И ведь дали мне тогда две шикарные охранные установки с тепловизором и видеокамерой, ПЕРГАМ РТР-300М/420М/690M/850М. При этом своего, Российского производства, с предельной дальностью обнаружения живого человека в девятнадцать километров, а уже машины или человеческой группы, ну или лодки-катера с экипажем - в целых двадцать пять. Правда, наши парни-техники под руководством Деда за ночь измучились в доску, но ко времени смогли сделать всё что нужно, хоть и по самому минимуму. И теперь, и Федор и Санал, каждый у себя, могли спокойно наблюдать, как почти ни о чем не подозревающие кавказоиды тихо-тихо подкрадывались к нашим берегам. Чего так, отчего смогли? Ну, мы здраво рассудив, установили излучающие узлы этих приборов на самой оконечности мысов, охватывающих своими объятьями обе эти бухты. А почему почти? Я так думаю, что на какой-то отпор от жертвы их нападения они все равно рассчитывали и явно его опасались. Ведь недаром же шли практически в темноте и с уже готовым к применению оружием в своих руках.

И вот, очень неожиданно, все наши отряды чуть вздернула моя команда:

- Пулеметы и автоматы* применять только в самых критических ситуациях – и стараться при этом чужой транспорт сильно уж не уродовать, ведь он нам и самим потом ещё пригодится. При этом стараться их валить так, чтобы и оружие не утонуло. Ну что, парни? Справимся? Тогда - с Богом! Удачи нам всем, - так, уже в конце, практически перед самой атакой напутствовала я всех наших защитников.

( * примечание от автора: Понимаю, что ревнители чистоты и правдоподобности будут петь песень о несоответствии названия чисто автомата с промежуточным патроном и ПП с пистолетным. Но в обычном разговоре между собой все обычно называют и то и то именно автоматом.)

Не следует начинать сражение или войну,

если нет уверенности, что при победе

выиграешь больше, чем потеряешь при

поражении. Те, кто домогается малых

выгод ценой большой опасности,

подобны рыболову, который удит рыбу

на золотой крючок: оторвись крючок -

никакая добыча не возместит потери.

Древнеримский император Октавиан Август

Как ведь правильно древние считали-то! Конечно не все, а самые-самые из них умные да опытные, но всё же такие среди них были. Вот и сегодня, две группы заклятых «друзей-товарищей» приходили к нам в гости, скорее всего даже и не подозревая об этом, очень старом, но до сих под действенном предупреждении. И все они получили по заслугам. Ибо, как говорится:

- Обидели? И при этом не заслуженно? Ну тогда пойди и заслужи!

Хоть мои парни из ополчения и готовились заранее к этому налету, и рыли по берегам стрелковые ячейки - как мне позже назвали все эти углубления, но совсем без крови и потерь с нашей стороны не обошлось. Очень уж умно построили свой налет, обнаглевшие ещё на Земле и нохчи, и все остальные жители прекрасного по своей сути Кавказа, из которых и были набраны эти бойцы, то есть – бандиты с большой дороги.

В первую, чисто лобовую атаку вышло четыре большие стеклопластиковые лодки, поровну на два наших направления, и в каждой из них было всего по одному гребцу - они шли тихо, только на веслах, и несли ещё по два стрелка. Один из них был с автоматом, тот что ПП, а у второго, как мы уже потом узнали, имелась при себе магазинная винтовка. А гребцу был доверен дробовик – он шел ему и для самозащиты, и для возможной поддержки напарников, что, до поры до времени, был у того за спиной. Ну и у каждого при себе имелись пистолеты, точнее револьверы.

Ещё к той позиции, где командовал Санал, выдвинулась плавающая громадина с торчащей прямо вверх чуть дымящейся трубой, мы уже потом определили, что было это за «чудо», и встала в море дальше от первой группы примерно метров на сто, сто пятьдесят. В ней, кроме самого гребца, что с огромным трудом держал её веслами на одном месте, постоянно работая ими, было ещё трое стрелков с магазинками, потом снайпер, и командир с самозарядкой. Вот этот-то доморощенный стрелок и снял единственного у нас погибшего, да плюс троих ранил, пока ему самому Сергей не влепил из Barret пулю прямо в лоб.

И, как только обе группы, что мы, что они, вошли в клинч постоянной перестрелки с расстояния в сто пятьдесят - двести метров, с разных сторон, и к нам и к Сандикову, практически вдоль самого берегового обреза проскочило еще два весельных катера. Почему я так на них говорю? Но ведь не назовешь лодкой судно катерных очертаний, верно? Это как кроссовый мотоцикл обозвать скутером. И их экипажи открыли слаженный огонь из трех быстрых практически бесшумных, тихих стволов, вот они и дали нам больше всего раненых. У Дома было двое тяжелых и трое легких, которые уже к вечеру начали сами мало-мало двигаться, а на позиции у Марко, где им оборону помогало держать ополчение под командованием Санала - было немного хуже. Легких, но которых все равно пришлось определять хоть всего и на пару дней в постель, было четверо, к ним трое ходячих и пара тяжелых.

Но, не смотря на все это, мои подчиненные смогли отразить атаку, столь неожиданную и хорошо продуманную и по подготовке участников, и по их снаряжению, да и по ярости в штурме. Как именно смогли? Не просто ведя огонь по площадям, как противник, а старательно целясь, и отстреливая насмерть только тех, кто даже в такой сложной обстановке нес наибольшую нам угрозу. И, как оказалось после осмотра трофеев, все они выполнили мою просьбу-приказ об плавсредствах налетчиков – они все были целы.

И вот тут я и поняла разницу в ведении боя как чисто на суше, так и при атаке на готовый к этому гарнизон острова. То есть: как, какие могут быть трудности у штурмующих с моря неподвижную твердыню. И это озарение мне очень пригодилось чуть позже – когда мы с имеющимися в сообществе офицерами и сержантами разрабатывали основы создания своих вооруженных сил.

Когда я к обеду заглянула в коридор, что вел к операционке, док Венедикт сидел, отдыхая на стуле прямо в коридоре, а Илга старательно промакивала ему лоб и лицо - он видно совсем запарился. Только потом я узнала, что всеми легкими занималась Гизела, искала и вынимала из тела пули, чистила-штопала, частично бинтовала, отправляя тех, у кого дела были попроще, прямо в палату на перевязку. И уже её делали даже не медсестры, а обычные наши девочки – так как все мало-мальски обученные специалисты вились вокруг двух операционных столов, у каких все это время священнодействовал Венедикт. Но невосполнимая потеря у нас, на счастье, так и осталась одна - тридцати летний мужчина из Кинешмы, успевший только две ночи провести в нормальных человеческих условиях на просторах Проекта. Но, всё же, ущерб был - четыре наших человека выпали из общей жизни минимум на месяц, и очень хорошо, что мы хоть так отделались.

Потом уже, после завершения свалки, конвоирования в одну из комнат подвала, превращенную во временную тюрьму, под замок пленных - которых оказалось даже больше, чем мы могли ожидать. Видя тот шквал огня, что был обрушен на наш пустой берег, и тот, что мы выдали в ответку. И сбор с полным раздеванием трупов, естественно вражеских. Уже в мастерской, старательно разбирая свежее трофейное оружие, наш Ромусь высказал свое мнение:

- Ну и сука был их амир! Ведь, по сути своей – он был обычным заурядным бандитом с проезжей дороги, но вот чего у него теперь не отнять, так это того, что он вооружил всех отменно - стволы были унифицированы, то есть, одинаковые у всех. И именно это и даёт и простоту в поставках боеприпасов, и в его обслуживании, и все они содержались просто в отличном состоянии. Самое интересное, это то, что всё оно, имевшееся у них на вооружении, было оружием только английского производства, начала-середины прошлого века. Вот смотрите: