"Блинн клинский", да это ж такой прекрасный повод удачно пристроить туда к ним всю кхмонговскую общину! Вернее, все её, еле выжившие на островках Ожерелья, остатки. На эту их, и, теперь, практически уже нашу, Австралию! Не сюда на Дом их будем тащить, чтоб они его горки окультурили, террасировали и засадили растениями, а более удобные и подходящие для этого, земли осваивали. О, как же всё удачно складывается-то! Может сложиться…

Сразу ж несколько важных вопросов могут успешно разрешиться сами собой, если мне настоять и это спонтанное управленческое решение окажется верным. И наш Дом не перестанет быть местом появления только лишь русских и русскоязычных людей… Они у нас, конечно, появляются и не только на Доме, Доре, и теперь ещё и Зеланде, и в их окрестностях, но и в других местах. Но именно здесь у нас — наиболее часто. Семья Имира в полном составе — самый свежий тому пример. Буквально же — вот-вот. И они ведь такие не одни. Не так давно Валера с Татьяной с Греем у нас появились. И, нисколько не удивлюсь, что через день-два и ещё кто-то из наших соотечественников снова здесь на Доме появится. Практически уверен в этом. Надо только их упрямую кхмонгскую бабку в возможном их выигрыше от переселения на Австралию убедить. Ну, а для начала — а пошлю-ка я с ними Гранату, пусть она сама посмотрит и на месте во всём убедится.

— Людмила, а давай-ка ты срочно настраивай Гранату на поездку в гости вот с ними, на смотрины. Осмотреться насчет ПМЖ их группки, для начала, на Австралии, — чуть слышно рекомендую своей переводчице. Кивает, тоже поняла возможную выгоду всем нам от такого компромисса. — И люди те при знакомом и понятном им деле будут, да и аборигены обеих Австралий, той и этой, скорее всего, их тоже примут хорошо. Вот же — зовут, и прямым текстом приглашают. Надо воспользоваться этим приглашением, и надолго не откладывая.

А Бурриган, знай себе, журчит дальше… И продолжает нас удивлять.

— Как только мы их к себе приняли, нам на мой коммуникатор — он показал его на руке, — пришло сообщение, что в поощрение за принятие их в группу увеличивается ежедневный вес поставки, на половину килограмма за каждого из них.

И мы поняли, что сделали всё верно и правильно! Очень тому обрадовались. А на следующий день у нас на острове и рядом с ним начали появляться новые люди. Один, два… Всего, на сегодняшний день добавилось уже четверо взрослых! И все из разных племён коренных австралийцев. Ни одного белого. Мы и сами этому удивились. Ну, наверное, так и надо? Верхние Люди, — он показал вверх, вероятно намекая на Смотрящих, — лучше нас знают кого к нам присылать. Молодые, постарше, и, даже, и с детьми… нашими! Их теперь у нас уже двое, мальчик и девочка. И на всех нам выдают заказанное в поставку, так как, они все тоже вступили в мою группу. В моё племя. Так что нас, австралийцев всего девять… и трое других. Новых.

— Как-как, трое? Я не ослышался? А кто ж ещё, кроме пары тех тамилов, добавился?

— Сначала Сейша обнаружил в море одного индуса рыбака, только что перенесённого, и привёл его к нам. Теперь они вдвоем на промысел выходят, на лодочке того.

— Ну вы и даёте, ребята! Удивил ты меня, друже! Не ожидал я от тебя и вас такого.

— И от их имени всех нас я прошу включить группу острова Австралия в Ваше сообщество! Мы готовы. Я и нашу плиту поставки привез.

Та-даммм!

Тут на обоих наших наручных коммуникаторах мелодично пропиликало нашим любимым звуковым подтверждением. И тут же пришло уведомление:

Соедините плиты поставки. Выберете единого оператора. Подтвердите своё согласие голосом и приложите руку единого оператора или бумагу с отпечатками ладоней к общей панели терминала.

Ну тут-то сразу и однозначно понятно, кто под кого и зачем идёт, даже и обсуждать нечего. Уже все обсудили, в деталях, перед этим. Мы-то Австралию и всех его людей берём однозначно. Тут более, и обсуждать тут особо нечего, всё у нас к тому шло, буквально с самого первого с ним знакомства. Хотя, для самого Бурригана вся эта процедура была явно в новинку, ему-то ранее приходилось принимать пополнения к себе, лишь по одному-двое, как они там к нему попадали… Он умоляюще взглянул на меня, мол, что делать, что? Я кивнул ему, ободряюще:

— Не бойся, друг, говори смело, Они всегда так пишут, когда разные общины и группы объединяются в одну бОльшую. Не вы первые, мы через такое уже не раз проходили.

Нитка быстро переводит. Да он и так меня понимает, без всякого перевода. Тут и интонация имеет значение, не только сами слова. Говорю же — на одной волне мы с ним сейчас.

Он, утирая со лба пот, говорит положенные слова. Какие — мы ему уже терпеливо довели в предварительном разговоре.

Та-даммм!

Ещё один приятный звуковой рингтон и сообщение на коммуникатор, теперь уже только мне:

Ваше сообщество увеличилось на 12 человек. Бонусное поощрение за увеличение обжитой территории и расширение этносостава. Одноразовая поставка в размере 100 килограмм любого веса по выбору оператора или на усмотрение Устроителей. Время принятия решения — 1 час. Да, нет?

— Принято. Дублирую и голосом и подтверждением на плите.

Да! На Выбор оператора.

Время пошло.

А Бурриган выдохнул облегченно… Приняли! И, теперь, его австралийским соплеменникам остается только успешно вливаться. Дальше самые ответственные решения по ним принимать уже мне.

Зато его спутники-меланезийцы явно ничего такого не видели никогда. Сидят, напряжённо наблюдают за всем происходящим. Ну и волнуются, конечно, а вдруг их просьба о присоединении к нам, с сообществу Дом, не будет Свыше одобрена, и мы их не возьмём?

Возьмём… и их тоже, хотя явных проблем это нам добавит. Существенно. Фактически на грань войны с евро-сообществом Гааги нас оно толкает. Из-за того, что мы с теми еврогейцами их определили так, не глядя, «чисто по карте», а не на местности. Ну что ж, будем бодаться! Есть там у них из-за чего.

И, чего уж там — потягаемся! Оно того стоит.

Кот

(из рассказа Нитки , Людмилы Борисовны, о наших новых знакомцах, чуть позже основной беседы с ними)

— … В целом, если нам с вами сейчас не вдаваться в слишком уж глубокие терминологические научные дебри, и не раскапывать мельчайшие подробности самой науки Этнологии — меланезийцы очень близки по расовому типу к папуасам Новой Гвинеи и прилегающих к ней островов. И, также, ещё и к островитянам Торресова пролива и уже, увы, исчезнувшим коренным тасманийцам.

По сути, они — это переходный тип от полинезийцев к коренным австралийцам. Это если объяснять сильно упрощенно. Нам сейчас и здесь, да и вообще, и этого знания сейчас вполне достаточно.

Главный вывод: они достаточно легко могут взаимодействовать с подобными им. Потому-то, они, оказавшись в сходной сложной ситуации, и перед лицом общих опасностей, обрадовались, встретив близких им по мировоззрению людей. Группу коренных австралийцев вашего приятеля Бурригана из здешней Австралии. И, затем, уже и сами взаимно поддержали и друг друга, да и к нам, как сами ж видите — прибыли единой делегацией. Это тоже для нас важно — договариваться, они, как видите, уже могут и умеют. Во всяком случае, первый шаг навстречу — пока что за ними, и они его уже сделали.

Не такие уж они ныне и отсталые, как в минувшие прошлые века, всё же на них успели оказать определённое культурное влияние все те, кто там у них побывал. Хорошее, в нашем понимании, ну и да, разное тоже… Чего уж там скрывать. Приоритеты расставлять их научили, во всяком случае. Ну и прогресс тоже не стоит на месте, да и они сами развиваются.