Ну а зарубежные, так там ещё и от перевода многое зависит — порой такое авто-переводчики наворотят, хоть стой, хоть падай. Для тебя-то они все пока неизвестны. Вряд ли что-то из тех авторов прочтёшь уже. Но, если, и вправду заинтересуешься — будем Кота просить заказать кое-что из них через поставку. Веса там в тех книгах, как правило, обычно немного, а пользы может принести нам немеряно, и не только нам с тобой двоим, может и ещё кто-то к обучению подключится. Поэтому, просто сразу поверь мне — пока на слово. Кто-то из них, тех авторов, говорит о обтекании противника, как будто водой, кто-то о предупреждении атаки, кто-то и о том, чтобы сразу быть и бить всегда первым. Атаковать, проще говоря, не дожидаясь нападения противника на тебя.

Пока понятно? Киваешь? Слушай дальше.

Всё это хорошо, конечно, и, даже, может быть применено в обычной жизни, но тут не учитывается одно очень важное обстоятельство. Главное, между прочим! Индивидуальность каждого боя и неповторимость каждого человека. Есть даже анекдот по этому поводу: «Спросили рукопашников разной степени подготовки о том, как они будут защищаться от удара ногой в пах. В пах — это вот сюда, — я показал. — Начинающий сказал так: — поставлю блок. Продвинутый: — проведу удар на опережение. Мастер же сказал: А ничего делать не буду! Просто, подожму яйца. Пускай ногу себе ломает!»

И, посему, мы с тобой начнем наши тренировки с простейшего. Самая простейшая тактика защиты, по моему скромному мнению, звучит просто: бьют тебя рукой — отшиби эту руку, бьют тебя ногой — отшиби ту ногу. Напрочь! Без сомнений! Всё просто, жестко и эффективно. Тебе пока понятно что я говорю?

— Понятно, Учитель. А атака?

— Так с этим и ещё проще! Как говорилось в одном фильме, популярном во время моей молодости: «Противник не может биться, если не может видеть, дышать, стоять.» Так что вышиби ему это и переходи к другому противнику. Но всё одно — смотри и за ним, вдруг поднимется и очухается. Тогда надо добить. Да вообще за всеми надо следить. Проще говоря — постоянно держать в поле зрения максимальное количество противника, вставать так, чтобы тебе видно были всех и никто из них никогда не подобрался сзади. Впрочем, это-то ты умеешь лучше меня. Как-никак ты вырос не в тепличных городских местах, как я, а в практически дикой природе.

— Ну не настолько уж дикой, а в деревне, но да, наша африканская — и ваша школа борьбы сильно отличаются. Это я уже понял. Видел я в вашей стране совсем немного, мало там был, но какое-то смутное представление имею. И вот у меня ещё вопрос — есть ли такой удар, главный, которым можно победить в любой драке, сразу?

— Ха! Хороший вопрос, правильный! Не будь ты моим учеником — за ответ заставил бы раскошелится, но тебе «по секрету» скажу. Авось и пригодится! Да, есть такой удар. Не важно ЧЕМ ты его нанесешь, рукой, ногой или ещё чем-то — абсолютно не важно. Неважно КУДА ты его нанесешь — в голову, по ногам или ещё куда. Главное, чтобы удар отвечал четырём требованиям одновременно: нанесён с достаточной силой, достаточной скоростью, в нужное время и в нужное место.

— А…???

— А остальное — ты сам, Мумбай. Дойдёшь постепенно. Ладно, хватит отдыхать. Смотри…

Вот такой у нас разговор состоялся недавно. Упросил меня наш «абитуриент» Мумбай научить его нашим приёмам. И не только им, но и всему тому, что сам знаю. Теперь, как только где на берег высаживаемся, после осмотра ближайших окрестностей — небольшой спарринг проводим перед обратной посадкой на лодки. Если условия позволяют, конечно. Так-то прекрасно понимаем, что в рейде отвлекаться от основной задачи не просто нельзя, но и очень опасно может быть… Всем! Не только нам, всей группе. Но очень же хочется! Не в ущерб же основному делу? Вот! Зато в тонусе мы с ним постоянно. И, при том, оба бодрее и веселее себя чувствуем.

Ещё вчера утром на Доме уже и начали спарринги-тренировки. И на островах Полундре и Мумбе снова их продолжили, а вот на Багаме совсем как-то не до того нам было. Не успели, других дел хватило. Осмотрели мы его, конечно, же тоже наскоро, как им предшествующие ему, но, зато, весь. И сразу же поняли что нет там ничего нам полезного, да и не нашли на нём никого, потому и на Зеланд далее уже прямым ходом двинули. Они ж там практически совсем рядом расположены, кучно, не россыпью. С одного, любого из них — и все другие видать. Единственное, следы того, что кто-то точно побывал на нём недавно — видели. Но, чтобы те люди покидали остров в спешке — такое не заметно, скорее вдумчиво всё прибрали за собой и вывезли. А на большом и, условно безопасном, Зеланде мы ещё раз себе тренировку устроили. Вот перед самым закатом там, как раз, и сошлись.

Всё ведь постоянной практикой закрепляется. Вот мы её и практикуем. Как уж можем и где получится. Николай с Халилом на нас поначалу как на двух отмороженных дебилов смотрели, которым больше и делать нечего. Смеялись над нами: «вот, мол, пар и выпускают, силы напрасно тратя». Мы объяснили как могли, что не не просто наша дурь это, а обмен полезным опытом. И тренировки. Теорию мы во время движения обсуждаем, времени хватает, и по сторонам смотреть, и обучаться, а такой вот практический опыт только постоянными тренировками и приобретается. Потому наши ребята понемногу что-то даже подсказывать стали, каждый за «свою команду болеет» — Николай, понятное дело, больше за Мумбая, а Халил, получается, за меня. Раз уж мы с ним в эту группу практически одновременно приняты. Забыл и не вспоминает, что я на него ружьё наставлял. ну и я забыл… Да нормальный он мужик, просто не сориентировался вовремя, вот и всё.

Вообще-то совершенно неожиданно получилось так, что Мумбай у нас сразу у всех, у всей нашей команды поисковиков, ученик, ну, и вдобавок, ещё и младший по возрасту, конечно же. Вот и учим… Кто как может. Николай ему как старший уважаемый Наставник с самого начала, как они тут встретились, они сами друг друга «выбрали», я ему тренер-наставник — как учитель по рукопашке, ну а Халила он как хаджи и хорошо их Коран знающего уважает. Типа, духовный наставник или как-то так. Не спросил как это по ихнему, зачем мне?

Странно, конечно: вот у нас, православных, если кто-то к святым местам съездил, сподобился — это лишь его личное дело, какой-то там особой святости и дополнительного уважения это человеку всё это ну ничуть не добавляет. Съездил и ладно. Зато у них, у мусульман, чутка по-другому устроено. Ладно, уж это-то точно не моё это дело. Живут себе и живут, верят по-своему и верят. Главное, чтоб нам их своей веры и своих религиозных обычаев не пытались насильно навязывать. А для себя, повторюсь — их дело, пусть. Это про кому как и во что одеваться, когда что делать и как… вплоть до того, какой рукой умываться и что в какой последовательности мыть. Кому как удобно и привычнее — да и всё! А работать в коллективе и жить рядом с теми, кто верит во что-то другое — мне особо и не мешает. Помотался я по дальним командировкам, каких только людей там не встречал, со всеми ж уживались. Ну, почти… Ну да, иному особо буйному и гонористому, кто слишком уж сильно выпендривается, по морде раз-другой съездишь, если слишком уж коллективу мешает, да и всё! Опять мир и тишина.

Ну а с Мумбайкой — всё и ещё того проще. Он наш подопечный, а мы ему обучающие. Так что все мы ему что-то подсказываем, учим, наставляем, кто как и чему может. И непременно русскому языку ещё. Даже Халил. Не без пользы, надо сказать — охотно этот чёрный парень всё хорошее перенимает и впитывает. Как губка. И не только хорошее… Наши незлобные матерки — быстрее всего запомнил, хотя применяет их не всегда ещё удачно и к месту. Тем оно и забавно.

Потом уже, когда Юджина нашли, тот, поначалу, не знал за кого ему болеть, просто подначивал обе стороны, хотя сидел-то, пока везли, он до большого острова именно в нашей лодке. Но, зато уж, как на Зеланд прибыл, вскоре «получил» в рыло своё и на время заткнулся. Расстроился, переживает — ну как же так, он же вроде бы за негра и его «права» заступался, а на деле от него же по мордасам и схлопотал. И вот куда его политкорректность после того делась? ХЗ! Такие слова начал изрыгать, пришлось и мне ему слегка добавить, чтобы заткнулся, и не усугублял. Ещё и словами его добил: «мол, если не заглохнет ругательства изрыгать — только хуже себе сделает.» Ну это если без матов перевести…