Во дворец де Шалиса мы прибыли не просто так, а для встречи с Фанни. Привидение обнаружилось в библиотеке и теперь не спешило нападать. Она долго смотрела на племянника, после чего, скинув книгу с названием “Тысяча способов сказать прости”, растворилась. Теперь её история тоже завершена, как и история её сына.

Детей надо любить! Думаю, Санхель-Дарриа не был бы таким, если бы родился в любящей семье, желанным ребенком. Он просто был глубоко несчастен в душе, но я не могла за это на него злиться. Наоборот, мне было искренне его жаль.

— Анвэйм, ты задумывался, какая способность будет у нашей дочери? Надеюсь, она не унаследует твой дар?

— Вряд ли, — покачав головой, ответил муж и, притянув меня к себе, поцеловал в висок.

— У Арины будет своя способность… или не будет. Кто знает. Будущее слишком не определено.

Но одно было определено точно: дочь мы будем любить.

12 лет спустя

Арфа была чудесным инструментом — звуки выходили умиротворяющие, успокаивающие и дарящие тепло и уют. Настоящее наслаждение для души!

Я все-таки смогла научиться на ней играть, отдавая дань уважения Аламинте. Анвэйм сидел в кресле и с улыбкой смотрел на меня, слушая музыку. Двухлетний Арей сидел у папы на руках, играясь с двумя деревянными солдатиками. Он обладал исключительно светлой магией, в отличие от старшей сестры.

К слову, о ней.

Струна оборвалась скрежетом, когда я услышала звук бьющегося стекла. Переглянувшись с Анвэймом, мы нахмурились, после чего одновременно вышли в коридор.

— Не нужны мне твои куклы! Я не ребенок!

Арина сжимала кулаки с неудовольствием глядя на его темнейшество. Аир же выглядел вовсе растерянным. На полу между ними лежала разбитая фарфоровая кукла.

— Арина, ты как себе ведешь? — строго спросил Анвэйм и подошел ближе.

Дочь под взглядом отца смутилась и отвернулась. У неё только начался переходный возраст — фигура ребенка, но гормоны уже начали играть в ней, что выплескивалось в неожиданный вспышке то гнева, то радости.

— Арина? — строже произнес его светлость.

— Простите, — выдавила наследница и вскинула подбородок, смотря на правителя темных. — Но я уже говорила, что давно не ребенок! Не нужны мне эти куклы.

Не дав больше ничего сказать, она развернулась и бросилась бежать по коридору. Арей заплакал, и я забрала ребенка на руки, пытаясь успокоить, но все еще с беспокойством глядя вслед старшей дочери. Посмотрела на напольные часы. Ровно десять минут ей нужно на то, чтобы успокоиться. После этого можно и поговорить.

Аир присел на корточки и отбросил кусочек фарфорового лица куклы, после чего магией склеил все обратно.

— Я передам ей, — произнесла я виновато. — Прости, у неё сейчас не самый лучшие период.

— Ничего страшного, — ответил Хассаир задумчиво, но куклу не отдал. — Раз она ей не нужна, то пусть останется у меня. — Переключив взгляд на нашего с Анвэймом сына, правитель темных улыбнулся. Кукла скрылась в темном портале, а на смену ей пришла другая игрушка — деревянный пегас. — Ну ты-то надеюсь еще принимаешь игрушки?

Ребенок перестал плакать и с интересом воззрился на темного. События двенадцатилетней давности сплотили семьи правителей, поэтому Аир был нашим другом. Его темнейшество забрал Арея, после чего направился по коридору, отдаляясь.

Анвэйм задумчиво посмотрел ему вслед, и, развернувшись, притянул меня к себе. Я улыбнулась и перебрала светлые волосы мужа руками.

— И о чем думала наша дочь?

— Ты знаешь, что её эмоции для меня такая же загадка, как и твои, — ответил Анвэйм и приподнял ладонью мой подбородок.

— Ваша светлость, вы должно быть запамятовали, мои эмоции для вас не такая уж и загадка.

— Неужели? — хмыкнул мужчина. — Расскажи-ка подробнее, дорогая супруга.

— Я вас люблю, — ответила искренне, со всей страстностью. — Люблю.

Анвэйм улыбнулся — широко, счастливо, восхищенно. Наклонившись к моим губам, сорвал быстрый, удивительно упоительный поцелуй. Странно, но почему-то я до сих пор не привыкну к этому — кажется, в голове по-прежнему поселяется туман всякий раз, стоит Анвэйму прикоснуться ко мне. Но я все же нашла в себе силу мягко отстраниться от мужа.

— Тш-ш… Арине сейчас нужна поддержка, — произнесла и, привстав на цыпочки, поцеловала мужчину в щеку. — Увидимся. позже.

— Мне приходить?

— Я позову, если ты будешь нужен, — ответила я и направилась к тайному ходу.

Арина сложный ребенок. Первая магиня, обладающая двумя потоками магии. Сейчас, когда завеса пала, а магия начала распределяться равномерно, стало рождаться все больше таких детей — от союзов светлых и темных. Ардахейм и Фарахейм ждало удивительное время расцвета новой цивилизации.

А меня ждала моя дочь. Моя радость и моя отрада. Как и Арей.

Главное — не бояться искренних чувств. Тогда где-то за горизонтом непременно будет ждать счастье.

Диаронд, Владыка Тиамириса

Я буквально влетел в обитель оракула, сменив ипостась и оглядевшись. Послушники в белых балахонах расступились передо мной, склоняя головы. Пройдя дальше по коридору, я поднялся в башню по винтовой лестнице. На самом верху за столом сидел Орвальд — почтенный старец в невзрачном одеянии. Его глаза были закрыты, а рука распростерлась над хрустальным шаром, в котором я не видел ничего, кроме клубящейся мглы.

— О великий старец, почти разговором своего Владыку, — произнес я насмешливо и подошел ближе к столу, наклонившись к оракулу. — Где мой наследник?

— Ваше величество, не собираетесь ли вы с меня стребовать супружеский долг? — открыв глаза, окинул меня не менее ироничным взором Орвальд.

— Уморительно, — склонил я голову набок. — Ты ведь понимаешь, что мы на грани войны с Аронской империей? Я взял в жены принцессу, но не смотря на заверения целителей, что мы оба здоровы, мы никак не можем произвести на свет наследника, который станет залогом мирных отношений между нашими империями.

— Дитя мира, — задумчиво произнес Орвальд.

— Да, ты его так назвал, — кивнул я. — Три года назад. Сказал, что спасти от войны наши империи сможет только ребенок мира.

— Помню, помню, вы именно так трактовали мои слова, — кивнул изрядно раздражающий старец и причмокнул. — Так что, наследник никак не появляется? А вы хорошо стараетесь, ваше величество?

— Орвальд, — с нажимом произнес я, и мужчина пожал плечами.

— Мало ли, быть может, в ваших отношениях с женой не всё гладко? Часто ли вы заглядываете к ней в спальню?

— Достаточно, — заверил его я. — Пусть этот брак был заключен из политических соображений, но Раванна привлекательная женщина.

— Да-да, принцесса демонов на редкость хороша, — согласился старец, улыбнувшись. Что бы он понимал! — Но, ваше величество, помните ли вы о магическом принципе наследования?

Конечно, я помнил и всегда принимал соответствующие меры, чтобы обезопасить себя от ненужных последствий.

— Следующий наследник рождается только после того, как родился предыдущий. Две женщины не могут зачать одновременно от одного и того же магически одаренного мужчины, — ответил я. — Природа обезопасила себя, чтобы нивелировать численность магов.

— Вот и ответ, ваше величество, — кивнул оракул. — Императрица не может забеременеть, ведь у вас уже есть нерожденный наследник.

— Этого не может быть, — со злой усмешкой произнес я. — Я верен своей жене. Беременность, насколько мне известно, длится девять месяцев, а я женат три года.

— Чудесная математика, Владыка, — радостно кивнул Орвальд. Скинуть бы его со скалы, да жалко старика. — Но слышали ли вы, что время в разных мирах течет по-разному?

Я застыл. Конечно, я знал об этом, теоретически, но при чем тут?..

— Вы хотите сказать, что где-то в другом мире есть девушка, что носит под сердцем моё дитя? — уточнил я, нахмурившись. — Но как такое возможно?