— Роза, поднимись в мой кабинет! — крикнул он, открыв дверь.

Через минуту Роза вошла.

— Я пришла, Леонсио, — сказала она.

— Как ты со мной разговариваешь, жалкая рабыня? — закричал он на нее. — Ты забыла, кто перед тобой стоит?

— Но, Леон... господин Леонсио?! — испугалась Роза. Следы плетей все еще горели на ее спине.

— Не смей называть меня по имени. Я не твой дружок и не муж. Ты моя рабыня и не смей забывать об этом!

Леонсио был зол от фамильярности его зарвавшейся рабыни.

— Я прошу прощения, господин Леонсио,— сказала она, опустив голову.

— То-то. Смотри, а то придется тебе снова отведать моего хлыста. Ты поняла меня?

— Да, господин. Вам что-нибудь нужно?

— Я хотел кое-что разузнать у тебя. Ты единственный человек в этом доме, которому я могу доверять. За это я щедро награждаю тебя, не так ли?

— Так, сеньор Леонсио. Очень щедро, — съязвила Роза.

— Ну так вот! Сегодня я узнал от Малвины, что она... что она думает, будто это я пытался соблазнить тогда на свадьбе Изауру, а не она меня. Мне хочется знать, кто мог внушить ей такую нелепую мысль. Ты ничего не знаешь об этом?

— Нет, господин... Но...

— Что — но?

— Может, это сама Изаура наклеветала на вас госпоже Малвине?

— Я думал об этом. Но Малвина никогда не поверила бы этой девице. Подумай хорошенько, Роза.

— Мне кажется, сеньор Леонсио, что однажды я слышала, как Жануария рассказывала своему мужу Педро о том... рассказывала ему всякие сплетни про вас и Изауру.

— Это точно?

— Да, сеньор Леонсио.

— Хорошо, иди.

Роза уже собиралась уходить, когда Леонсио внезапно окликнул ее.

— Подожди!

— Что еще, хозяин?

— Вечером поднимись ко мне в спальню... чтобы переменить белье.

— Слушаюсь, сеньор Леонсио! — сказала Роза улыбнувшись. Хозяин все-таки простил ее.

Наутро следующего дня Леонсио велел вызвать к себе управляющего. Через полчаса Андре явился к нему в кабинет.

— Вы звали меня, хозяин?

— Да, Андре.

— Я слушаю вас.

— Андре, ты должен наказать Педро. Вот уже два дня, как лошадей в конюшне не кормили по утрам.

— Но, хозяин, я сам лично проверял конюшню.

— Я вызвал тебя отдать приказание, а не поинтересоваться, кормлены мои лошади или нет.

— Я понял вас, хозяин, — сказал Андре, улыбнувшись, — прикажете отправить Педро на плантации?

— Нет.

— А как вы хотите его наказать?

— Я хочу, чтобы ты приковал этого негодяя к позорному столбу, влепил ему полсотни плетей и оставил у столба до завтрашнего утра. Ты понял меня?

— Да, хозяин.

— Иди выполняй.

Андре уже повернулся, чтобы уходить, но вдруг спросил хозяина:

— Дон Леонсио, это, конечно, не мое дело, но Педро очень старый и может не вынести этого наказания. Но если вы не перемените своего решения, то я с радостью его исполню.

— Нет, я не переменю своего решения. Этот паршивый раб имеет слишком длинный язык и болтает всякую чушь про меня моей жене. Но... наказан он будет за то, что не покормил лошадей. Надеюсь, ты понял, Андре?

— Я все понял, хозяин, — сказал Андре.

Спустившись вниз, он пошел в конюшню. Там он застал Педро, который подметал пол. Сняв с гвоздя большой кожаный хлыст, Андре окликнул раба:

— Педро, иди сюда!

Педро подошел.

— Господин Леонсио решил наказать тебя за то, что ты плохо выполняешь свои обязанности.

— Но почему? Ведь я никогда не... — начал Педро, но не успел договорить. Сильный удар в челюсть отбросил его на несколько футов и поверг на землю.

Андре подошел к бедному рабу, который пытался подняться, и изо всех сил ударил его снова. Педро упал как подкошенный. Тогда Андре размотал хлыст, один его конец приторочил к седлу своего коня, а другим крепко связал руки старика.

— Поднимайся! — крикнул он Педро и ткнул его ногой. Педро встал. Тогда Андре вскочил на лошадь и выехал из конюшни, волоча за собой бедного старика.

Когда он выезжал из ворот, мимо проходила Изаура. Она увидела, что Педро, привязанный к седлу лошади, бежит за надсмотрщиком. Она побежала к Андре и закричала:

— Что вы делаете, за что вы его наказываете?

— Мне приказал хозяин. Этот раб плохо выполняет свои обязанности, — сказал Андре и пустил лошадь вскачь. Бедный Педро споткнулся и упал, но надсмотрщик даже не остановил лошадь. Он продолжал скакать, а несчастный старик, громко крича, волочился вслед за ним по земле.

Подъехав к позорному столбу, которого боялись все рабы в поместье, Андре спешился и подошел к Педро.

— Вставай, нечего валяться! — сказал он и снова пнул раба ногой.

Педро застонал, пытаясь подняться, но не смог.

Тогда Андре взял его под мышки, подтащил к столбу и приковал за руки. Педро опять застонал.

— Пить! Пи-ить!

Андре принес ведро воды и выплеснул его на старика. Педро очнулся. Он огляделся вокруг и, увидев Андре, спросил хриплым голосом:

— За что ты наказываешь меня?

Андре огляделся. Никого вокруг не было. Тогда он подошел к старику и сказал:

— Ты слишком много разговариваешь. Нечего было донне Малвине про господина Леонсио всякую чушь.

— Но я ничего не говорил.

— А это уже не мое дело. Хозяин велел всыпать тебе пятьдесят плетей и оставить здесь до утра.

С этими словами Андре замахнулся плетью. Плеть со свистом мелькнула в воздухе и впилась в кожу Педро. Педро стиснул зубы и застонал.

— Раз!

Андре замахнулся снова. Плеть проползла по земле, оставляя в пыли дорожку, похожую на след змеи, и снова взвилась в воздух... Педро застонал громче.

— Два!

Когда Андре замахнулся третий раз, его неожиданно схватили за руку. Он обернулся. Кто посмел?! И увидел Изауру. По дороге к ним бежала Жануария.

— Не смейте! Не смейте его бить! Он старый человек! — кричала она.

— Господин Андре, не мучайте его, — взмолилась Изаура, — вы же знаете, что он ничего не сделал!

Но Андре грубо оттолкнул Изауру и, схватив ее за руку, потащил в сарай, стоявший неподалеку. Подтащив ее к сараю, он впихнул Изауру внутрь и запер дверь.

— Посиди тут немного.

Вернувшись к столбу, он увидел Жануарию, которая вытирала кровь с лица Педро. Она громко плакала. Андре размахнулся плетью и ударил ее. Жануария вскрикнула и отскочила.

— Не плачь, Жануария, — засмеялся надсмотрщик, — теперь твой муж получит на одну плеть меньше.

С этими словами он схватил старуху и оттащил в сарай к Изауре. А вернувшись, продолжил экзекуцию.

Сначала Педро стонал, но потом затих. Тогда Андре опять сходил за водой и снова вылил ее на раба. Педро пришел в себя.

— Зачем ты потерял сознание, Педро? Теперь я сбился со счета и мне придется начинать все сначала.

Сказав это, Андре громко засмеялся и снова начал стегать плетью несчастного старика. Бил он жестоко, безжалостно. Он даже вспотел от этой работы. Но Андре нравилось бить раба. Он уже потерял счет, но бил и бил. Бил со злобной улыбкой на лице, бил с наслаждением.

Но наконец Андре устал, бросил плеть и подошел к Педро. Пнув его ногой, он сказал смеясь:

— Ну вот и все. Теперь можешь отдыхать до завтрашнего утра. На сегодня господин Леонсио освобождает тебя от работы.

Но Педро не шевелился.

— Э, да ты опять потерял сознание?

Андре сходил за водой и снова плеснул ее в лицо старику. Но Педро не подавал признаков жизни. Андре испугался.

— Педро! Педро, очнись! Хватит шутить! Очнись, слышишь! — кричал он и тормошил Педро. Но тот не шевелился и не дышал. Тогда Андре пощупал пульс у Педро.

Тот был мертв.

Перепуганный Андре вскочил на коня и помчался на фазенду. Прискакав, он влетел в кабинет Леонсио. Тот как раз дочитывал газету. Увидев управляющего, он спросил:

— Ну что? Выполнил мой приказ?

— Я предупреждал вас! — крикнул в ответ Андре.

— Что случилось? О чем ты меня предупреждал? — воскликнул Леонсио.

— Я предупреждал вас! Я говорил, что старый Педро может не вытерпеть!