Группа Кота

Кот , засада в Заливе Свиней

Хуже и гаже того нет — долго и напряжённо ждать и догонять. По себе знаю, ещё с Земли! Особенно для меня, непоседы — не люблю любую чужую необоснованную ничем тягомотину, особенно, если мне самому ожидать кого-то приходится! Когда меня ждут — тоже неприятно, вроде как обещал, а не успеваю, но когда кого-то другого — реально бесит! Сильно! Особенно, если жду кого-то совсем незнакомых. Прямо-таки корёжит всего!

А тут-то и здесь вокруг совсем не наша привычная с босоногого детства Земля, а чёрт знает что такое! Острова эти… «Зз-забытые», ёрш их через колено!!! Вот Кто и Когда их «забыл» и Где, кто б нам сказал-то, да просветил незнающих? Ну про Где — это, вроде как, уже чуть-чуть яснее становится. Где — это, стало быть здесь. Другой мир, похожий на Землю, другая планета, очень её напоминающая. И мы на ней, в какой-то там всеми Богами забытой «локации».

Ну «Платформа» ещё — допустим, ладно. Ярар, булсын (ладно, пусть будет — тат.) — как Фая бы сказала. Вполне вменяемое название для другой Планеты. По крайней мере явно что-то большое и солидное. Масштабное, по крайней мере. Не «Полустанок» же, не «трамвайная Остановка»… и ладно. Номер «Пять»-то почему и отчего — для некоей, где-то в ведомостях, галочки что ли? «Ставь птицу», ага! И где тогда все предыдущие, куда делись, на нет они все сошли вовсе? Или всё так же существуют где-то когда-то и там тоже до сих пор проводятся подобные Эксперименты? Брр… Голова кругом идёт от этой «множественной» числительной космогонии… Вот как это может быть? Однако же вот, есть…

Хотя… Вот я находил какое-то непонятное письмо, так, кстати, и непрочитанное в первый свой день здесь — а что если и есть это след от предыдущей «Платформы»? Ну или что-то вроде того? Ну ладно, допустим, от предыдущего «Слоя». Слоя заброса, а? Посланцев-засланцев сюда, тех, что до нас тут были. Так ведь и не прочитал же — даже соостровитянам своим не показывал. Язык уж больно там необычный — вряд ли кто из моих его знает. Всё равно надо будет потом обязательно попытаться перевести, вдруг кто-то хоть что-то из того послания поймет. И ещё — очень обидно осознавать, что кто-то, будем считать их «Наблюдателями», такие вот масштабные Эксперименты над нами — людьми, устраивает! Р-раз — и стёрли всех предыдущих, два — и новую порцию подопытных закинули! Нас, между прочим, в их числе. Или нет…

У Ника Перумова нечто подобное было в его «бесконечной с продолжением» книжной серии — гибли-гибли там разные суровые древние Боги, да никак всё не кончались. (Если чуть подробнее, был там в самом начале многотомной эпопеи такой проходной эпизод — некие очередные Боги время от времени смотрят в многоканальный экран, по которому идёт прямой репортаж с разных планет их подопечной Вселенной в режиме реального времени.)

Вот и за нами так же «какие-то» неведомо Кто смотрят. Люди, Рептилии, Спруты или и вовсе бездушные Роботы? Неизвестно! Блин, обидно-то как, не передать — чувствовать себя подопытными… э-э-э… вот кем только? Мышками-норушками? Букашками-таракашками? Тьфу ты! И не спрыгнешь в никуда или «в обратно», типа: «а пошли вы все подальше, надоело, хочу на старую Землю!» А ведь когда-то записывался в «попаданцы», очереди на «отправку» годами терпеливо ждал. Вот же — дождался, получи и радуйся. Ну я-то ладно, скорее всего, даже и готов был к подобному, хотя бы морально на то настроился, ждал, жаль, не с большим багажом всякой всячины сюда «въехал», а остальным-то людям каково? Каково — другого приличного слова не подберу!

И нет, не услышат Они, просто не услышат, а если даже и поймут мои чаяния — только хуже будет, запросто подбросят какой-нибудь новой гадости, с них, чую, с тех «Верхних» станется!

Типа, как в старом-старом анекдоте, когда некий обычный затюканный еврей своему наставнику-реббе слёзно жаловался «что в доме его стало слишком уж тесно, семья-то у него большая, детей много, тёща вредная, ещё и жена, её дщерь, обе они заели-запилили и мозг постоянно выносят, а места-то на всех не прибавляется и всё! Неоткуда взяться! Невезуха и непруха — если кратко и ёмко. Тот ему и „посоветовал“ взять в своё жильё ещё и козу. Козу! Бодливую, шкодливую и рогатую! Вы представляете что началось в том домишке? Через некоторое время тот приходит вновь, уже с новой жалобой и слезной мольбой — мол, стало ещё хуже, помоги, Уважаемый! Реббе (это, если кто не знает — их священнослужитель, навроде попа у православных или муллы у мусульман) ему тут же и новый совет выдает — отпустить козу. Выгнать её напрочь! Еще через некоторое время тот прибегает с благодарностью — наладилось все, лепота и полная благодать наступила.»

Вот и нам… если на несчастную судьбу роптать и кручиниться начнём — наверняка новую напасть придумают и непременно какую суперновую каку-бяку неведомую сотворят, типа появления поблизости птичек огромадных или, к примеру, акул-переростков пришлют — «нате вам, кушайте — не обляпайтесь! Вам уже стало скучно и грустно — тогда Беда сама придёт к вам!» Или еще какую «хню» водную и плавающую измыслят. Причём, кто кем закусывать тогда станет, она нами, или мы ею — умолчат по обыкновению. Нет уж, не надо нам такого.

Обойдёмся!

Вы слышите? Не-на-до! Мысли считываете? Вот! Хотя кто ж нас спросит-то? А вот от козы не отказались бы. У нас тут наземных хищников нет, а зелени ей на прокорм хватило бы… А ну как у Тани молока вдруг не станет?

Наша Таня громко плачет -

Уронила в речку мячик,

Тише, Танечка, не плач,

Все равно казённый мяч! (детские стишки)

Ка-а-акая глупость в голову лезет — тьфу! Это от нервного напряжения и ожидания — не иначе. Вот-вот, а мне, как оператору-добытчику «казённые», то есть земного производства, смеси молочные с каждой поставкой тогда добывать… Нет уж, давайте сразу козу! Для начала одну, а там посмотрим. Почему не корову? А вот как-то непривычно… У Робинзона Крузо на острове были козы! Хотите чистоты своего «Эксперимента» — и нам их давайте! Будет с чем сравнивать. С огородом разобрались, птицеферма на «Курятнике» сама приплыла, э… пардон, пришла, теперь дело за молочно-мясным животноводством. Будем искать!

Насчет тесноты же — это явно не про нас пока. Есть куда народ и селить, и размещать. И здесь, на острове Дом, и вокруг, на уже освоенной нами территории. Ну как «освоенной», осмотренной, не до конца изученной, но за нашей группой закреплённой — так будет всяко вернее. Её, раз она наша, ещё осваивать и осваивать. Вот австралийцы как-то упомянули про какие-то пещеры, что они недавно на своем острове обнаружили — вот бы и там побывать! Или самому глянуть бы, или, если не получается пока — заслать кого-то из наших, кто в этом разберётся… А кто у нас по пещерам специалист — нету таких! И если б толковых и дельных людей ещё нам добавили — не отказался бы точно!

«Приходите, Тараканы, — я вас чаем угощу» — так, кажется, «Муха-ЦекаТуха» гостей зазывала у Корнея Чуковского в одном из его детских стихотворений? И мы угостим — что мы хуже-то? Хороших — как положено, от всей широты души, а плохих… «Самовары» начищены и патронами заряжены! И даже «чайники» — это о наших стрелках уже — тоже готовы… в целом. Особенно в такой ситуации, когда те самые хорошие да полезные — где-то там, за дальним горизонтом и неизвестно, где и как в одиночку и малыми группами выживают, а мы-то тут сидим, да себя напрасно накручиваем, нервы сжигая. Да ещё и ждём неизвестно кого, но явно недобрых и недружелюбных, которым мы чем-то заранее не нравимся.

Не, то, что не нДравимся — не удивительно вовсе, мы уже не одну мозоль вокруг отдавили, успели ненароком, сами того не подозревая — откуда взаимной любви-то появиться? Но вот то, что придут какие-то точно новые, доселе ни разу не встреченные — это достоверно. И наблюдения за ними подтверждают, и да — обычная логика подсказывает. Нам-то именно они и не нужны вовсе, и без них как-то неплохо живется, но не «кланяться» же всяким хренам, непонятно с какой с горы слезшим? Или с дикого острова выплывшим, как та вонючая субстанция, которая не сразу тонет. Ничего — поможем! Вот уж чего от нас они никогда не дождутся — так это того, что прогнёмся перед ними, сколько б их ни было!