— Доброго дня, Командир, — начал он с приветствия, как человек вежливый и воспитанный. — Ну что, у нас с вами практически всё получилось — сеть работает на очень неплохом уровне.

— А подробнее можно?

— Конечно. Значит тогда я начну с самого основного — с сервера.

— А что с ним такого?

— В принципе — ничего плохого нет. Но вот скорости работы маловато — когда мы час назад ради тестировки подключили к нему всю ту технику, что есть на руках у жителей, то время ответа на вопрос увеличилось примерно на пятнадцать-семнадцать процентов.

— Ну так это же капля в море? Разве нет?

— Так мы ведь включили всего сотню потребителей. А если сразу все войдут в сеть? Что тогда?

— И на сколько минут это замедление выйдет?

— Что вы? Какие минуты? Тут время измеряется в миллисекундах.

— Ну так плюнь на такую мелочь — смысл с ней заморачиваться?

— Мелочь-то она мелочь, да. Но если все станут смотреть разные фильмы или слушать концерты, то могут быть неприятные паузы и задержки.

— Так что ты от меня хочешь?

— Как минимум — оборудование ещё для одной стойки, а лучше сразу для двух.

— И зачем нам их так много?

— Это не только для быстродействия, но и для скачкообразного увеличения объеёма внутренней памяти — я ведь правильно понимаю, что у вас есть желание иметь у нас и «Вику», и сетевые библиотеки, и максимального объема фильмотеки с разными концертами, и, конечно, обучающий сектор. Ведь это верно?

— Ну? Ты прав. Есть такие мысли. Правда, не всё сразу — постепенно, но хочется иметь у себя и научную и культурную память всей Земли, тем более, как можно её больше.

— Вот ради этого и нужно расширятся с самого начала, чтобы чуть позже не пороть горячку.

— Ты в этом так уверен?

— Конечно! Мои два последних места работы, там, дома, были связаны именно с установкой и наладкой интернета локального типа. Ну, вроде того, что вы запланировали устроить тут. И там, и там, вышло одно и тоже — хозяева вначале поскупились, не преобретя то, что мы им рекомендовали. У одного был конструкторско-строительный отдел, и он в категорической форме потребовал, чтобы внутренняя сеть была изолирована от внешней. А так как в офисе сидело больше трех десятков специалистов, которые все свои задумки хотели сохранять на будущее, то сервер начал тупить уже через месяц. Так что подобный опыт у меня есть.

— Ладно. Уговорил. С тебя список — что нужно заказывать. И завтра же оно у тебя будет.

— Тут есть ещё одно дело…

— Что такое?

— Так как у нас с электроенергией нет стабильности…

— Пока нет. Но уже скоро поставим ещё пару водяных генераторов.

— И все равно. Для резерва обязательно, даже в том случае, нужны аккумуляторы — и чтобы их нам хвалило минимум на полсуток. Вдруг чего — а мы не успеем сохранить информацию.

— Ладно. С этим я тоже согласна — внеси и их в свой список для заказа. Это всё?

— Да.

— А у меня — нет! Вот ты доложился о работе центрального узла, о многих его проблемах. Но ни слова я не услышла о том, какой объём работ был сделан в помещениях?

— Простите. Вылетело из головы. Основная магистраль проложена везде, а вот разводку покомнатно не доделали — где-то четверть подключений ещё осталась. Если успеем, то сегодня к отбою добьем и это. Но, всё равно — в них всех модемы и роутеры установить по любому не сможем. Там с ними работы чуть побольше, и намного.

— Ну, по крайней мере, хоть завтра всё будет готово?

— Конечно. Для этого все необходимое вы взяли уже сегодня, так что на нас осталась только монтажная работа.

— Хорошо. Тогда у меня остался только один вопрос. Откуда ты, латыш, так хорошо знаешь русский? И не просто разговорный, но и жаргонный язык?

— А я-то думал… Решил уже, что вы меня в чём-то подозреваете. Серьёзном. Тут все очень просто. Оба деда прожили практически всю жизнь при том строе, и вернулись на родину уже в самом конце девяностых — работая всю жизнь не в Прибалтике, а на предприятиях и в Сибири, и на Урале. И, хотя, они вернулись на историческую родину, но её порядки так и не приняли. Да и родители тоже не очень праздновали и признавали все эти их «изменения». Так что я воспитывался в чисто русскоговорящей среде, и истерику наших политиков о том, что «Россия их оккупировала в свое время, и творили потом разные гадости», совсем не поддерживаю…

Очень интересным вышел разговор с парнем. Оказывается и там, среди так яро ненавидящих нас прибалтов, встречаются нормальные и адекватные люди. Есть и что обдумать, и решить, что с их народом делать дальше. Ну это если их представители к нам ещё попадут. А, пока что, у меня на носу вернувшиеся из рейда в сторону Юга наши поисковики со своим докладом — Исабэль уже мне отчиталась, что они прошли в столовую. И экипажи явились не сами, а привезли с собой очередное пополнение. Но кого именно — мужчин или женщин, вот этого она не разглядела.

Интересно, что нового они нашли в своем рейде? И кого же преподнесла нам в это раз судьба-злодейка? Или в этот день на нас с Неба смотрела сама Богиня Удачи? Кто же его знает, или скажет, до того, как мы познакомимся с ними? Так что мне остается только одно — ожидание. Хотя, как и понятно, довольно краткое — все экипажи гарантировано устали, и, по любому, захотят как можно быстрее смытся отдыхать, сдав новичков мне на растерзание. Но не тут-то было, поняла я, как только увидела входящих в кабинет. Неизвестно, совсем не известно — кто и кого сегодня будет терзать. Я — их? Или они — меня?

— Командир, разрешитедоложить, — четко, по-военному, обратился ко мне старший рейд-групы, состоявшей из экипажей трёх парусных шлюпок. То есть, вошло их в кабинет девять человек, и толпа из двенадцати новеньких, сразу культурно построившихся чуть в стороне, у стены, в шеренгу, — выход прошел успешно. Посетили Скандинавию, провели очередной договорной обмен наших продуктов на их швейное оборудование. Но подходить к ним теперь очень даже сложно — там весь северо-восточный, песчаный берег, забит огромными крокодилами. У нас сложилось такое ощущение, что их там, минимум с полсотни — с виду не пляж, а сплошной ковёр из бронированных спин.

— Предсказанные ранее соседями дейнозухи появились массово в одном месте?

— Вот именно. Пришлось обходить остров по кругу, пока смогли найти подходящее место для высадки. Там только на западной его части есть, более или менее, удачное место — а так, почти везде, или подводно-надводные скалы в море, или пляжики с броне-тушами.

— Понятно. Что ничего не понятно. Ты как? Вначале полностью доложишся, а потом познакомишь с пополнением? Или они пусть погуляют пока, вместе с твоими парнями?

— Не выйдет ни то, ни это. Так как все три наши судна шли своими маршрутами, то и сведения у каждого из нас свои, в основном. А новички уже ранее, на ужине, изъявляли своё желание послушать данные о нашем походе более подробно. Ну, это если можно.

— Всё можно. И всё возможно. Так как разговор явно будет не минутный, смотайтесь в столовую за дополнительными стульями — не стоять же на ногах всем вам это время.

— Как-то оно не слишком удобно — подчиненным при руководстве и сидеть?

— Не удобно — стоя и на потолке. А при первом знакомстве для нас будет все нормально…

— Всем места хватило? Вижу — что да. Так что доклад можно продолжить, только прошу, сильно мыслями не растекаться — очень подробненько все, но кратко. Я внимательно вас всех слушаю.

— По итогам разговора со старшим на Скандинавии всплыли не очень приятные новости. Но только для них. Во-первых, обменного фонда там осталось всего на три, максимум, четыре раза — всё то оборудование, которое с ними попало сюда, уже вполне успешно заканчивается, и он немного в шоке.