Я резонно посчитала — что женщинам вполне хватит и таких попаданий. Взяли тогда две массмодели Мосина для будущих снайперов и десять Наганов — чтобы группы были равными, и основываясь на нашем наличном боевом оружии. И до последнего дня эти занятия проходят с завидной регулярностью — тем более, что после внезапного визита пиратов в такой необходимости убедились все.

В это же время наши поисковики, что с упорством носорога, достойного в принципе другого применения, чисто случайно нашли вот этот остров, названный уже тобою Крит. Но, к нашему сожалению, пришли чуть позже, и напоролись на знакомых уже бандосов. А все остальное ты уже и так знаешь.

— Ну и мы уже на подходе — вам видно на фоне заката темную массу большого острова и две больших холма, практически горы с обеих его сторон?

— Конечно. Я вообще посчитала вот это за небольшую тучу.

— К сожалению, или к радости — это наш Дом, — включаю на громкую вызов с НП Большой, и опознаюсь:

— Независимость, на связи Николаев. Мы возвращаемся из рейса.

И сразу же девчонки ему отвечают:

— Николаев, это НПБольшая. Всё сообщество этому событию очень радо. К вашему приходу Порт освобожден. Ждём вас.

— Спасибо, девочки! Мы и с хорошими новостями, и дорогими гостями.

— Приветствуем вас, Сергей Иванович, весь ваш экипаж, и неожиданных гостей, — прозвучал в ответ все тот же звонкий девичий голос…

День 31

Эпизод четырнадцатый

Возвращение Николаева. Знакомство Бобров с Домом и его населением, и уже с самими Бобрами Оксаны. Заслушан доклад Сергея, и полученные им распоряжения. Рассказ идет от лица Франки.

Зайдя в бухту порта у Дома и став на оба передних якоря, отправил часть команды на судовой шлюпке заводить задний. Хотя капитан и доказывал, что так, по всем мировым положениям и правилам, не положено делать, но и рисковать не хотелось. Это при течении, речном или морском, или ветре с одной только стороны, направления, можно стоять даже на одном носовом, а тут, в глухой бухте, нужно или швартоваться одним из бортов к пирсу, которого пока не было. Или становится в растяжку, отдавая оба передних, разнося при этом их так, чтобы получался треугольник, с судном в верхнем углу, и растягивать его задним, становым, которых у нас, на удивление, лежало на кормовой палубе два. Наверняка, бывший капитан, хотя и не он заведует таким хозяйством, а боцман, сделали столь ценный запас на всякий случай.

Зачем я, а не капитан, стал этим заморачиваться? Честно говоря, вообще в тот момент не понимал, просто чувствовал, что, сделав именно так - для нас будет самое правильное. И, уже, через неполные сутки в этом убедились все – и мой экипаж во главе со своим кэпом, и, тем более, население Дома. Почему? А об этом будет рассказ чуть позже, когда придёт его время.

Кочегары потушили один котел, оставив второй чуть с огнем, чисто для того, чтобы работала динамо-машина, камбуз, и было наружное и внутреннее освещение. Для этого и оставалось их три человека на борту – чтобы и работа шла, отдохнуть люди смогли нормально. А остальной экипаж вместе с нашими гостями на второй шлюпке ушёл к берегу – первый длительный рейс танкера был успешно завершен.

Новички, то есть Бобры, отец и дочь, основная часть руководящего триумвирата с Выборга, ещё по пути к суше с удивлением и, даже, частичным недоверием рассматривали и наше основное жилище, и дорогу, ведущую практически от самой воды к его дверям. И, тем более, деревянные рубленые домики поселка, что расположились один за другим по правую сторону от придомовой площади, образовав собой настоящую улицу. Хотя с этого места и было видно всего три постройки, но, так как шустрые электрики не сидели на месте, и за световой день установили наружное освещение, что пока шло не по столбам, а только по фасадам зданий, было видно – что продолжается она и дальше. Так что в темноте вид был просто шикарный, это признавал даже я, хоть и знал обо всём этом заранее, но реально и сам пока не видел.

Идя всей толпой от места высадки на берег к Дому, от нашего махонького импровизированного пару метрового пирса, просто сложенного внутри клети из деревянных столбов, заполненной разнокалиберной галькой. Бобры занимались только одним – во все стороны крутя головами, рассматривая, что тут у нас и как. Увидев это, встречавшая нас моя Яна, дала указание своему сопровождению – провести тех по всем значимым и интересным местам, познакомить со всем тем, что их будет интересовать, ну и комментировать ту экскурсию. Отец с дочкой, хоть и были очень заинтересованы во всем этом, мы это видели по их неприкрытому интересу, но услышав предложенное, быстро переглянулись, и Лиска тихонько мне выдала:

- Что, на личный доклад вызывают? Не иначе. Или мы не правы?

- Честно? Вообще не в курсе, зачем это. Секретов вроде нет никаких, тем более от вас.

- Ну, не знаю, не знаю…

- Привет, бравый «колонизатор» да исследователь, - вот так неожиданно поприветствовала меня Оксана, как только вошел в кабинет, - ну давай, рассказывай теперь о своих находках да достижениях.

- А зачем было отсылать гостей? Они могут подумать, что тут секреты, к которым их допускать пока рано?

- Ничего, объяснимся тогда, когда всё осмотрят – по любому, им это будет и интересно и полезно, как образец, к чему нужно стремится.

- Может быть там, где они высадились, просто не было условий, таких благоприятных для того, чтобы присоединять к себе как можно больше соседей, да при том ещё и переселять их к себе.

- А ты вначале расскажи, всё, что о них знаешь, а потом уже будем судить да рядить. Только, вначале доложи всё по самому Криту и секретах Митридата.

- Устно?

- А что? Есть варианты?

- Ещё бы. Многое, очень многое, даже, скорее всего, полностью всё у меня есть в памяти смарта – там и видео, и моё, и парней. Ну и все разговоры с докладами и переговорами.

- Долго там?

- Примерно минут на пятнадцать–восемнадцать. Включать?

- Давай. И, присаживайся рядом – всё то, что не пойму, комментировать сам будешь.

Перенеся свой стул, сел не рядом, а чуть позади – и видно будет всё, и, при случае, если неожиданно войдет Янка, той не будет оснований для ревности. Хоть она и умная девочка, но провоцировать не стоит…

- Ну и как тебе? – задал тревожащий вопрос Главе минут через пять после окончания просмотра, которые та просидела молча, задумавшись о чём-то своем.

- Знаешь, - постепенно отмерла та, - ну вот не понимаю я эти выверты Экспериментаторов, вот совершенно не понимаю.

- Что случилось?

- Рассудим здраво, безо всяких нервов и особых эмоций. Каждый раз, как только нам достается подобный приз, следом за ним, этим событием, следует или даже следуют – проблемы. Маленькие – редко. Очень. Большие? Ну, как по нашим понятиям – часто. Или чаще, можно так сказать. Вот, к примеру. Пришли к нам с просьбой о помощи ходоки с Центрального? Да, пришли. Приняли мы их. Да. Озвучили они своё – да. И мы вмешались в их дела, конечно, с моей подачи. К чему это привело? Сам знаешь, рассказывать не нужно. Теперь у нас есть – малый транспорт и, одновременно, паром Томск, к нему твой танкер Николаев. Ещё, если ты помнишь, дайверы-аквалангисты у Порта на дне нашли затонувшую баржу – которую мы тоже поднимем не поверхность.

И, как итог всего этого – не подвалит к нам за все это неприятностей хорошая куча? Не знаешь? Вот и я не знаю. Но предполагаю, что вот такая ситуация вполне возможна. Хотя и догадываюсь, что по программе этого Эксперимента войны тут не приветствуются. Или не рекомендуется, точнее говоря. Но, при всем при этом, и не запрещаются полностью. Советовалась с нашими вояками, и они тоже подтвердили мои выводы – что только в военном противостоянии выкристаллизовывается сама суть и мощь страны. Ну, если применительно к нашим условиям: смог ты отбиться от налетчиков, честь тебе и хвала. Ограбил их в ответку, тем более без трупов, на выплаты по контрибуции – значит, молодец вдвойне. Не сидишь после этого, почивая на лаврах, а смотря вперед, развиваешь свои военные силы, ну, или отряды – то тебе за всё это ещё и приз выдадут. Как они сказали, только война дает максимальный импульс в развитии. Развитии всего – новых технологий, человеческого самосознания, промышленности, науки, экономики. Всего – всего – всего. Вот и в этом конкретном случае, не прилетит ли нам всем за открытие такого ресурса как подземелья Митридата, такая отдача, которую мы можем и не переварить?