А в нем — два Автомата и Пулемёт! Именно так, для нас — с большой буквы. И винтовка Ag m/42.

(винтовка Ag m/42 шведского производства — из оружейной находки на о. Кошка)

Как рассказал им про нее Ойвинд — норвежские 'полицейские войска', обучавшиеся в Швеции во время Второй мировой войны, также получили Ag m/42s и привезли их в Норвегию, после того, как немецкие оккупационные части сдались союзникам в 1945 году. Эти винтовки до более поздней версии Ag m/42B (а позднее появилась и такая) не модифицировались. Её ему и выдали, он, как увидел — вцепился, не отнять. Зато всё остальное — вот оно здесь, наше теперь. Первое и самое убойное — датского производства ручной пулемёт Мадсен! Я потом посмотрел в справочниках что это такое, пытался понять что же за прибамбасина нам досталось…

Узнал: ручной пулемет Madsen модели 1940 года, состоявший на вооружении в Португалии, модель для датской армии или ещё какая-то другая похожая их модификация. Даже консилиум собирали. Совершенно непривычное расположение коробчатого магазина — сверху, а не снизу, как нам привычно по линейке АК, но кто ж и когда от таких Подарков Судьбы отказывается-то? Дарёному пулемёту в дуло не заглядывают, вот!

А кто сдуру заглядывает, и, при том, ещё и рожу недовольно кривит — долго не живут, излишне любопытные быстро кончаются.

(ручной пулемёт Madsen модели 1940 года, состоявший на вооружении в Португалии — из оружейной находки на о. Кошка)

И к автоматам — тоже. Их было два, и тоже Мадсены! Датский пистолет-пулемет Madsen 1945 (называется также Modell 13 и Modell 1945/47) был, как выяснилось, предназначен для вооружения армии и полиции. Как потом узнал — пистолет-пулемет Madsen M.1945 спроектирован и выпущен в 1945 году, датской компанией Dansk Industrie Syndikat AS (DISA), ставшей широко известной среди производителей стрелкового оружия под брендом «Madsen». Дичь и полная экзотика! Пристреливать надо, это да, конечно, и привыкать, но они все реально новенькие оказались, в заводской смазке. Ребята наши, пока шли по морю дальше — очистили их, зарядили и опробовали. Работают как положено! Ну и замечательно. Все эти ТТХ по найденному оружию мы позже узнали, когда во время поставки заказал мануалы по ним, причём на русском не было, только на датском, немецком и английском. Вот английские и брал — есть кому перевести.

(Датский пистолет-пулемёт Madsen 1945 (называется также Modell 13 и Modell 1945/47)— из оружейной находки на о. Кошка)

Кот енд Ко! (наперекор всему!)

Ах, эти Тучи в голубом

Напоминают море.

Напоминают старый Дом,

Где кружат чайки за окном. (из песни «Ах эти тучи в голубом…»)

Полезная находка эта оружейка, там ведь и по упаковке патронов ко всему этому «зверинцу огнестрела» нашлось. Причём, патроны, что удивительно, значительно более позднего выпуска, а не тех давних седых военных лет. И новенькие, будто только что с завода.

Кстати, и вывод непростой… По всему ассортименту и содержанию вложения получается, что это именно наши знакомые датчане должны были её найти, может быть, даже, и совместно с нашим норвегом, и уж ну никак не мы, и уж точно, ни в коем разе, не негры-поисковики. Так? И, по той же неведомой логике Наблюдателей, вероятно, как раз, они, а не мы должны были вширь и далее развиваться? А мы уж тут так, при них? Или вообще мимо? А х… вот огородный корень им из четырёх букв! Большой и толстый!!!

(хрен садовый…)

Но это «послезнание» уже назад никак и никому не отыграть, кто что нашёл и уж, тем более, завоевал — того оно и есть. Это — суровое и надёжное оружие, и с ним не шутят никогда. У датчан на Зеланде и изначально имелся свой собственный серьёзный шанс подняться, причём сразу со страта и самим. Деревянная изба-склад на их острове уже одна чего стоит, а они его, этот свой золотой шанс просто профукали в банальных бытовых разборках с цыганами. Как там у незабвенного Владимира Семеновича: «…настоящих буйных мало, вот и нету вожаков!» У них, по всему так выходит — своего такого не нашлось. Мы здесь за них за всех теперь старшие, и нас с этого пути уже не сдвинуть, и, не назло, а вопреки всему и всем! Так что им место в чьих-то сателлитах теперь, а не в лидерах, и это — в лучшем случае.

Захотят если и когда-то к нам как равные — примем, почему бы не взять-то работящих рукастых людей? Если же нет, опять же два прямых пути и решения: принять наше покровительство или уматывать в дальние европейские «бебеня» вместе с цыганами. Вот их-то уж точно будем переселять от нас куда подальше, вот в «еврозону», например — это однозначно. Когда поделился с друзьями этой частью своего плана и рассказал про такую договоренность с «евро-ss-союзниками» — поддержали меня все. Посмеялись ещё над выражением «кот в мешке», у многих народов в поговорках было нечто подобное. Кольдо-то меньше других пока с ними общался, а Николай почему-то очень обрадовался. Видимо было чему — за время пребывания в совместном плену насмотрелся на них вблизи. Ему — того общения хватило.

Вот, заодно и рассказал ещё и про предварительную договоренность об обмене желающими сменить «прописку». Сложный момент, признаю, но сказать своим надо обязательно, скрывать такое просто права не имею, мне с ними далее в бой идти. Фидель высказался первым — за всех своих, и Пилар и Пако, в том смысле, что от добра добра не ищут, так и сказал:

— Del bien del bien no mirar! Estamos contigo, gato! (От добра добра не ищут! Мы с вами, Кот! — исп.)

«Гато» — это, стало быть я, Кот. Пожали друг другу руки.

Кольдо пожал плечами, кивнул на катамаран и выдал:

— Ou vais-je aller de lui? Du bon au bien ne cherche pas! Nous sommes avec toi, Cat. Tu peux compter sur moi. Avec toi — interessant! (Куда я теперь от него денусь-то? От добра добра не ищут! Я с вами, Кот. Можете на меня рассчитывать. С вами интересно! — фр.)

— Можешь и не спрашивать! Повидал я в экипажах европейцев — разные они. И душевные есть, а есть и такие, для кого мы все, кто из бывшего СССР — всегда и везде второй сорт. Были и есть. На этих наших — надеюсь, я в них уверен, вместе плечом к плечу против зверя стояли, а тех… да на кой-ляд они мне сдались-то? — это Николай.

Люка, вскочил, стукнул себя в грудь кулаком, в каком-то бойскаутском, наверное, жесте, … и у него не хватило слов. Понятно всё, пожал руку и приобнял. Глянул на Любу, ну тут все и так понятно, как раз, честно и подробно переводила всё выше сказанное, а у самой на глазах слезы. Ничего, ей можно — она девушка, хотя и наш самый лучший снайпер. Не Павлюченко пока ещё, нет, но будет к этому стремиться, нам есть за что бороться. И за кого.

Женщин и бабая нашего можно было б даже и не опрашивать, не тратя время на и так очевидное, но всё же попросил её непременно переговорить со всеми, скрывать только что произошедшее от них нечего. Мужчины уже договорились и подтвердили свои намерения, а держать кого-то насильно у себя мы не будем, но, кажется, с этим непростым вопросом уже и так всё предельно ясно.

Рассказываю, что перед нами стоит две неотложные задачи и решать мы их будем последовательно. Вечером, уже перед закатом, когда ждали возвращения «Флагмана» и готовились к вечерней презентации Сабантуя, Адам, наш наблюдатель на Доре снова вышел на связь. Утром он снова проявился. Оказывается, по его словам, за лодкой боливиек следили. Сперва-то, впопыхах, он этого не заметил, так как тростниковая лодка с женщинами с передвижным курятником причаливала на Дору с другой, с нашей стороны, а это там достаточно непросто — по своему опыту знаю, а уже потом, позже, в бинокль заметил какое-то подозрительное движение на Эспаньоле.