Третье. И это не упоминая о таких вещах как гигиена, медицина, связь, культура с развлечениями, топливо, и многое, многое, многое другое. Что тоже важно, и, часто, критически.

Четвёртое. Ладно. С этим со временем я разберусь, — думал он, ходя из угла в угол по помещению, выбранному им под кабинет и зал будущих заседаний. А вот что делать с Портом, судном, что там стоит, той кучей лодок да катеров, что туда сегодня приперла Вика. Как всё то застолбить за собой на будущее, кем охранять да защищать в случае гипотетического нападения зловредных соседей? Может быть и правда, как она сказала в своих предположениях, переговорить о сложившейся ситуации с Фёдором и Никитой? Они оба не мальчики с горящими взорами.

И, если, первый разумник, даже с высшим образованием, да не одним, и, впридачу, с научным званием, то второй — военный. Кадровый. Судя по возрасту, больше десяти–двенадцати, а то и тринадцати лет провел на границе. Впрочем, я ведь его думал тут устроить командиром войск, ну или местного ополчения — всё же он не один год учился командовать, в отличии от меня. Ну нечего в потемках искать четную кошку. Нужно вызывать обоих, объяснять сложившуюся ситуацию, и задавать обоим вопрос — кто из них возьмет себе такую обузу. Ведь это — не награда. А именно обуза. И очень, очень надолго.

Не став долго мудрствовать, послал свободного от службы бойца с заданием, если те ещё не отдыхают, то пусть зайдут на разговор. Что те и сделали, придя минут через десять, неся в руках кружки с чаем и стопку бутеров на троих. Почему не чашки, а кружки? Просто у Яны, завхоза Ксю, в складе целый мешок старинных поллитровых армейских алюминиевых посудин был. Наверное штук полтораста, если не больше. Вот Виктория их в качестве подарка на новоселье и привезла.

Стоп. Яна — Янина. Её доверенный завхоз. Серый — его Оксана вначале чисто в шутку назвала командующим вооруженными силами. Но потом и спрашивала с того за всё хорошее. Кир — главный связист. Начальник связи сообщества. Венедикт — начмед. Альба — шеф-повар…

Блииин…. А я, лох педальный, всё сам тянуть пытаюсь. Она ведь довольно быстро организовала себе штаб из соответствующих специалистов, и сама только им выдает задания. Так ведь проще, и намного. По-любому, ей часто приходится вникать во всякие дела, но не во все полностью и каждый день. Нужно пока выкручиваться так, как выйдет, а только будет возможность и свободное время, устроить себе мастер-класс у неё, как специалиста. Решено. А теперь разговор с прибывшими по его вызову…

— Ну и чего, старшОй, на ночь глядя выдернул нас? — как только допили чай с бутербродами и вытерли руки, задал вопрос более резкий Зотов.

— Да вот вопрос выплыл. Интересный, конечно, но и геморный сильно.

— Да не мнись ты, — подключился Федин, — рассказывай. Переживем. Всё равно, меньше взвода не дадут, дальше Кушки не пошлют. Так вроде при Союзе в войсках говорили? — посмотрел он на Никиту.

— Вот именно! Делись, командир, не тяни кота за колокольчики, уже ведь спать пора, а утром, по любому, у всех проблем прибавится.

— Да просто не знаю, с чего именно начинать разговор. Много тут такого… конфиденциального.

— Настолько личного, что вообще посторонним знать не положено?

— Увы. Личное оно только по отношению к Руси и самой Независимости.

— Ну так в чём жк дело? Мы ведь, тоже, вроде, не совсем посторонние тут люди.

— Согласен… Только просьба — сохранить эти сведения в тайне от всех. Хотя бы только первое время — неделю-две. А позже, я так думаю, нужды в этом уже не будет. В чём же вся суть проблемы, — и сжато, но очень подробно рассказал им все то, что недавно услышал от Оксаны, и те сведения, что принесла в своем клювике Вика, доложив о них только мне одному. Все предположения, и мои и их, все высказанные Верховной предложения. Короче — всё, всё, все то, что меня томило последние часы и минуты.

— Мы тебя, как и вашу Верховную, прекрасно понимаем, — ответил один за двоих, после некоторого времени, взятого ими для размышлений, Никита Зотов, — но что вы, или уже ты, хотите от нас? Предложения, советы, действия? Что конкретно?

— Конкретно? На данный момент нам в локацию Порт, как говорят и пишут в разных компьютерных игрушках, нужно отправить минимум пару троек из поисковиков, потому что та пара, что там оставили Вика, погоды ну совсем не сделают. И не просто отправить их самих для временной службы, а сразу же им там предстоит делать автономное сообщество, но под общим моим руководством. Надеюсь, против этого никто протестовать не будет?

— А зачем так сразу объявлять о том официально? Пусть парни несут службу, а в свободное время шарятся по округе — не может такого быть, что тут с людьми одно, а там совершенно другое, — ответил Федор, — а через время, если найдутся такие желающие, тогда и думать об регистрации.

— Иваныч, и ты в это сам веришь, что уже за завтра мы совместными усилиями не обнаружим две-три, и это, как минимум, общины типа ваших?

— А сколько вы привели в крепость только сегодня?

— Сколько? Только тут сейчас есть шестьдесят человек новичков, при этом мы не учитываем Псковских, которые только и ждут хоть частичного выздоровления своих тяжёлых, чтобы как можно быстрее перебраться к цивилизации, хоть и представленной всего одной крепостью.

— Нда? Вот об этом я и не подумал.

— А где там жить, — вдруг спросил Зотов, — если вы таки решите там обустраиваться?

— Не я, а именно вы. Точнее — один из вас.

— Не понял? — возмутились те в один голос, — а мы-то тут при чём?

— Неужели не поняли, о чём я тут толкую?

— Совершенно.

— Так как запрашивать помощь из Метрополии, прося их выделить сюда мне человека на роль главы, глупо, зная точно, что придёт в ответ, то одному из вас нужно обустраиваться и обживаться там. А где жить? Так как колёсник стоит на приколе и без экипажа, а, по словам обследовавших его парней, там кроме матросских кубриков на пару-тройку десятков, есть и пассажирские каюты, и офицерские. А их там порядка трёх десятков, ну и плюс кают-компания. Но её лучше использовать как кухню, кстати, она там точно есть, и отдельная, и общую столовую.

— И только там?

— Конечно же нет. НЕ только. Нужно будет почти сразу, как только прибавится населения, заниматься восстановлением всех тех построек, что стоят у площади. Судя по обзорному отчёту, там целые все стены с перегородками, а сгнили, и не сгорели, а именно сгнили, все деревянные дела. Окна там, двери, полы с перегородками, крыши.

— И чем же это всё восстанавливать? Доску с брусом где брать? Неужели таскать через поставку?

— Почему? Леса вокруг полно, не уничтожая его по варварски везде, а отбирая только те деревья, что явно мешают, распускать стволы на деловую древесину.

— Чем? Позвольте вас спросить? Ручной мехпилой «Дружба-2»? Так они, наши руки, раньше поотваливаются.

— По прошлой жизни я знаю, что есть в природе ленточные пилы для работы с брёвнами. Смогу, закажу такое оборудование вам сам. Если не выйдет, не хватит веса, попрошу Независимость. В этом они не откажут, гарантировано.

— Но они же электрические? Подключать-то куда?

— На судне по любому есть свой электрогенератор. Что стоит разобраться с его котлами, и запустить один, самый маленький?

— На флоте они называются не так. Там в этом качестве используют динамо-машину, — неожиданно поправил меня Федин, — мой дядя всю жизнь работал на торговых судах механиком, и, приходя домой в отпуск, часто нам, пацанве, рассказывал о всяких таких премудростях.

— Мне сейчас похрену, как его зовут, и называют… главное, чтобы он там был, и работал.

— Да я понимаю. Просто так, к слову пришлось.

— Так как? Кто из вас пойдет туда полноправным Главой?

— Мы так и не поняли, почему именно нам было сделано такое важное и судьбоносное предложение? Чем мы лучше всех остальных, тех, кто сейчас ещё живет в крепости?