На второе утро ко мне выбросило парня, вот он сидит, рядом — молодого байкера. Сразу с ним не сошлись во мнениях, подрались, потом помирились. Когда он, вникнув в тот текст, что мне достался на листе бумаги вместе с заказом, а потом то же самое прочёл на экране — целый час, ну после заказа, сидел охреневшим.
— А вам как бы было? Я ведь сюда я попал в пятницу, провалившись перед самым сбором нашей «мото-банды», где должен был отметить свою отвальную, — с экспрессией вдруг стал объяснять его сосед, — а на следующий день, уже в субботу, у меня была запланирована там, дома в Ростове, свадьба. Но., не срослось. Садился на байк в привычной обстановке, а очутился уже без него, вот так, у черта на куличках.
— Тут и не так бывало, — ободряю его.
— Да об этом и сам со временем догадался, в течении всего этого месяца обдумывая сложившуюся ситуацию, а, поговорив с вашим экипажем, что нас сюда вез, тем более убедился в дикой случайности. Но мне от этого совершено не легче — ведь со моей избранницей мы встречались ещё со школы. Она меня верно ждала все время службы на флоте — год срочки и три года контракта. А тут такое…
— Мы все совершенно не выбирали эту судьбу, — ободряю того.
— Да я все это понимаю…
— Так. Продолжение будет?
— Ну вы же общались? — отвечает Корней, — после получения заказа, а Тимур оказался чуть умнее меня, и взял не только набор выживальщика — комплект для удочек, но и пустую десятилитровую бутыль под будущую воду, мы обдумали сложившуюся ситуацию и разделились. Я отправился расширять и углублять свою землянку — кстати, начал делать её в самый первый раз на самом высоком месте островка, как будто догадывался о своём возможном будущем. Это слова о прошедших за это время над нами дождях и штормах. На всякий случай увеличил котлован почти в три раза, начав даже больше его углублять — доведя до колена. Ну а крышей ей так и служил мой дождевик — он в этом и спасал постоянно нас. А Тим, вырезав подходящий хлыст, ушел на берег — рыбачить. Его добычей в тот день мы и поужинали, и завтракали на следующий день. Но уже втроём — рано утром пришло пополнение.
Лаура Дитрих, вот она, — показал на первую, сидящую за собой, девушку. — Ей двадцать лет, студентка из Калининграда, как мы узнали в первый же день, фанатка-выживальщица с четырехлетним стажем.
— Шла третья неделя занятий, — рассказывает она сама, — был последний день занятий — пятница. А ведь сразу после них мы всей командой собирались на очередной выход в поле. Так что шла я из дому к автобусу, неся в руках кроме обычной ученической сумки с конспектами и учебниками, и привычной женской микро-косметички — правда, у меня она очень даже приличного размера. Заранее собранный походный рюкзак — вот его содержимое нас и спасало очень даже долго.
— Вот именно, — перехватил у неё инициативу Руш, — но, даже, не смотря на это, жить мы так и продолжали в землянке — так как построить что-либо существеннее нам просто было не из чего. Могу предугадать вопрос — почему не перебрались на другой, более крупный, остров? Пробовали. Даже дважды — первую бонусную за базовую тройку надувную лодку течением бросило на острые подводные камни, пропоров её очень сильно — и дно, и баллоны, не по одному разу. Тим в тот раз с огромным трудом добрался домой, принеся те остатки, и не попавшись на зуб акулам. Которых было вокруг просто море.
— Ну и как это ему удалось?
— У нас только фарватер канала относительно глубокий — полтора-два метра. А на боках, там, где основная масса скал и камней, до дна всего по колено, изредка повыше. Вот и выбрался, достаточно удачно, — ответил сам парень.
Вторично, на десятый день провала, мы добрались к соседям… Но у них ситуация с островом была примерно такая же — безводный круг диаметром метров сто-сто двадцать. Но все разом, переговорив и обдумав, там, на месте, сложившуюся ситуацию, решили все равно объединятся. Но без переселения — так как в нём смысла не было. Что принесло в виде следующего бонуса обоим сторонам по рации-мыльнице, солнечной панели с адаптером, для её зарядки, повер-банк и светодиодные ленты для освещения. Поделились с ними своими наработками, частично тем, что было в запасе, и через четыре дня, когда они получили свою надувнушку, сделали рывок к третьему, ближнему к нам, участку суши. И опять он оказался бессмысленным. Ну, относительно.
Тот островок хоть и был в диаметре метров двести, но оказался ещё суше наших. Только и того, что его первый обитатель, украинец-львовянин, который воевал все это время, с четырнадцатого, за ДНР, удачно попал туда со своим пистолетом. И найдя в самом центре небольшую постройку, смог отбить её у охранявшего медведя.
— Да. Именно так и было, — немного хрипловатым голосом стал рассказывать сидевший самым последним молодой мужчина, — хорошо, хоть по привычке, наработанной за четыре года, запасных магазинов было достаточно, и был у меня не обычный Глок* или ТТ*, а легенда Союза — АПС*.
*Глок — знаменитый на весь мир австрийский пистолет.
*ТТ — пистолет советской эпохи Тульский Токарев.
*АПС — автоматический пистолет Стечкина.
Вот из него, выпустив полностью всё, что сразу там было, то есть, два десятка патронов, смог, стараясь стрелять только в голову, свалить ту искусственную зверюгу. Почему именно искусственную? Ну вы это и сами знаете — уже через час она стала разлагаться и вонять нефтью и синтетикой. Еле-еле успел с огромнейшим трудом утащить тушу к морю, подсунув под неё пару слег, и набросав поперек веток помельче. Хорошо, что он был не крупнее среднего человека — высотой не более метр шестьдесят — метр семьдесят. Мне с этим здорово повезло. А вот с находкой, судя по рассказам ваших поисковиков, не очень. Невысокая постройка, типа сельской сараюшки, высотой в два, от пола до потолка, шириной три и длиной в четыре метра. Но с жилым отсеком, отсеком кухни, и крохотным запасом долгохранящихся продуктов.
— И вот, найдя Чука — у Николая фамилия Ковальчук, и из неё производная позывного, так же само объединившись без переезда, заработали в бонусе по двадцати пяти литровой ёмкости с водой, и все. Сами мы сделали пару попыток добраться к тому, видневшимуся вдали, огромному острову, но выгрести веслами против течения так и не смогли. И, временно, бросили эту затею — собирая остатки веса от заказов каждый на свое. Чук — на более или менее подходящую по весу лодку, дюральку или пластиковую. Гек — это глава первой мною найденной тройки, Игорь Ангарский, на подвесной мотор. Ну а мы — на топливо для него, — продолжил свой рассказ Корней, — оставалось всего пять-шесть дней до этого момента. Но тут очень удачно нас обнаружили вы…
— И? Ваше решение?
— Какое решение? Мы ведь ушли со всем, что у нас на тот момент было накоплено. Только и того, что на весь имеющийся вес каждый из нас взял по одному виду круп — в большой группе людей хоть такая малая помощь, но все равно лишней она не будет. Так что мы все — обеими руками за то, чтобы войти в составвашего сообщества, — такими словами Кирушев закончил свое выступление.
— Значит — да?
— Конечно, — вразнобой ответили все девять человек нового пополнения…
— Ну а теперь будем разбираться уже с вами, — перехожу к представителям очередной, только что обнаруженной нами большой общины, — что вы о себе скажете да расскажите? — понимая, что троица, сидящая в самом конце — это они и есть. Там были — молоденькая девушка, на первый взгляд как бы не лет восемнадцати от роду, парень примерно двадцати — двадцати пяти, и тридцати с лишним летний подтянутый, со строгим выражением лица, мужчина.
— Мы шли сюда каждый отдельно от других… — начала, к моему большому удивлению, именно эта девчушка. Назвать её взрослой — просто язык не поворачивался, так молодо и юнно она выглядела, и внешне, и на лицо, а, тем более, своей хрупкой фигуркой.
