Уже подходя к хижине Изауры, Малвина встретила Розу. Та остановилась с таким видом, будто испугалась чего- то.

— Откуда ты идешь? — спросила ее Малвина.

— Я... Я иду с речки. Сегодня очень жарко, и я решила искупаться, — ответила ей рабыня, опустив глаза, — могу я идти домой?

— Да, конечно.

Роза заспешила к усадьбе. Малвина посмотрела ей вслед и обратила внимание, что волосы у Розы сухие.

Изауры действительно не было в хижине. Малвина быстро нашла жилище девушки. Войдя внутрь, она решила дождаться ее здесь.

— Ух, как же тут жарко, — сказала она и села на деревянный табурет.

Пока Малвина добиралась до жилища Изауры, она изрядно намучилась. В такую жару разумнее было бы остаться дома, и Малвина очень пожалела Изауру, когда представила, что та сейчас трудится в поле под лучами палящего солнца. Ведь супруга Леонсио выросла в богатом доме и никогда не знала, что такое тяжелый физический труд. Она даже представить не могла, что человек может привыкнуть ко всему — и к жаре, и к голоду, и к непосильной работе.

Малвине очень хотелось пить. От жары и духоты пересохло в горле. Сейчас она чувствовала себя рыбой, выброшенной на берег и умирающей без живительной влаги.

На столе стоял глиняный кувшин, и в нем была вода. Малвина взяла чашку и наполнила ее до краев. Выпив, она налила еще.

За те три часа, которые она ждала, Малвина выпила всю воду из кувшина. Но эта вода почему-то совсем не утоляла жажду, а даже наоборот. Она только обжигала горло, и от нее еще больше хотелось пить.

Наконец Малвина решила больше не дожидаться Изауру. К тому же она почувствовала, что ей становится плохо. Почему-то кружилась голова и чувствовалась какая-то слабость во всем теле.

— Наверно, я перегрелась на солнце. Нужно было послушаться Жануарию и подождать до вечера, — сказала она сама себе и встала, чтобы идти домой.

Выйдя из хижины, Малвина, к своему удивлению, заметила, что солнце уже клонится к горизонту и к тому же спряталось за облаками. А ей почему-то было все так же жарко и душно.

С большим трудом она преодолела путь от хижины

Изауры до усадьбы. Когда она вернулась, Жануария уже готовила ужин.

Войдя в гостиную, Малвина чуть не упала. Она схватилась за спинку дивана и поспешила сесть.

— Так и не дождалась я Изауру, — тихо сказала она вошедшей Жануарии.

— Госпожа Малвина, что с вами? — испуганно спросила та.

Малвина была очень бледна, глаза у нее были полузакрыты, она тяжело дышала.

— Не знаю... Очень кружится голова... Это, наверно, от жары... — прошептала она.

— Говорила же я вам, подождите до вечера, — укоризненно сказала Жануария.

— Принеси мне немного холодного лимонада, — попросила у нее Малвина.

— Да-да, конечно!

Жануария бросилась на кухню. Там она, наливая лимонад в стакан, вдруг услышала страшный, душераздирающий вопль. Бросив все, она бросилась в гостиную.

Малвина каталась по полу возле дивана. Руками она схватилась за живот.

— Что с вами, госпожа Малвина?! — испуганно спросила Жануария.

Но та не могла говорить, она только стонала. Тогда Жануария подняла ее с пола и уложила на диван.

— Подождите, я принесу вам молока.

Сказав это, старуха побежала на кухню. Через минуту она вернулась с кувшином.

— Пейте! — сказала она, поднося к посиневшим губам Малвины кружку.

— Не... не могу! — простонала она.

— А я говорю — пейте! — грозно крикнула на нее Жануария.

Малвина сделала несколько глотков.

— До дна!

Через силу бедная женщина выпила все. Жануария налила еще одну кружку.

— Еще! — сказала она и поднесла к губам Малвины молоко.

— Не могу... — прошептала та.

— Пейте, это нужно!

Малвина выпила вторую кружку.

— Что со мной?.. — спросила она.

— Не знаю, госпожа Малвина, — испуганно ответила Жануария, — но мне кажется, что вы чем-то отравились.

— Но чем? — преодолевая страшную боль в животе, спросила Малвина.

— Это вы мне ответьте. Что вы ели в последние два часа?

— Ничего.

— Точно ничего? Подумайте.

— Нет, я ничего не ела. Только...

— Что — только?

— Я пила воду у Изауры в хижине.

— Воду? — Жануария задумалась.

— Ой!.. — вдруг воскликнула Малвина и схватилась за живот.

— Потерпите... Потерпи, девочка!

Жануария выбежала из дома и закричала:

— Роза! Роза, беги быстрей сюда, госпоже Малвине плохо.

Но Розы нигде не было. Жануария снова бросилась в дом.

Малвина лежала на том же месте и тихо стонала. Она уже почти не шевелилась, только мотала головой из стороны в сторону.

— Жануария... Жануария... — тихо позвала она.

— Я здесь, госпожа Малвина.

— Помоги мне, прошу тебя. У меня все внутри разрывается. Я уже не чувствую ног...

— Но как я помогу вам? Ведь я даже не знаю, что с вами. Ведь не могли же вы отравиться простой водой... Я хотела послать Розу в город за врачом, но ее нигде нет.

— Роза... Я ее видела.

— Где вы ее видели? — удивилась старуха. Она подумала, что Малвина бредит.

— Я видела... Она шла с речки... — пробормотала Малвина в полузабытьи, — она купалась... Волосы.

— Что — волосы? — переспросила Жануария.

— Сухие...

— Что? Что вы говорите? — не расслышала она.

— У нее были сухие волосы... А она сказала, что купалась.

Внезапно страшная догадка осенила Жануарию.

— Так вот что это был за запах!..

Во дворе раздался шум подъехавшей коляски. Через минуту в дом вошел Леонсио. Он сразу увидел, что с женой что-то случилось.

— Малвина, что с тобой?!

— Леонсио... — прошептала она и попыталась улыбнуться.

— Жануария, что с моей женой? — спросил Леонсио.

Старуха встала и отошла на несколько шагов. Молодой Фонсеки бросился к ней.

— Говори, чего ты молчишь? — воскликнул он.

— Ваша жена отравилась, — тихо сказала она.

— Отравилась?! Чем?! — испугался Леонсио. — Нужно вызвать врача!

— Не нужно... — тихо сказала старуха и отрицательно покачала головой. По щекам у нее текли слезы.

— Почему?!

— Потому что она отравилась не сама. Ее отравили...

— Не может быть, ты лжешь! — воскликнул Леонсио, но по глазам Жануарии понял, что это правда. — И... и ей уже нельзя помочь? — спросил он.

— Единственное, чем вы можете ей помочь, так это немедленно послать за священником и не отходить от бедняжки ни на шаг. Я знаю этот яд. Ей уже немного осталось.

— Но кто? Кто мог ее отравить? — тихо спросил молодой Фонсеки, сжав кулаки.

— Сейчас это не важно. Поспешите к вашей жене.

— Да-да, конечно, — сказал он. — Пако! Пако, немедленно сюда.

Пако прибежал через минуту.

— Бегом за священником! Живо! — крикнул Леонсио, и раб убежал.

Леонсио бросился к Малвине. Она уже ничего не видела вокруг.

— Малвина, милая, потерпи, — сказал он и нежно взял ее за руку. Малвина открыла глаза.

— Энрике, милый Энрике... — сказала она, глядя на Леонсио, и улыбнулась.

— Я Леонсио... — со слезами на глазах сказал молодой Фонсеки.

— Энрике, не волнуйся, я скоро приду, — бредила Малвина...

Через час явился священник. Он едва успел исповедать Малвину, которая к тому времени уже ничего не видела и не слышала. Как только священник закончил читать молитву, несчастная Малвина умерла.

Жануария стояла на веранде и тихо плакала, когда к ней подошел Леонсио.

— Кто это был? — тихо спросил он.

— Роза... — сквозь слезы ответила старуха.

— Роза? Ты уверена?

— Да. Несколько дней назад я застала ее на кухне. Она варила какой-то отвар из трав. Я спросила ее, что она варит. Роза ответила, что варит лекарство для желудка. Запах этого лекарства показался мне знакомым. Потом я увидела, как Роза тщательно вбивала в землю палочку, которой перемешивала лекарство. Мне еще тогда показалось это странным. А сегодня, когда сеньоре Малвине стало плохо, она сказала, что пила воду в хижине Изауры...