— Дааа? Нехи… неплохо вы сегодня прибарахлились, совсем неплохо. Правда вот только непонятно, нахрен оно нам столько всего нужно? Для Базы — сверх много. Для Победы? В принципе, тоже. Разве что на Надежду отправить одного колёсника? Добавив ему, как и предложили соседи, стрелу, лопату и ковш? А что? Это неплохая идея! Но только на будущее, достаточно дальнее.

— Извини, командир, но это уже не моего ума дело. Теперь сами со всем этим барахлом разбирайтесь.

— Чуть не забыл. Вы там всё нашли и подняли?

— Аквалангист сказал, что больше ничего не видел. Большого.

— Не понял сути?

— Большого — то есть, машины или трактора гнилого, но в сборе. А разных останков транспорта, но именно что останков, по его же словам, там таскать не перетаскать. Но и мы и хозяева оставили их на будущее, решив что не последний раз вместе работаем.

— А с «гостями» там как?

— Прекрасно. Даже очень. Мы только пришли утром, а моторки на рейде уже стояли, целых четыре штуки. А в море, с пару километров от берега, дрейфовал солидный катер, видно контролировал — что и сколько мы поднимем и как поделим хабар. Так что, шеф извини, но Максима я им оставил, как и его расчет, добавив к нему ещё двоих с ручниками, решив подстраховаться на всякий случай. Тем более по докладу парней, им за эти дни не раз приходилось короткими очередями отпугивать страждущих халявы. В первые сутки так и ночью пытались высадится.

— И как же их заметили в темноте?

— Так луна же полная на небе, и в воде светляки резвятся, по рассказам, так красиво смотрится, а как следы на воде демаскирует. Просто шик.

— И тут наши отличились.

— А то! Шеф, тут ещё вопрос. Пока экипажи отдыхали после обеда, мы с остальными капитанами перекинулись словами — не понравилось тем ходить безымёнными. Предложили тримарана назвать Одессой, грузовому катамарану присвоить имя города-крепости Измаил, а грузо-пассажирского обозвать Херсоном. Вы не против?

— Они выбрали, им и ходить с этими именами. Я, лично, не против. Сам думал им предложить такое благое дело.

Получив настолько неплохие находки, с утра решил отправить на Надежду трактор, что был нами найден во вспомогательных помещениях сателлит-комплекса, но вовремя вспомнил, что на баркасе его не перевезти, а оба катамарана гружённые под завязку. Зато сразу передал приказ командору:

— Одесса, после выгрузки, идет к четырнадцатому, и перевозит на Базу все найденные там станки. А как только освободится, то ей дорога к десятке, ныне уже Красоте — забрав нужных людей, перевезти их на девятку, и ждать, пока они не разберут стоящий там склад. Ну а потом вернуть их с материалами назад на Красотку-Лану.

— Что это за название такое? Красота? И почему — Лана?

— Да это глава малого сообщества, что населяет этот, десятый микро-архипелаг, Светлана-Лана, так с самого начала обозвала свой остров. А оно и прилипло, крепко-накрепко.

— Яааасно.

— Продолжаю. Ну а Херсону путь уже с нашими людьми на одиннадцатый и тринадцатый — опять-таки, им приказ на разборку построек и перевозку всех материалов на ту же десятку. Там будет развернута временная лесопилка по роспуску этих бревен, и постройке из полученного материала сборно-щитовых панелей. Красоту и Райский Уголок, вот это уже главный островок в двенадцатом малом архипелажике, будем расширять по населению, а тем, как все прекрасно понимают, нужно нормальное жилье. Как только Херсон освободится, то идет в Метрополию — нужно перевезти от нас трактор с навесным на Надежду.

— А что это такое — Надежда? — снова с недоумением спросил командор.

— Да остров есть невдалеке от нас, очень перспективный в плане посевных площадей. Гарнизон мы туда уже отправили, теперь только технику нужно доставить.

— А с рабочими как?

— Да есть вариант один, вроде как интересный и достаточно перспективный. Ну, в свое время об этом узнают все. А тебе лично — сразу по приходу на Базу связатся с соседями на Независимости, им нужна наша помощь с подъемом уже своих собственных машин-утопленников. Повторите свои сегодняшние подвиги. Ты не против такой командировки?

— Конечно же нет. Это классный опыт и обалденная практика всему экипажу — вдруг в будущем придется поднимать не такие крохи, а настоящие корабли. А мы это уже умеем. А вот что будет делать весь день не упомянутый в этих приказах Измаил?

— А у него с экипажем будет совсем другая работа — так что как только разгрузится, пусть срочно идет к Победе. А вообще, поинтересуйся у его кэпа — может он рискнет выйти к Базе уже сейчас? Прямо в ночь? Хотелось бы отправить катамаран в паре с Изабель сразу с рассветом — или как можно раньше. Им у цели совместного похода работы предстоит немерянно. Пусть даже при необходимости сменит весь экипаж, если он сильно устал.

— Сейчас его найду в столовой и спрошу. Пока это все приказания?

— Да, вроде, ничего не забыл.

Разговор капитанов закончился с очень неожиданным результатом — окончив свой очень поздний ужин, с безоговорочного согласия своих подчиненных, они все снялись с якорей и ушли в столь нелюбимый нашими доморощенными моряками ночной поход к месту своего постоянного базирования. К такому далёкому, но, одновременно, близкому и любимому острову База.

— Чего это вы так решились? — задал им вопрос перед самым отчаливанием последнего яла, перевозившего к судам каравана их экипажи.

— Да так! Просто решили сразу отстреляться, а потом уже в родной казарме отоспаться. Все посчитали этот вариант более привлекательным, чем ночевка в Доме, а потом общая спешка в рейде. На завтра ведь уже весь день подробно расписан, и те работы также обязательны к срочному выполнению.

— Ну что? Тогда одно пожелание — с Богом!

А сам для себя решил — все те суда, на каких это возможно сделать, срочно и обязательно оборудовать собственными радиоэлектронными приборами слежения за морем, и контроля как его поверхности, так и дна. То есть — радаром, лотом, это то, что я навскидку помню. Обо всем остальном буду уже советоваться с опытными морскими волками…

На площадке Базы, куда выставили всю поднятую технику, по отзывам и Андреевича, и Дробова — Бернар организовал настоящие автомобильные рем-мастерские, развернулся казах со всей широтой «безбрежной русской души». Так как на внешний вид парень в упор не выглядел на свои семнадцать, и все его знающие без подробностей давали от двадцати и немного старше, то набрать из молодежи нескольких партий пополняшек себе помощников ему не составило особого труда. Осмотрев внешне и тщательнейшим образом обследовав всю технику изнутри, он занялся её восстановлением и переделками под нужные нам реалии, раздав задания бригаде, а сам тем временем проводя капиталку, собирал из «металлолома» дизеля.

Зачем они нам нужны? Ранее, когда их только-только привезли с Дороги, этот вопрос уже поднимался — все, кто понимал, что такое моторы для морских перевозок, с предложенным тогда вариантом согласились. А двигатель, что был давно снят с того мобильного злектрогенератора, что утащили в свое время с контейнеровоза, уже готовился к установке на Керчь. Мощность его одного вполне позволяла заменить стоящие там два довоенных бензиновых.- и при этом сразу увеличивалась средняя скорость, с одиннадцати до четырнадцати-четырнадцати с половиной узлов. И с возможностью в режиме форсажа выдавать аж до шестнадцати.

А Кресс уже пообещал — если сможем подобрать соответствующий винт, то это вполне добавит ещё узел-два. А из этих, с которыми теперь возится Бер, один, самый мощный, пойдет на Феодосию. А два оставшиеся, которые были одинаковыми, на Посейдон и Тамань — так решили назвать спешно приводимую в порядок и переделываемую под нынешние реалии, поднятую со дна бывшую при рождении малую морскую зенитную батарею. Что нам досталась на память от отряда кап-лея Миронова.