Вспомнилось сегодняшнее сообщение на терминале: расширение за счет селективного кластера. Раньше такого не было. Причем, и у Сотникова не было. А что такое селективный кластер? В его ситуации, это Аддис-Абеба. То есть какое-то племя, вначале присоединившееся к их анклаву, целиком перекинулось к нему. За присоединение монокластера Наблюдатели дают бонус. А за потерю? По логике вещей, должны наказать. Какое будет наказание, можно только гадать. Но вот Сотникову эта информация будет очень интересна.

Мысли перекинулись на другую тему. Интересно, насколько сельскохозяйственные навыки эфиопов поддаются коррекции? Климат совершенно другой, другие почвы, другие культуры, другие сорняки и другие вредители. Как бы не пришлось учить их всему этому. Конечно, они где-то и как-то хозяйствовали, но кто ж знает, как именно. Агроном в форте есть. Вопрос – послушают ли они. Тем более, женщину. У них на старой Земле местами еще деревянной сохой пашут. А тут? Нужно учить севообороту, применению механизации, обращению с техникой… Зато можно, например, в счет оброка часть земель заставить засеивать льном и получать волокно для производства тканей.

Детей надо отдельно учить. Ну, тут Жене есть чем похвастать. Он много разговаривал с вождями, убеждал, приводил всяческие доводы и вот теперь в этот год после сбора урожая пятеро парнишек из разных племен поедут в замок Россия учиться. Этого, конечно, мало. В идеале, все эфиопские дети с определенного возраста должны проходить обучение вместе со своими сверстниками из остальных поселений анклава. Но это дело будущего. А пока нужно сосредоточиться на текущих проблемах.

В форте уже ждал Касаткин.

- Ну что, капитан, - сказал Женя после взаимных приветствий, - есть одна тема. Как раз по твоей части. Если выгорит – можно будет крупно наказать эфиопов. А если повезет, то и не только их. Давай я расскажу тебе, что знаю, и будем писать диспозицию. Пошли, сядем поближе к рации. Бероеву тоже будет интересно поучаствовать в разговоре.

Последняя, предутренняя вахта, заслуженно названная собачьей, досталась Сержу. Ну а как иначе? Он, сонно щурясь, выполз из-под спальника. На его место быстренько, пока не улетучилось тепло, забралась Галка и почти сразу засопела. Сергей поглядел на нее, на прижавшуюся к ней девочку, поправил спальник и двинулся вокруг поляны.

С пруда поддувал ветерок. Вроде бы, и легкий, но Серж как-то быстро озяб. Остатки сна мгновенно улетучились. Поеживаясь, он медленно нарезал круги вокруг стоянки, стараясь двигаться максимально тихо. Периодически Сергей выходил к берегу озерца и, стоя за деревьями, осматривал берега. Не обнаружив ничего подозрительного, он отступал вглубь леса и продолжал обход. Время от времени он останавливался и прислушивался. Тишина. Лес перед рассветом словно вымер. Молчали лягушки, не кричали ночные птицы, не шуршало в траве и кустах мелкое зверье, не плескалась в озере рыба. Можно было подумать, что во всем лесу не спит лишь он один.

От воды потянулся туман и густой белой пеленой покрыл и зеркало озера, и прибрежный лес. Густая белесая дымка скрыла землю, и казалось, что деревья плывут в молочном киселе. Картина была настолько фантасмагоричной, настолько жутковатой, что Сергей зябко передернул плечами. В голову упорно лезли невесть откуда взявшиеся мысли о колдунах, призраках, русалках и всякой прочей нечисти. Серж пытался прогнать их, но не особо успешно.

Собственно, было отчего вспомнить о мистике. Окутанный, искаженный туманом, мир вокруг стал казаться зыбким, призрачным, нереальным. Очертания предметов можно было сколько-нибудь отчетливо различить лишь на расстоянии не более пяти метров. Тишина стояла просто нереальная. Ветра практически не было, и ни с озера, ни из леса не доносилось ни единого звука. На ходу еще слышен был шелест приминаемой травы, легкий хруст попавших под ноги мелких веточек, но стоило остановиться, и тишина вновь плотным коконом окутывала человека.

Сергей закончил очередной круг и опять остановился у берега озера, вслушиваясь в пространство. Если верить книжкам, сейчас слышимость должна быть такая, что можно разобрать разговор за три километра. Проверить правдивость этого утверждения пока что случая не было. Но кто знает, может, какой-нибудь потенциальный противник выдаст себя неосторожным звуком.

Звук пришел. Странный жуткий звук: не то рычание, не то протяжный утробный вой, и над лесом на востоке, как раз там, откуда они пришли, полыхнули вспышки багрового света. Навалился страх. Липкий, удушливый, он протек по спине холодным потом, вздыбил на голове волосы и резко бросил в дрожь все тело. Освободиться от власти этого чувства было нелегко. Но едва Серж справился, как звук повторился, и снова предутреннее небо озарилось багровыми сполохами. Бр-р-р!

Из-под елки выползла заспанная и встревоженная Галка, за ней – Теген.

- Что это было?

- Кто ж его знает! Какая-то гадость. Ну, раз вы все проснулись, давайте перекусим и двинемся. Что-то мне неспокойно стало. А еще лучше – давайте отойдем немного и там уже поедим.

- Какой ты чувствительный! – съехидничала каратистка. – Ну что ж, давай отойдем. Только сперва я одна отойду. Да и Теген тоже, наверное, нужно.

Галя с девочкой пошли за ближайшие елки, а Серж принялся собираться. Собрал и надел рюкзак, перекинул через плечо сумку, сложил в нее рыбу, проверил, чтобы после них на земле ничего не осталось, закрыл костровище дерном. Сам быстро справил нужду, и принялся ждать.

В прошлой своей жизни он не слишком обращал внимание на природные красоты. Наверное, из-за вечной своей беготни и занятости. Но сейчас он был буквально заворожен открывающимся ему зрелищем. Он наблюдал, как непроглядная еще недавно тьма становится мутно-серым сумраком, как черное небо становится темно-фиолетовым, как на востоке появляется тоненькая светлая полоска…

Вдруг из-за деревьев, куда ушли дамы, послышалась громкая возня, потом детский вскрик и сочные матюки, выдаваемые девичьим звонким голосом. Серж бросился на звук, на ходу выдергивая из кобуры пистолет. Сквозь туман прорисовалась картинка: Галя со спущенными штанами стояла на коленях, а за спиной у нее стоял здоровенный негр со знакомым уже снаряжением и умело крутил ей руки. Рядом на земле лежала Теген. Все дальнейшее произошло буквально за пару секунд. Негр увидел вооруженного противника, выпустил девушку и тоже схватился за оружие, но тут же повалился с выпученными глазами, судорожно хватая ртом воздух, не в силах издать ни звука. Еще бы - два удара в полную силу по чувствительным точкам от черного пояса кого угодно с ног свалят. В стороне из-за елки выскочил туманный силуэт, уже с автоматом наперевес. Не раздумывая, Серж дважды выстрелил в него, тот упал. Убит или ранен – проверять было некогда. Метнулся к елке, на ходу пряча пистолет, подхватил девочку на руки и кинулся в сторону противоположную той, откуда появился враг. Галка одним движением натянула джинсы, от всей души добавила с ноги в челюсть первому, катавшемуся по земле, и, удерживая руками штаны, чтобы не свалились, кинулась следом. Через пару минут остановилась.

- Отвернись, я джинсы поправлю. А то так сотру все себе в кратчайшие сроки.

Сергей послушно отвернулся. За его спиной послышалась возня, потом коротко вжикнула «молния».

- Вляпались, млин, - зло проговорил Сержант. – Как ни старались, а все-таки вляпались. Значит, так: туман продержится еще с час. Нужно за это время максимально оторваться. Тут, вдоль берега, деревья пореже, пробежимся в темпе с полчаса, потом зайдем в лес, передохнем и двинем дальше.

Ни говоря ни слова, Галка взяла девочку на руки.

- Ну что, рванули?

И они побежали дальше.

- Все, передышка.

Остановившись в густых прибрежных кустах, Серж скинул рюкзак, Галка осторожно опустила давно уже очнувшуюся Тэген на землю.

- Рубаем по-быстрому.

Холодная рыба была не такой вкусной, как свежеиспеченная вчера вечером, но вполне съедобной. Да, собственно, в их случае привередничать не приходилось. Садиться не стали, поели на ногах, запили водой из фляжки. Пока Тэген бегала с фляжкой к озеру, Сергей тщательно закопал рыбные кости. Огляделся, прислушался, вскинул на плечи рюкзак, скомандовал: