— Конечно. Спасибо за инициативу и её исполнение, — поблагодарил того, и повернувшись к сидевшим гостям, произнес, — вот это и есть та тайна, за которую мы уцепились. Что вам нужнее — вначале послушать о находке, или же её осмотреть?

— Как мы поняли — свободное время ещё есть? Тогда рассказывай об этой вашей настолько большой и страшной «тайне», что только ради её открытия приходится запрашивать «высочайшее разрешение», — стебается она.

Кратко, очень даже кратко я снова опустился к тем важным событиям, что совсем недавно произошли у берегов Независимости. То есть о самом налете уже не раз упомянутых не злым тихим словом бывших очень агрессивных и, без меры наглых, обитателей острова Белек. Как они его месяц назад сами назвали. И о плачевных результатах для них самих, что произошли от этой наглости, и нашей сплоченности. И уверил и Лису и её отца в том, что угрожать там стало вообще некому — так как последние мужчины их сообщества вольно или невольно, но двинули кони, как говорится у нас в простонародье, от банального передоза.

Потом перешёл… Нет, не к той безумной ситуации, в результате которой мы заимели так нужное в этих условиях судно, как небольшой танкер. А к цели, ради которой сюда прибыли. И сразу, так как больше не было ничего, на что можно было отвлечься, перескочил к шокировавшей всех находке, что была обнаружена в каменных недрах этой небольшой горы.

— Так это что значит? — первым въехал в сложившуюся ситуацию старший Бобров, — тут, в массе этих Забытых Островов была найдена промышленная площадка, на которой можно строить суда?

— В том то и все дело! И, хотя, я подчеркиваю — хотя в этот период развития такая возможность нам не нужна…

— Почему это так? Ведь это же реальная возможность запустить своё, чисто свое собственное производство так необходимых в этих условиях, хотя бы для начала, деревянных катеров, то есть баркасов и ботов с парусным вооружением. Так как, к огромному сожалению, нефтедобычи и, потом, её переработки, нет, и, скорее всего, никогда не будет. А парус? Он вечен, как и вечен сам ветер. Только для этого экипажам придется учиться новым, совершенно новым знаниям и навыкам. Мы это уже почти месяц видим на примере нашей смелой Банат.

— Так. Насчет вашего предложения о строительстве тут чисто деревянных средствах перемщения. Вопрос, конечно, интересен, но он для своего выполнения затрагивает два, всего два, но очень важных пункта. Это дерево нужно на чём-то производить. То есть — распускать бревно на доску. Хоть и трудный вопрос с пилорамой — но он выполним через заказ. А где брать само дерево в промышленных масштабах? Пилить то, что растет на островах? Нельзя. Категорически. Первое, тут вообще нормальных деревьев, кроме всяких пальм, минимум. И из этого автоматом выходит второе — уничтожать этот минимум зелени просто… преступно, по отношению к нам самим. Мы ведь сюда попали не на краткую экскурсию, но на всю жизнь.

Теперь второе. Это по поводу топлива. Наша, уже наша с вами общая Глава дала приказ залить всю вашу тару под завязку, тем, что вам нужнее всего.

Третье. Вопрос вами поднят касательно средств передвижения? Вот только что, в результате отбитых нами четырех налетов, трофеев, в общем, с напавших взято столько, что ещё очень долго мы их даже не разберём. А новая мелочь — типа лодок и шлюпок нам пока, только пока, не будет нужна. Это говоря обо всем корпусном. А о надувных тут даже речь не ведется — мы их уже стали использовать только в роли разъездных яликов при более крупных судах.

И четвертое. Правда, мысль эта только моя собственная — а если на корпуса брать в заказе профиль и листы судового алюминия или вообще, титана? Раз в несколько недель на всё разрешенное? Да нам столько всего плавающего и не нужно будет.

— В принципе, все вами, Сергей, очень правильно сказано. И на всё это обязательно нужно обращать очень пристальное внимание, а не рубить с плеча, — обдумав все, ответил Петрович.

— Но, если, у вас такая роскошь и изобилие, то может быть окажете нам услугу в качестве шефской помощи? И дадите во временное пользование, пока сами не приобретем что-либо соответствующее, парусный баркас или большую восьми весельную шлюпку? — спросила с просящим выражением на лице уже Алиса.

— Это срочно? Если время терпит — то уже вечером сама попросишь у Оксаны, надеюсь, такому пополнению она в подобной мелочи не откажет. А почему именно парусную, а не моторную?

— Тебя с танкером рядом постоянно не будет, а за сотню с лишним километров за бензином или соляркой не набегаешься каждый раз. Да и двигателя, тем более лишнего, и именно подвесного для лодки, у нас нет.

— Ну вот и переговорите сами об этом с нашей Ксю — не может быть, чтобы у неё не нашлось выхода. А если не секрет, зачем она вам? Есть для этого соответствующие цели?

— Ага! Я ведь не закончила свой подробный рассказ, а мы же к себе на подобных условиях присоединили уже два таких же, как и наше, сообщества — с населением по двадцать четыре человека. И дальше за ними виднеются ещё островные группы, но мы на своих небольших парусниках туда добраться не можем — мешают густые скально-рифовые защитные пояса. Что опоясывают тут все подобные образования. И, если, в наших ближайших входы в тот защитный периметр примерно в одном месте — почти что рядом друг с другом. Ну если учитывать морские расстояния. То у них всех они с противоположной от нас стороны, и мы, просто-напросто, боимся рисковать и судном и людьми.

— Ага! Я так и подозревал, что в рассказе твоя эпопея совсем не закончилась. Тогда вечером обязательно продолжишь свои воспоминания. Хорошо?

— Естественно.

— Так, подъём, а то расселись — видите, нам машут и зовут к себе, значит нормальное освещение уже готово. А то первое, чисто поверхностное обследование мы делали всего с одним фонарем — было и плохо видно, и стрёмно от гроздьями висящих на всех перекрытиях летучих мышей.

— Страшно?

— Нет. Просто не было особого желания быть обосранными с ног до головы этими летучими тварями…

В главном зале верфи, кстати — высотой, после тщательных замеров в восемнадцать метров при ширине более чем в полсотни, на его цельном каменном полу было уложено три нитки рельсового пути. Центральная — самая широкая, примерно метров пяти, от одних ворот и до других, что были найдены в противоположной от основного входа стороне. На них, один за одним на специальных, очень низких колесных тележках, в кильблоках стояло два стальных судовых корпуса в состоянии частичной готовности. Примерно тридцати-тридцати пяти метров длиной, при ширине — опять же очень примерно, метров в семь-восемь. И на первый взгляд — построенные по полностью одинаковому проекту. Когда, уже после того, как была запущена паровая машина с приводом на генератор, и появилось освещение — парни поднялись к ним на борт, и охренели. Там, в трюме, были не современные нам дизель-электрические, и даже не дизельные — а старинные паровые, только уже с котлами не угольными, а мазутными — с этим парни вполне разобрались.

Что это за техника была, мы не понимали до тех пор, пока не появился у нас профильный специалист. Но то, что эти изделия в стадии почти полной готовности, разобрались. Так как они оба стояли кормой к выходу — и было ясно видно на ней и судовые винты, и рулевое перо. Да и палуба была уже практически полностью установлена — не хватало только надстроек и внутренних кают для экипажа. Хотя деление трюмов уголками и швеллерами на нужные по размеру ячейки — отсеки заранее уже было сделано, правда не было самих перегородок, но, если они где-то тут есть, установить их будет не проблема. Но, чуть присмотревшись по сторонам, нашлись и детали с узлами тех надстроек, и даже каютная обшивка присутствовала, правда в виде конструктора лего, упакованная в разнокалиберные ящики.

А на одном из боковых, всего двух с половиной метров в ширину, на таких же тележках, стояло два практически полностью готовых, по крайней мере на первый взгляд, неплохих бота. Тринадцати-четырнадцати метров длиной, и порядка четырех-пяти шириной.