Через несколько часов всем полегчало, двинулись дальше. И наткнулись на улей диких пчел. В который Сережа бросил палку.

Позже Кирилл, брызгая слюной, ругаясь и тряся идиота за плечи, пытался выяснить мотивацию поступка, но Сережа ныл невразумительное, был похож на китайца после недельного запоя, а вокруг стонали и страдали еще восемь таких же «китайцев»… А Кириллу почему-то повезло, все пчелы сосредоточились на подростках.

Прячась от пчел, они забегали в горную реку, но мужества зайти в ледяную воду хватало лишь по пояс, нырнуть и переждать атаку под водой никто не решился. И теперь единственный рабочий и сухой телефон на всю группу оставался у Кирилла.

Когда они дошли до обитаемых мест, остановились у магазина купить еды-воды, Кирилл посмотрел на группу в отражении витрины и ужаснулся. Оборванные, пыльные, с опухшими лицами и руками, бледные от обезвоживания и голода, растрепанные. И на фоне этой банды — Кирилл. Подозрительно свежий и чистый, лицо сияет приятным бронзовым загаром, волосы от частого купания в море шелковистые, глаза горят.

Он тогда всерьез думал, не изваляться ли в ближайшей луже, треснуться мордой о столб. Может, так и ему посочувствуют…

Когда до лагеря оставалось несколько километров, Кирилл собрал подростков и начал внушать. Виноватых здесь нет, такое случается, что поделать… Но если спросят про Кирилла — уж он точно все делал правильно. И вообще, ну-ка сделали рожи веселее, выпрямили спины, такое приключение!

А в лагере их уже ждали родители. На Кирилла смотрели, как на изверга. Сережа, неожиданно разрыдался и начал жаловаться, что он страдал, терпел, все было ужасно, а негодяй Кирилл их запугивал, требовал молчать!

Но хуже всего было с Викой. Она не жаловалась, держалась мужественно, но потом уставилась на Кирилла тоскливым взглядом от неразделенных чувств и тоже разрыдалась.

Но обошлось. Прибежал директор лагеря, детей опросили по одному, и выстроилась четкая и правдивая картина. Но Кирилл пережил незабываемые минуты.

Тогда казалось, что хуже и двусмысленной ситуации быть не может. Но сейчас, медленно катясь на броневике по стабу сектантов, Кирилл понимал: еще как может. Два дня назад на операцию отправился крупный и прекрасно вооруженных отряд, а вернулись шестеро человек. Половина из которых — пришлые, и им почему-то благоволил Дионис.

Дионису поплохело, он бредил, горел, метался. Его бережно, но быстро отнесли в больницу, где немедленно раздели, утыкали капельницами и даже подключили к разным аппаратам.

Кириллу было неуютно, мягко говоря. Он ощущал взгляды сектантов полные непонимания и боли. Все или почти все погибшие были далеко не новички, успели вкусить Стикс сполна, и до вчерашнего дня им везло.

На расспросы Агнис ответила одним словом: скребер. И этого хватило. Девушка держалась хорошо, ни тени неуверенности или сомнений, ей подчинялись беспрекословно, по Дионису слезы никто не лил: если еще жив и барахтается, остальное дело времени. Словом, Кирилл немного расслабился. Не сказать, что он ожидал бунта или чего-то подобного, но теперь ясно понимал — хорошо, что Актера и Жаркого больше нет. Ситуация действительно могла повернуться по-всякому, если бы те решили напомнить, по чьей вине погибло так много братьев.

Скребер? Ну да, был. Мало ли скреберов в Стиксе. А по чьей вине они на него накинулись? Кто задурил Диониса странными идеями, которыми он мало с кем делился? Новички.

Улучив момент, Кирилл спросил у Агнис, что им делать, какая нужна помощь? Девушка покачала головой и ответила, что пока справляется сама. А им лучше пойти отдыхать и не мозолить глаза сектантам. Пусть все уляжется.

Полковника, не снимая с его головы мешок, где-то заперли. Все вопросы Агнис пресекла просто: приказ Диониса. Беречь, охранять, в контакты не вступать.

— Не нравится мне это, — высказался Ник по пути к их квартире. — Полковник та еще скотина. Сорвет мешок с башки и начнет визжать, что он настоящий Дионис, Агнис решила его сместить и все в таком духе.

— Зачем? — усомнилась Алиса. — Быстро проверят. Да и непохожи они, если присмотреться.

— Уж поверь. Просто наведет шороху, если поймет, что его кончат. Любой бы так поступил.

Квартира встретила их унынием, успевшей скопиться затхлостью. Алиса отпихнула парней и сунулась в ванную. Вышла сразу и злая: вода не текла.

— Пойду на озеро.

— Может, подождешь? Агнис советовала не маячить… — предложил Кирилл.

— А я и не буду. Все равно к озеру никто не ходит. Ну не могу я грязной быть!

— Я с тобой пойду, — решил Ник. — Кирилл?

— Идите, я останусь.

Алиса принялась яростно копаться в рюкзаке в поиске чистой одежды. Рванула застежку, посыпался шампунь, зубная паста, прочее. Девушка зарычала, откинула рюкзак и села на диван. Уставилась в пол. Ник вздохнул, вышел на балкон и щелкнул зажигалкой, потянуло табачным дымом.

— Знаете что, друзья? Зажрались вы. Натурально. Капитально! — не выдержал Кирилл. — Много знаете людей, переживших встречу со скребером, а⁈ Нам сказочно везет. Мы долго во всех смыслах шли, не хотели оседать в стабах…

— Не могли, — поправила Алиса.

— Да плевать. И вот мы здесь. Я не представляю более безопасного места. Да, окружение у нас… специфическое. Но лучше такое, чем рыла в обычных стабах! А еще мы узнали способ, каким внешники шастают в Стикс и обратно! Не удивлюсь, если первые и единственные за всю историю этого мира!

— Узнали и узнали. Что теперь? — не Алиса не оставляла попыток выпасть в уныние. — Даже будь Дионис в порядке, думаешь, так легко бы воспользовались порталом? Чушь.

— Важен сам факт знания! Дионис еще очухается! И шанс на возвращение остается! Реальный! Накопим сил, придумаем, как наведаться в тот радиоактивный пояс, возьмем за жабры хозяев портала!

— Ты сам в это веришь?

— Да, — ответил Кирилл. — Нельзя без веры. И я не собираюсь опять куда-то бежать и скитаться. Нужно оседать здесь. Вникнуть в местное писание или что там у них, стать полезными и незаменимым. Тем более сейчас, когда много братьев погибло. Не забывайте, что когда Дионис очнется, он оценит нашу помощь. Да черт побери, считайте, мы здесь уже свои!

— То-то нам советовали не высовываться, — хмыкнул вернувшийся Ник.

— Агнис все уладит. Просто я уверен, что у Актера и Жаркого в стабе оставались соратники. Те, кто недоволен Дионисом и его дочкой. Убрать их — и дело в шляпе. Серьезно, не все так плохо.

Кирилл взял за руку Алису, Ника, подвел к окну.

— Смотрите: вон в той клумбе помидоры посадим…

Алиса и Ник невольно улыбнулись.

— А какие виды здесь по утрам? Сам Дионис в трусах и телогрейке стоит, владения осматривает! Тебе, Рамов подругу найдем…

— Я по Гипу скучаю, — призналась Алиса. — Как он там, интересно?

— Вот! Я тоже считаю, что Гип — прекрасная кандидатура для Рамова!

— Да иди ты, — беззлобно огрызнулся Ник.

…Кирилл проснулся от шума воды. Алиса не закрыла краны. Он перекрыл вентили и вернулся на диван. Заметил у изголовья записку. Почерком Алисы сообщалось, что они с Рамовым все-таки ушли на озеро. Кирилл связался с ними по рации, убедился, что все нормально и хотел уснуть снова.

Не получалось. Кирилл принял душ, переоделся в чистое. Постоял у окна. Выпил кофе, почистил автомат. Вышел покурить на балкон.

Наконец-то. В окне напротив увидел Агнис. Она заметила Кирилла и помахала рукой. Он сделал ответный жест, девушка закивала.

Улица ударила жарой, духотой, Кирилл юркнул в подъезд жилища Диониса, поднялся по лестнице и толкнул нужную дверь, деликатно пошумел в прихожей.

Агнис была одета в черную безрукавку и спортивные штаны. Кирилл довольно неприлично рассматривал лицо девушки, пытаясь понять, что с ним не так. Потом дошло. Она плакала. Сейчас глаза сухие, но все признаки… налицо.

— Как он? — спросил тихо.

— В стабильно тяжелом состоянии.

— Главное, что ему не хуже… — попытался аккуратно приободрить.

— Ты не понимаешь. У иммунного уровня моего отца — так быть не должно. Они или умирают, или сразу идут на поправку. Медленно, постепенно, а папа… Это все проклятый скребер. Его будто бы послали нам, чтобы помешать!