Сектанты дырявили надстройку на месте башни из автоматов, но водитель сидел ниже среза корпуса. Полетела граната, отпружинила от пластикового окна.

Застучал крупный калибр броневика, надстройка покосилась и свалилась неопрятной кучей дерева, пластика и полиэтилена. Теперь ничто не защищало водителя от гранат, и он получил сразу три. Оставалось порадоваться, что боекомплекта в танке нет, гранаты глухо рванули, выбивая клубы дыма и искр, боевая машина сбросила скорость, косо поехала через двор, уперлась в будку КПП и замерла.

Кирилл не успел порадоваться, что никто больше не собирается давить его гусеницами, как во двор из-за ремонтного бокса выскочил зараженный. Матерый, кожа серая, одежду давно растерял, а вот мощные челюсти, мышцы и длинные когти приобрел. Секунду мертвяк счастливо рассматривал людей, выбирая, кого сожрать первым, потом на морде отразилось понимание, и он резко развернулся и побежал обратно.

— Куда⁈ Стоять! — рявкнул Радий.

Обращался он не к зараженному, а Степину и Сане. Те бросились в проход между боксами и скрылись в глубине территории ремонтной базы. Оттуда почти сразу донеслись их удивленные и растерянные крики, урчание зараженных, вопли, полные боли и прочие звуки яростной свалки.

— Идиоты, — сплюнул Радий. — По машинам! Уходим!

Если бы Нику полгода назад сказали, что он будет ехать в одной машине с Дионисом, лидером секты Ищущих Правду, Ник поверил бы. В Стиксе всякое бывает. А вот то, что в этот момент Ник будет живым, здоровым — вот это настоящее чудо.

В броневике прохладно, мощная подвеска скрадывает неровности дороги, пахнет «елочкой», не хватает только лирической музыки, чтобы окончательно расслабиться.

Рамов ощущал странное: с одной стороны, он бы предпочел быть подальше от Диониса и его дочурки, а с другой… Было в этом нечто притягательное. Словно регулярно входишь в клетку к львам и остаешься жив-невредим. Да, пытаться отхлестать гигантскую кошку газетой все еще не стоит, она играючи перебьет тебе позвоночник, но пока не наглеешь, тебя даже уважают. Немного.

Так и с сектантами. Даже гордость шевельнулась: смотри, Полковник, падла манерная! Думал, я сдохну, буду бомжевать меж кластеров, пока меня рубер не сожрет⁈

— Почему Кирилл дружит с тобой? — спросила Агнис.

Рамов вспыхнул от постановки вопроса, но сдержался. Уважают, как же…

— Стечение обстоятельств. Друзей не выбирают.

Ник отвернулся. Он — всего лишь довесок к Кириллу и Алисе. Полезный инструмент. Источник информации. Не более. Разобрала горькая злость, за недавние горделивые мысли. И снова навалилась тоска. Когда уже все закончится? Черт с возращением в родной мир, хотя бы родных спасти…

— Алиса всегда была с Кириллом? В отношениях? — не успокаивалась Агнис.

— Да. Да они… мы почти все время вместе, втроем.

Рамов вспомнил: во время одной ссоры Кирилл напомнил подруге, что пока он ее искал, Алиса успела завязать роман с каким-то хмырем… Но рассказывать про это Ник не стал.

— Странно. Она тебя не привлекает?

— При чем тут это?

— Алисе, ее типажу, было бы свойственно влюбиться в тебя, не в Кирилла.

— С чего бы?

— Ты более жестокий, чем Кирилл. А значит, шанс на выживание с тобой больше.

— Об этом нужно Алису спросить.

— Господи, ну и разговоры у вас… — Дионис помотал головой. Сорвал с зеркала «елочку» и вышвырнул в окно.

Ник вспомнил, как впервые услышал про Диониса и Ищущих Правду. Но чаще их просто называли сектантами.

Это был второй день Ника Рамова в Стиксе. Их отряд едва адаптировался, окончательно осознал, что слова вербовщика и дни в учебном центре не идиотский, качественный и непонятно кому нужный розыгрыш, а все-таки реальность. Им показали парочку зараженных, один из муров продемонстрировал умение — ополовинил бутылку водки, не открывая ее и даже не касаясь. Дар все оценили, прониклись, захотели такой же.

В тот же день смена, которую должно было заменить пополнение Ника Рамова, отправилось в крайний рейд. Во избежание роста суеверий и прочего, никто, конечно, на этом внимание не акцентировал. А болтунов лишали премий и зарплат.

К вечеру с отрядом лейтенанта Строителева пропала связь. Бывает, это Стикс. К утру отряд не вернулся, что тоже вполне объяснимо: мало ли, нашли перспективную группу новичков, движутся медленно, осторожно. Или загоняют старого иммунного, который ценнее двух десятков новеньких.

Текли часы, Строителев не выходил на связь. Офицеры Базы, психологи и просто особо активные внешники следили, чтобы никто не болтал лишнего, не пугал пополнение, но слухи все равно как-то просачивались.

К исходу второго дня с одного блокпоста получили сообщение от муров, что те видят броневики пропавшего отряда. Но на запросы они не отвечают, визуальные сигналы (махание руками) игнорируют, едут медленно.

Мурам приказали пропустить броневики. Машины дистанционно заглушили за пределами базы, взяли на прицел.

Из пятнадцати человек в живых оказалось двое, по одному на броневик, водители. Остальные тоже вернулись, но не в полной комплектации. Сердца, печень, легкие, глаза, поджелудочные железы — человеческие органы лежали в десантном отсеке дикой, жуткой, но не лишенной эстетики композицией. А судя по одежде, залитой кровью, вырезали их из коллег выжившие водители.

Естественно, инцидент попытались засекретить. Щедро раздавались штрафы, или, наоборот выписывались премии за молчание, но скрыть не удалось. Целую неделю по Базе шепотом передавалось два слова «Дионис» и «сектанты». Многие из бывалых, успевших накопить на личном счету средства, хотели разорвать контракт, готовы были выплатить неустойку. Вот только ради них внеочередной раз открывать портал не собирались. Хотите домой? Ждите следующей смены. А потом платите: за очистку воздуха, еду, жилое место. Нечем? Почти все потратили на неустойку? В долг ничего не получите. Или работайте, или скатертью дорога с Базы. Маску-фильтр и оружие оставить не забудьте, они тоже казенные. Короче, никто раньше срока домой так и не уехал. Про новичков и говорить нечего, нечем им было платить неустойку.

Ник очнулся от воспоминаний. Естественно, спрашивать о том эпизоде у Диониса он не собирался.

Броневики свернули в редколесье, остановились полукругом на поляне. Захлопали двери, дозорные разошлись по сторонам. Ник выбрался, вдохнул запахи горячей земли, разнотравья. Покосился на солнце: печет, зараза… Вокруг одни акации, подлесок переплетен кустами, всякой колючей или вьющейся растительностью.

На поляне появились раскладные столы, техники защелкали чемоданами и начали доставать летающие дроны. Разные, и с виду несерьезные, почти игрушки, и два здоровых гексакоптера. Ник подавил любопытство. В чем смысл? Небо в Стиксе принадлежит внешникам. Их спецы безостановочно изобретают и модифицируют системы, направленные на борьбу с «естественными» помехами этого мира в радиочастотном спектре. Успешно: с каждым годом их беспилотники летали все выше и дальше. А вблизи своих владений внешники сами глушили эфир, чтобы никакой умник не использовал летающие дроны. Беспилотников внешников, само собой, это не касалось. На систему радиоэлектронной борьбы тратились огромные силы и ресурсы.

На земле расстелили здоровый кусок брезента овальной формы, сектанты садились на него лицом к центру, снимали оружие и рюкзаки. Дионис, вместе с подручными, заняли место на вершине овала. Лидер сектантов посмотрел на Ника и похлопал по плечу Агнис, та потеснилась.

— Молитва? — тихо спросил Рамов.

— Нас ждет бой, — серьезно сказал Дионис. — Представь его. Во всех красках и мелочах, на какие способен. Не думай о действиях врага, представляй свои. Шаг за шагом, не сбиваясь, не перескакивая. Естественно, победим мы, иначе и быть не может. Очисти башку. Сложно, знаю, особенно без практики, но сейчас это самое важное. Не веришь в Правду — верь в себя. Но вспомни, как живут остальные иммунные, и сравни с нами.