- Правильно сделал, и по-соседски и по землячески. Благодарю за инициативу. Иди к своим и отдыхайте спокойно, а с рассвета в путь к Базе, там на катер возьмешь запасное оружие. Давай, иди - вижу же, что день тебя вымотал. Ну а я пойду знакомиться с пополнением.

- Глава, соседи на проводе, просят вас вызвать, - только успел усесться в кабинете, как неожиданно заработала карманная мыльница.

- Наверное тебя Ксюха требует? - спрашивает зашедшая вслед за мной Маша.

- Скорее всего. Коту вроде нет нужды сегодня разговаривать, - и в микрофон продолжаю, - это с Независимости?

- Ага.

- Сразу переключи на меня и соединяй.

- Есть, - отрапортовали с НП.

- Оксана, это Стас - что случилось? - слегка взволновано спрашиваю ту. Ведь вызывать уже почти ночью без особой нужды немного некорректно.

- Вроде как ничего, а что, просто пообщаться нельзя?

- Можно, естественно можно. А у тебя изменения у связистов, не тыкнули мне твоим званием при приветствии.

- Да в личном составе небольшие корректировки были.

И так, буквально не о чем, мы пару минут обменивались новостями, пока я не выдержав, задал прямой вопрос:

- Командир, так что у тебя такого случилось, что теперь мне старательно лапшичку на уши вешаешь?

- Хи! Раскусил, "гад такой". Не обидишься за несколько наглый вопрос?

- Очень серьезная ситуация?

- Думаю, да. Наконец бандитское окружение отреагировало на мой огненный салют третьего дня.

- Я так и подумал - решила вызвать огонь на себя. И много теперь жаждущих?

В итоге она попросила, если у меня есть такая возможность и средства - помощи с моря. То есть - прислать катер с бойцами и пулеметом:

- У тебя ничего нет более защищенного, чем обычная лодка, и с пулеметом?

- Для тебя - даже звездочку с неба предоставлю. Только мы не знаем, где ваш остров. Даже примерно.

- А способы и возможности пеленгации есть?

Сразу сообразив подоплеку вопроса, попросил немного подождать, и связавшись по второму каналу со своим НП и Базой, запросил пеленг на моего абонента. А пока они настраивались, Оксана чуть рассказала о своем сообществе:

- Наш остров, как ты помнишь, он называется Независимость, большой, довольно таки. Сверху он выглядит как гантелька с очень толстенькой перемычкой. Ширина от одиннадцати и до четырнадцати километров в шариках, при длине чуть больше двадцати двух. Практически в центре каждого расширения - горки, большая почти шестьсот а малая чуть выше пятисот метров.

Пока она была занята, спросил у Машуни:

- Я правильно делаю, что без пререканий шлю помощь? Может быть не стоило вмешиваться?

- Ты придурок? - как-то очень неожиданно услышал такое определение моего умственного развития от любимой, - или просто дурак? Нас просят соседи, такие же русские, как и мы, о незначительной помощи. И ты сможешь ей отказать? Я в тебе разочаруюсь.

Не рискнув оправдываться, промолчал на эти обвинения, с нетерпением ожидая результатов пеленгации. И наконец:

- Глава, мы определились, - передал Петр с Базы, - они совсем рядом, примерно в восьмидесяти километрах на запад от нас.

- Нихрена себе, островок. Спасибо, - отвечаю собеседнице, - мои успешно определили, где вы. Чуть больше восьмидесяти километров от нас. К какому времени должна подойти наша помощь?

- Близко - и это очень хорошо. Если можно, то желательно к рассвету.

- А состояние моря и скал в этом районе вы знаете?

Выспросив все важное, что они могли знать о маршруте, вызвал Женю, и пока он ко мне добирался, спросил у своей помощницы про впечатления об главном острове Ксюши:

- Ни фига себе, у них островок! Я вот успела прикинуть на пальцах, его приблизительная площадь порядка двухсот пятидесяти километров. По сравнению с нашей Победой это монстр раз в восемь больше, и как она, бедняжка, с такой громадиной справляется?

- Глава, вызывали? - в этот момент ввалился взъерошенный и немного сонный лейт Грач.

- Да. На завтра у тебя есть другая, очень срочная и ответственная работа, - потом передал тому все, что узнал от соседей, свои обдуманные мысли, ну и приказ, - извини, не до отдыха, пока.

- Да какие разговоры, - быстро ответил тот, - и выспимся, и отдохнем. Ну не в этой жизни, так в следующей. Все успеем.

- Тогда бери человек пять стрелков в экипаж, из них одного, знающего маршрут, ищи любого моториста, и дуй на Базу. Я Александра предупрежу - сразу станешь под разгрузку и дозаправку. Ну и возьмешь там себе новый пулемет. Курс, куда идти дальше, дадут после разгрузки - я его и сам пока не знаю, а соседи обещали уже там на месте выделить своего лоцмана. И, на всякий случай, прихвати пару снайперок ну и тех, кто с ними хорошо обращается. Второй моторист будет сменным, как и парни, а вы за это время успеете отдохнуть-отоспаться. И передай по команде старшему - твоим ранее загруженным судам выполнять отданные приказы.

Отправив Женю, сразу связался с НП производственной базы, вызвав его коменданта, передал все необходимые распоряжения, попросил, по возможности, прислать большой катер к первому архипелагу под погрузку, и на этом наш такой внезапный аврал закончился.

- Милый, будь добр, в следующий раз при подобной ситуации не тупи, - начала меня повторно отчитывать Маша, - нас тут, на этих Забытых Островах, русских и жителей бывшей советской страны не так уж много. Это мы только знаем о двух соседях, ну может еще есть одно или два таких сообщества, и все. А сколько нЕруси тут, страшно и представить, стоит только вспомнить прошлый мир. И, как ты прекрасно знаешь, мы сами никогда и ни на кого тут не напали. Ответку? Да, за этим у нас не заржавеет. Получить долг за нападение? Аналогично. А сами? Ни разу. И надеюсь, никогда и не будем. Согласен? Чего молчишь?

- Да вот, сижу и вспоминаю всю знакомую историю и Руси, и СССР, и уже России. И ты, очень похоже, что полностью права. Начиная от Батыя и Чингиз-хана, мы только били в ответ, вплоть до последней войны. А уже к развалу Союза и сами неплохо приложили руку, погнавшись за европейской красотой во всем - от белья до машин. И продали родину. За сникерсы, памперсы, да джинсу. Ладно, хорош вспоминать былое. Пошли знакомится со свеженькими, с пылу и жару, сегодняшними потеряшками, что на обратном пути Женя нашел.

Звено сталкеров.

Гюрза.

Исповедь стойкого человека.

Чужой мир. Осознание этого невозможно постичь, его нужно только прочувствовать. На первый взгляд, все такое же самое: теплый, даже скорее горячий ветерок треплет давно спутавшуюся мою шикарную гриву. Говорил ведь Гор, что нехрен такие патлы нам иметь - а мне все хотелось повыделыватся, хорошо что прекрасно понимал окружающее нас там, дома, общество и никогда даже мысль не закрадывалась под шевелюру, завязать резинкой сзади хвост. Это чтобы в лицо не мешались волосы. Вот выберемся отсюда - и сразу состригу их просто под расческу. Но только когда это - выберемся? Сколько дней вокруг одно и то же - и плеск волн, и искрящееся в лучах заката небесное светило, что пускало свои жалящие лучи на каменную твердыню нашего жилища, которое одновременно стало нам и ловушкой. Пронзительные крики чаек, что носились в воздухе, часто ныряя в море за рыбешкой, а потом так и норовя нагадить на голову, злясь на меня за то, что пугаю их.

Но невозможно передать ту непостижимую пустоту, что тяжело сжимала сердце. Уже почти нет боли, почти нет тоски по оставленных там любимых людях, и даже улыбка невесты почти стерлась из памяти, погребённая под огромным ворохом резко навалившихся событий. Осталось только лицо матери, которое я никогда в жизни не забуду. И только глаза, одни только глаза любимой Инноятхон часто стоят перед моим внутренним взором, с осуждающим выражением в них. Она же в этот раз предупреждала нас, чуть не со слезами в глазах говоря, что именно вот этот поход добром не кончится. И вот - мы неизвестно где? Куда мы попали? Как мы сюда попали? И от осознания этого невыразимо одиноко и страшно, несмотря на то, что мы вместе. Все трое. Наша годами сработанная тройка сталкеров-поисковиков.