главы — биноклем, разглядывал, что творится вокруг моего острова.

— Ну и как? Разглядел что интересное?

— На удивление — да. За нами, дальше на юг, у горизонта, а это примерно километров двадцать пять — тридцать отсюда, видна крупная масса. Но не одиночного острова, а состоящая из многих, порядка шести–восьми, может быть даже десяти отдельных эпизодов.

— Вот и спасибо. Значит — есть цель, куда идти завтра.

— А сейчас? Сегодня?

— Даже и не знаю. Было договорено, что мы будем возвращаться ближе к полдню, и по пути заберём продукцию с двух предыдущих участков. Да и там, у первого от дома, мы уже подстрелили две туши, надо бы утащить их, пока не пропали, или их товарки не сожрали.

— Ну тогда нужно уходить. Я вот передаю записку, чего нам не хватает. Как только распогодится нормально, жду в гости.

Идя назад к Победе, зашли по очереди — вначале к Кифеусу на Оливки, забрав у него все то, что было приготовлено к отправке. Заодно тот передал список нужностей для бригады, что был составлен за время нашего похода. После него посетили Сахарный, но тут уже по двум причинам — стать под погрузку готовой продукции, и утащить к Дому первых своих пристреленных дейнозухов. По пути загрузились теми морскими созданиями, что нам всем понравились, и в путь. Чему там все были очень рады…

День 32

Часть 3

(

Поход на восток, к тем землям, откуда мы все вначале и вышли. События, что случились по вине огромных земноводных.)

Одновременно с группой Азаза в рейд ушел и последний парусник из их тройки — но только в другую сторону, и этому маршрут был и покороче, и попроще. Намного. Его экипажу предстояло проверить все наши старые островки да острова — что там на них за возможные изменения произошли. Или — не произошли. Старшим у них был новичок в сообществе, но опытный в поиске — сталкер Матвей Лаптев, работавший дома вместе с Гюрзой в команде Гора — Олега Горина. Или если попроще к нему обращаться, то Лапоть, на что он никогда, по своим собственным словам, не обижается.