- И решили, что я подхожу? – выдала я саркастическую улыбочку.

- Вы напрасно пытаетесь ехидничать. Поверьте, я научился разбираться в людях. Мне просто пришлось это сделать. И я видел множество женщин. И весьма юных, и вполне зрелых. И поверьте, никто из них не смог бы вот так собрать вокруг себя полсотни совершенно разных людей, да еще заставить их подчиняться. Вы не самая красивая в мире, хотя весьма, весьма привлекательны. Вы, возможно, не самая умная, иначе мне не удалась бы моя затея. Но у вас хватило ума организовать свою группу и подобрать на ключевые должности именно тех людей, которые подходят для них наилучшим образом. Короче говоря, по отдельным позициям вы, может, и не являетесь совершенством, но вот по совокупности своих качеств – просто бриллиант. За всю свою жизнь я не встретил ни одной женщины, которая могла бы с вами сравниться.

Ковбой говорил и говорил, и мне, чего греха таить, было приятно слышать такую высокую оценку своих невеликих достоинств. Тем более, что говорил он, насколько я могла судить, вполне искренне. Наверное, если бы комне тогда, в прошлой жизни, явился такой мужик и принялся звать замуж и сулить золотые горы, я бы и секунды не задумалась. Вот только здась, на островах, я неоднократно уже столкнулась с тем, что любые предложения, даже самые выгодные на первый взгляд, могут быть с подвохом. Был бы кто другой – я попыталась бы сыграть дурочку, но с этой акулой бизнеса такой фокус не пройдет. Придется действовать иначе.

Я дождалась, когда Карлайл закончил свою речь, и произнесла:

- Это очень неожиданное предложение. Прежде, чем соглашаться, я бы хотела как следует все обдумать.

- Пожалуйста, думайте, - легко согласился мой похититель. И тут же добавил:

- У вас есть примерно полчаса, мы уже почти на месте.

Карлайл и вправду демонстративно отвернулся от меня. Хотя сомнений не было – контролирует. Для этого ведь необязательно пялиться во все глаза. И дергаться бесполезно: в лучшем случае свяжет, а в худшем – пристрелит напрочь. Он ведь, судя по всему, этот ловелас всерьез на мне жениться вознамерился, и моего отказа в своих планах не предусматривал. Тоже мне, великий бизнесмен, почти что в списке Форбс. Всю жизнь на деньги разменял, а теперь считает, что может любую девку купить. А если какая заупрямится, так добавит сверху лимон-другой баксов, и дело в шляпе. Вот только я не любая, и такое лобовое предложение мне просто оскорбительно.

Конечно, как мужчина этот янки выглядит вполне хорошо. Для большинства моих подружек из прошлой жизни так просто идеал мужчины: красивый, мускулистый, богатый... Вот только за неполный месяц, проведенный на островах, я тоже сильно изменилась. И прежде была хороша, что на лицо, что на фигуру, а теперь и вовсе любая модель от зависти сдохнет. Во-первых, внешность подправила неслабо: постройнела, похорошела, обрела золотистый загар, плоский живот и округлые подтянутые ягодицы. Целлюлит исчез бесследно, щеки на плечи давить перестали, а грудь и раньше была такая, что иные шеи сворачивали, глядя вослед. В общем, девка-краса, мужикам тоска. И если бы перемены мои ограничились только этим, я бы сейчас не парилась. Обняла бы Карлайла, напялила бы на безымянный палец колечко с брюликами и уверенной походкой от бедра пошла бы в новую светлую и богатую жизнь.

Вот только внутри себя, в душе я за тот же месяц переменилась гораздо сильнее. Вроде, и времени-то немного прошло, а словно другим человеком стала. И действительно: ведь если начать вспоминать – сколько всего напроисходило! А сколько раз я жизнью рисковала? Сколько раз на волосок от смерти побывала? Не специально – само как-то так выходило. И ответственность за других на себя брала, и казнила-миловала, своей рукой убивала, людей на смерть посылала… Где теперь та глупая девчонка, что за халявные обои тряслясь? Нет ее больше. Случись мне вернуться обратно, я вряд ли стала бы надрываться за копейки на штукатурно-малярном поприще. Пусть не сразу, но нашла бы себе иное занятие. Надо – выучилась бы, добыла нужные знания-умения. Я теперь цену себе знаю, придумала бы, как заработать и на хлеб с маслом, и на красную икорку. И уж, во всяком случае, не кинулась бы на шею первому встречному кошельку на ножках. Королевы – они не продаются, у них есть достоинство и гордость. А я, хоть это, может, и смешно звучит, ощутила-таки себя королевой. Не сама по себе – люди это сделали. Они меня выбрали, над собой поставили. Они меня, по сути, и короновали. Вот ковбой, наверное, эту мою невидимую корону и почуял, раз настолько сильно к себе пригрести захотел. Да только сам он на короля никак не тянет. Так, гангстер средней руки. Ну максимум – крестный отец мафии. Но не король, нет.

Я вздохнула и огляделась по сторонам. Лодка сбавила ход и приближалась к какому-то острову немаленьких на первый взгляд размеров. Берег этого острова выглядел сплошной скалой. Если верить тому клочку бумажки, который я выучила наизусть, где-то в этих скалах был проход. Но подойти к этому проходу было почти невозможно – повсюду виднелись либо воронки водоворотов, либо буруны над верхушками подводных камней. Местами острые черные зубцы поднимались над водой. На одном из них была надета измятая куча металла, в которой при желании можно было распознать приличных размеров катер. Теперь понятно, для чего Карлайлу та бумажка: без нее он разве что сам утопнет, но вход в помеченную крестом бухту не найдет.

Наша лодка обогнула гряду камней, и тут меня ждал очередной неприятный сюрприз. За камнями, невидимые до сих пор, нас ждали еще две лодки, а в них в общей сложенности восемь головорезов, увешанных с ног до головы ружьями, пистолетами и абордажными тесаками. Может, конечно, это были и не тесаки, но железяки в ножнах выглядели внушительными, с локоть длиной, а то и больше. И шириной, по меньшей мере, с ладонь. Пиратская кодла увидела нас, оживилась, завела моторы и тихонько двинулась строго за нашей лодкой. Можно сказать, след в след.

Маршрут был сложным и весьма извилистым. Я не считала, но прежде, чем дойти до входа в бухту, мы сделали не меньше десятка поворотов, огибая скрытые под водой камни. Этакий морской лабиринт. Карлайл подошел к рулевому, и встал рядом с ним, держась за рамку ветрового стекла и отдавая ему короткие команды. Поза его выдавала немалое нервное напряжение, и, как я вскоре убедилась, нервничал он не впустую. Одна из следовавших за нами лодок повернула слишком небрежно, и вышла за границы безопасного прохода. Тут же невесть откуда взявшееся течение жестко мотнуло лодку, ударило волной в борт и стремительно потащило в сторону. Ничего не помогло: ни мотор, ревущий на предельных оборотах, ни весла, которыми кинулись грести эти не слишком умные люди. Моторку шмякнуло о скалу, после чего она в несколько секунд ушла под воду. Тех, кто смог остаться на плаву, потащило дальше в море, где уже нарезали круги черные треугольные плавники. Карлайлу оставалось лишь выругаться сквозь зубы. А оставшаяся лодка вдвойне тщательно стала копировать курс своего предводителя.

Пока лодка осторожно пробиралась мимо скал, я размышляла о себе и своих дальнейших действиях. Моего отказа Карлайл очевидно не примет. Учитывая мое безумное похищение, можно быть увереной: если я не пойду по доброй воле, меня потащат силком. Еще порция эфира, или просто удар рукояткой револьвера по темечку – и все. Нечего обольщаться: будь даже моя нога в порядке, в драке на кулачках я против американца не выстою и пары секунд. Сделать вид, что согласна и втихаря ловить момент, чтобы сбежать, тоже вряд ли выйдет. Не верю я, что моих способностей к лицедейству хватит для того, чтобы обмануть чертова ковбоя. Остается только попытаться сочинить несколько доводов, которые могут заставить его задуматься и если не отказаться от своих планов, то притормозить хоть на часик-другой. Может, за это время кто-нибудь придет меня спасать? Например, какой-нибудь принц на белой кляче? Ну, то есть, на белой яхте?