— Мы всё поняли. Надеемся, что всё. Судя по документам, найденным в кабинетах и сейфах, период, когда тут жили люди — был семьдесят восемь лет назад. Это, если брать за точку отсчёта последнюю дату, что мы нашли в бумагах — первое июля тысяча девятьсот сорокового года. Всего за трое суток до начала бриттовской операции против своих бывших союзников-франков, знаменитой в те годы на Средиземноморье Катапульты, — рассказывает Игорь.

— А ты-то откуда это знаешь?

— Да просто мой пра-прадед вышел родом из тех офицеров, что в двадцатом увели часть царского флота в Бризетту. А его сын, уже мой прадед, служил в эскадре адмирала Женсуля на лидере Вольта, и принимал участие в битве в Алжирском порту Мерс-эль-Кебир. А дед после войны работал у нас по контракту на восстановлении страны. Он инженерил. И, когда в своё время в Союзе потеплело, прадед, уже старенький-старенький, приезжал в гости к внукам и правнукам. Так что рассказов о той поре наслушался вволю.

— Ну ты даёшь! Таких предков имеешь.

— Да у меня и батя флотский, по стопам дедов пошел. Он до кап-два дорос, когда Союз рухнул, и пришлось с флота сваливать в раннюю отставку. А служил штурманом на Ленинграде, Черноморском противолодочном крейсере. А вот сейчас внуков нянчит — нормальной работы так и не нашёл за все эти годы.

— Ладно, твоя история увлекательная, не спорю. Но что же вы там понапридумывали дальше?

— Только одно: банально не понимаем, почему всё тут пролежавшее три четверти столетия, выглядит так, как будто месяц назад поступило со склада? В упор ничего не ясно.

— Да это «примочки» Устроителей этого Эксперимента — в них, вроде как, никто не разберётся. По крайней мере, пока. На этом все ваши находки?

— Ну, кроме разных мелочей — то да.

— А где все мы будем ночь проводить?

— Да на первом жилом — четвёртом по счету этаже. К тому времени все уже и так мылились укладываться спать на полу, как неожиданно на нем обнаружили кроватно-постельное раздолье. Ну и оборудовали под себя большой кубрик, и маленький — девчатам, а там, всем на радость, поместилось четыре десятка коек — на весь мужской состав группы хватило. У девочек — вообще раздолье и красота, им офицерского кубрика на шестерых хватило с головой.

— Ну а мне где голову приткнуть-то — есть?

— Естественно. Самый первый одноместный кубрик уже полностью готов, заселяйся…

День 32

Часть седьмая

Рейдеры с Независимости, их неожиданная, да и, тем более, очень нежданная находка.

( История первого похода рейд-группы Независимости, уже по третьей, ближней к ним, линии микро-архипелагов.)

В последние дни, как только начались достаточно регулярные походы по окрестным островам да землям, поисковики стали выходить в море уже, даже, и не с рассветом, а чуть раньше. Как только небо у горизонта начинало чуть сереть, и хоть разглядывать все, что окружало нас, можно было чуть с трудом, но, по крайней мере, не было особого риска налететь на очередную, ранее не замеченную подводную скалу. А этим утром так особенно — сегодня был первый раз, когда мы шли не под парусами, а на моторах. В эту ночь мастера не спали, а устанавливали и обкатывали на ходу новенькие подвесные моторы, которыми со всей широты своей души обеспечила нас Глава. Нижайший ей за это поклон, и глубочайшая благодарность, — такие мысли бродили у старшего выхода, который, к тому же, ещё и не выспался как следует.

Вышли, как и вчера, всего двумя группами, в каждой из которых было по три моторки или катера, способных, хоть и с трудом, но вместить в себе по восемь человек каждая. Так как мы уже поняли, что одиночные заселенные несчастными, и ничего не понимающими жертвами этого Эксперимента закончились, и пошли крупные, но компактные зоны их распределения, состоящие из восьми разного типа кусочков суши. Начиная с больших скал, более или менее пригодных к скромной жизни, заканчивая разного размера и типа островков и островов. И, так как это их количество само подразумевает отдельное или уже совместное обитание двадцати четырех человек, то на такое число пассажиров наш транспорт и был изначально рассчитан.

За эту ночь мастера порта, как чуть со смешинкой все называли бухту у Дома, сделали ещё одно, очень даже важное дело. Они начали, согласно приказа Оксаны Ивановны, осовременивание вначале только катеров, идущих под скромными вымпелами старших групп. То есть, они вначале установили на них рации дальней связи, добавили к ним выносные микрофоны, для того, чтобы можно было разговаривать из любого места. Ну и запрятали в носовом отсеке солидной ёмкости аккумулятор с маленьким резервным бензиновым генератором — так что о её питании можно было достаточно долго не беспокоится. Заодно на приборной панели запланировали места для будущей установки экранов радиолокатора, электронных эхолота и лага. Ещё планируется туда же воткнуть компас, но вот нужен ли он при прибрежном плаваньи, никто пока не решил.

Всё, кроме уже стоящей радиостанции, будет у нас в будущем, хоть и обещают, что недалеком, но вот то, что связь уже есть, мы оценили почти мгновенно, так как наладить общение между собой получилось практически сразу. Обсуждаем со старшим второй группы только перед выходом увиденную карту тех земель, что нам предстоит освоить. Мы ведь, даже, и в самом радужном сне не видели такого — съемку с высоты, и, как раз, той самой нам сейчас акватории, что нужно. Так как и не подозревали, что у соседей уже есть своя авиация. Вначале, конечно, оба заявили, что вот это сделано с дрона, на что Глава на полном серьезе ответила:

— Честно говоря, если бы пилот сама своими руками не передала мне для скачивания камеру, которой она всё это и снимала — тоже думала бы именно так. Но, против фактов не попрёшь.

И очень жаль, что оба сообразили, что ведь можно было её скачать себе на смартфоны, только тогда, когда оказались уже в море.

— А представляешь, какой бы был класс, если бы, вот сейчас, сидя рядом с рулевым, можно было рассматривать все те снимки, хотя и смысла в этом нет, найти там всё и по памяти элементарно просто, — донесли до меня мечты напарника, — и, прикинь,

дома о том, чтобы забыть где телефон, даже и во сне привидится не могло. А тут? Всего за месяц даже воспоминания о тех днях потихоньку выветриваются из памяти, не говоря об этом проклятии двадцать первого века.

— И ты так же считаешь?

— Думаешь я не прав? Своего старшенького, вроде как, до школы смог уберечь от той отравы мозга, ну а что будет дальше, увы, но не знаю.

— Чего это?

— Так я тут, а они с женой остались там. Неужели не понял?

— Извини, сразу не врубился, о чём ты…

—Да, бывает, ладно, забыли. Как делится будем, кто и что берёт себе под осмотр?

— Я так считаю: раз у меня три катера, а они чуть скоростнее твоих двух моторок, то забирай себе первую цель, а мы двинем ко второй, более дальней. Идет?

— Да я и сам хотел предложить этот вариант, мы, как ты замечаешь, отстаём от вас, и уже прилично.

Вот на таких условиях мы и разделились. Они повернули к своему, самому первому скоплению, которое мы прошли, даже, и не останавлтваясь. У нашей цели, ко второму микро-архипелагу, к счастью, вход внутрь скального пояса хоть и был узок да извилист, но всё оказалось в пределах нормы. Войти-то мы вошли, а вот встреча нам была организованна местными… оригинальная до охренения… Выскочило из-за первых крупных скал, что стояли буквально в шаговой доступности от входа, две вёсельные лодки, взяв нас в клещи… и сразу, без приветствий да разговоров, давай своими пушками в лицо тыкать.