Последним аргументом Ник проникся.

— О Стиксе сейчас не думай. Нам никто не помешает. Просто слушай Говоруна.

Сектанты перестали ерзать, опустили головы. В центр круга, мягко ступая босыми ногами, прошел и сел Говорун, мужчина среднего возраста, худой, с некрасивым, но мирным и добрым лицом. Прокашлялся и начал вещать.

Больше всего это походило на аутотренинг по успокоению, только наоборот. Мягким, приятным голосом Говорун рассказывал, как мышцы сектантов наливаются силой, нервы крепнут, реакция ускоряется… И все в таком духе. Ник боялся, что уснет. Тихо, печет солнце, вместо бодрости, наоборот, ощущал сонливость. Говорун резко замолчал, Ник приоткрыл глаз и увидел, что проповедник смотрит прямо на него.

Говорун продолжил. Ник постарался действительно очистить разум от лишнего. Впереди бой, далеко не первый в жизни. Рамов будет стрелять и попадать, швырять гранаты, рвать ублюдков-муров… Ник так увлекся, что голос Говоруна стал сливаться в монотонный гул, под который так приятно представлять картины будущего сражения. Само собой, печального для муров и успешного для Ника.

Рамов очнулся. Не было поляны, круга сектантов. Ник сидел в движущемся броневике на своем месте. Всполошился, стало стыдно.

— Я… уснул? — спросил Агнис.

— Нет. Все нормально. Такое бывает. Как чувствуешь себя?

Ник опешил от подобной заботы. Вдруг заметил, что глаза у девушки разные. Левый — зеленый, правый — синий. Почему не замечал раньше?

— Нормально, — буркнул он. — Где мы?

— Уже близко, — ответил Дионис.

Рамов поймал в зеркале заднего вида его взгляд и мысленно содрогнулся. Как же он похож на Полковника…

Впереди, в паре километров показался блокпост муров. Ник помнил его по прошлому визиту, когда с Западной Базы его и старых сослуживцев погнали на последнюю охоту. Интересно, что с той женщиной-стронгом, которую он отпустил? Вспоминает? Или предпочла вытравить из памяти эпизод плена и позорную для нее милость внешника?

— Мы пока невидимы, — напряженно пояснил Дионис. — Но слышимы. Действуем нагло, на грани разумного.

По мнению Ника, они собирались действовать вовсе не нагло. Тупо. Самоубийственно. У муров пулеметы с пристрелянными секторами, наверняка что-то из тяжелой техники, мины… Хотя нет. Скорее радиоуправляемые фугасы. Если на мине подорвется случайный зараженный, это услышат другие, сбегутся. Их, конечно, порубят, но лучше лишний раз не шуметь, не привлекать новых.

Ник посмотрел в окно и на секунду обмер: дроны! Но потом дошло, это «свои». И летели они роем, стаей. На вскидку не меньше двух десятков. Шли низко, быстро обгоняли колону. Мелкие и юркие, тяжелые с крупными тушками оперенных мин, просто со свертками взрывчатки. Даже успел рассмотреть один, несший тубус ручного гранатомета. Как ими управляют? Здесь же глушат все частоты! Неужели автономные, с искусственным интеллектом? Спрашивать Ник не стал. Во-первых, не факт, что сектанты ответят, а во-вторых… С минуты на минуту начнется бой, к черту любопытство.

Дроны резко набрали высоту и начали пикировать на блокпост. Сверкнуло раз, другой, с запозданием донеслись звуки взрывов. Затем еще и еще, без перерыва.

Броневик поддал газу, Ник приготовился. Блокпост уже хорошо виден: в стороне от дороги, в жидкой лесополосе за рядами колючки. Муры построили периметр из мешков с землей, — примитивной, но эффективной защитой от пуль. От прямых попаданий дронов в двух местах периметр разворотило. Из амбразуры огневой точки, укрепленной бревнами, валил жирный черный дым, и это радовало. Дымился и наполовину вкопанный в землю танк, это радовало еще больше. Правда, башня повернута в сторону атакующих, Ник предпочел бы…

Стикс словно услышал. Сверкнуло, боевая машина исторгла снопы огня, хорошо видных даже днем, и башня отлетела метров на двадцать, будто ничего не весила. Ник поморщился, даже в броневике по ушам больно ударил грохот взрыва танкового боекомплекта.

— Красиво как, а⁈ — Дионис повернул лицо к Агнис, Рамову. Губы лидера сектантов двоились, словно на смазанной фотографии.

Броневики остановились, загрохотали их крупнокалиберные пулеметы, затявкали автоматические гранатометы. Дионис раскрыл дверь, просунул автомат сквозь амбразуру в ее бронированном стекле и поливал очередями. Ник последовал примеру, хотя противника не видел, работал на подавление.

— Выходим! — рявкнул Дионис, сменил магазин. — Не бойся, внешник, все там будем!

Ник сдержал резкий ответ, выкатился и побежал под прикрытие деревьев. Остальные сектанты тоже спешились и быстро сновали между стволов.

Бок оттягивала сумка с гранатами, лучшими друзьями для штурма. Ник грохнулся за поваленное крупным калибром дерево, швырнул первую, затем еще. Ответом стал крик, полный боли и ужаса, сердце радостно затрепыхалось. Сунул руку за следующей, но нащупал пустоту, хотя пару секунд назад четко ощущал, что оставалась еще одна. Потерял? Но как, не двигался же!

Муры опомнились, начали отвечать. Сколько их осталось? Вряд ли много, беспилотники знатно повеселились. Ник пополз дальше.

Чуть приподнялся и увидел внутреннюю территорию блокпоста. Пластиковый мусор от упаковок еды, пустые бутылки, прочий мусор. Два небольших кирпичных здания без окон и дверей, навес со столом и лавками. И трупы. Много. Похоже, беспилотники застали муров во время обеда. Однако. Значит, нечасто на них нападают, мягко говоря, раз жрут и разгуливают по поверхности среди дня. Когда Ник воевал в родном мире, бывало, неделями не вылезали из окопов и блиндажей.

Засек рыжую башку за углом здания, выстрелил одиночным. Четко заметил попадание, брызги крови, но башка скрылась за стеной. И появилась снова. Ник наградил еще следующей пулей, чтобы через секунду она высунулась еще раз с тем же результатом. Какого черта происходит⁈

Звериным чутьем ощутил взгляд из амбразуры блиндажа, откатился за ствол дерева и спустя мгновение там, где лежал, шваркнули пули. Ник пополз вдоль ствола, подобрался в упор, в слепую зону и швырнул гранату в амбразуру. Внутри заорали, взрыв выбил наружу облака древесного и земляного мусора, дыма. Рамов сунул в щель автомат и залил блиндаж очередью на весь магазин, стараясь попадать равномерно по всему пространству. Оружие вдруг дернулось со страшной силой, загуляло по сторонам. Ник его не выпустил, зашипел от боли в руках, навалился всем телом. Автомат отпустили, Рамов шлепнулся на спину и поспешил отползти.

Осмотрел оружие: газовая камера над стволом погнута, явственно видны следы человеческих пальцев.

— Сдавайся, падла! — проорал Ник.

Пережить взрыв гранаты, голыми руками чуть не сломать автомат… Этот мур — долгожитель Стикса, в плен никогда не пойдет. А если попытается — лучше пристрелить. На всякий случай. Мало ли какими еще способностями обладает.

Ник увидел вдалеке между деревьев мура, тот увидел Ника. Рамов успел выстрелить первым, оружие кашлянуло облаком копоти, из газовой камеры полетели искры, лицо обожгло.

Рамов пополз обратно, к броневикам.

— Ты куда⁈ — словно из-под земли появился Дионис. — Срочные дела появились?

— Автомат сломан! — Ник потряс оружием.

Рядом влажно хлюпнуло, один из сектантов обмяк, упал, из головы толчками била кровь.

— Вот тебе новый, — спокойно сказал Дионис. — Хватай и не спи, внешник.

Ника покоробил такой цинизм, но делать нечего. Посмотрел на часы: с начала атаки прошло всего 8 минут. Субъективное время, как всегда, замедлилось, щедро залитое адреналином.

Еще через пять минут муры перестали сопротивляться: закончились. Только в кирпичном здании засело несколько человек, на предложения сдаться отвечали руганью и гранатами. Ник их понимал: мура никогда не пощадят. А вот внешники наверняка уже запустили беспилотники… У муров вполне есть шансы дождаться помощи. Хотя… зависит от ситуации. На дальние блокпосты ссылали самых неадекватных, провинившихся. Причем не внешники, а паханы муров.

Из окна высунулся автоматный ствол, начал слепо палить. Шваркнула крупнокалиберная винтовка сектантов, проделав в старой, уставшей кирпичной стене дыру, автомат смолк. Но напоследок одна пуля отрикошетила от утоптанной земли и пробила Нику руку, вошла в подмышку, не защищенную бронежилетом. Рамов удивился, упал на колени. Боли не было, только обида, отрицание. Дышать стало тяжело, в груди хлюпало, пузырилось. В голове помутнело, Ник повалился набок, каким-то чудом сосредоточился и начал выкачивать из своего дара целителя все силы, прогоняя смерть. В глазах то темнело, то прояснялось, легкие, залитые кровью, впустую пытались наполниться кислородом. Ник захрипел, страх близкого конца разрывал душу. Рамов достал из подсумка гемостатик, попытался разорвать упаковку, но пальцы плохо слушались. Последнее, что увидел Ник, лица Диониса и Агнис, равнодушно наблюдающие за его агонией…