Кирилл вскинул голову, посмотрел мутным взглядом на тощую бабу в спортивном костюме. Судя по лицу, женщина в этой жизни любила две вещи — крепкие напитки и когда ее бьют по лицу.

— Н… Нет, — промычал Кирилл.

— А вы тут один? Может, угостите даму?

«Дама» плюхнулась рядом на скамейку, начала рассказывать, как хочется в этот холодный вечер крепкого мужского плеча…

Кирилл схватил ее ладонь, проникшую в карман его куртки, сжал так, что хрустнули кости. Он не собирался вредить пьянчуге, просто не рассчитал силу. Баба ойкнула и глухо завыла.

— Еще звук, я тебе голову проломлю. Пошла отсюда.

Баба действительно замолчала и шатаясь, быстро ушла. Кирилл ругал себя последними словами. Плохой из него диверсант. Нужно было отыгрывать роль до конца! Вдруг, поднимет шум? Плевать. Если у Алисы все получится…

Отчетливо запахло кислым, резким. Кирилл, обмирая, медленно повернулся. Вся недлинная улица за его спиной была затянута густым туманом. Хлопали двери, из баров и забегаловок выскакивали люди, стихала музыка.

— Ну, давайте, уроды… — шептал Кирилл.

И они дали. С каждой секундой центр стаба затапливала паника. Крики, ругань, пьяные вопли, звякнуло разбитое кем-то стекло.

Кирилл встал и быстро пошел к тюрьме. Яркое в центре и плохое на окраинах освещение, сыграло с обитателями стаба злую штуку. Там, где сейчас зарождалась паникующая толпа, туман был виден особенно отчетливо. Наверное, если бы туман появился днем всего на паре квадратных метров и пах кислым, их затея все равно бы сработала, слишком велик в иммунных страх перед перезагрузкой кластера.

Когда Кирилл подошел к тюрьме, дверь открылась и наружу выскочили трое охранников.

— Вечер в радость. Я тут корешу передачку принес…

— Что там⁈ — один из них указал на улицу, затянутую туманом.

— А? — тупо переспросил Кирилл, посмотрел назад. — Сука! Туман, перезагрузка! А я еще думаю — чего так кислятиной несет!

Охранники выругались и побежала в центр. За ними сунулся четвертый, Скин, но ему грубо приказали оставаться в тюрьме.

— Слышь, там же кореш мой! — причитал Кирилл. — Отпусти его, будь человеком! Сейчас всех накроет!

Скин смотрел то на Кирилла, то на туман, на лице паника.

— Ты на приколе⁈ Без приказа не могу!

— Да какой приказ! Тебя вон, свои кинули! Ну отпусти кореша, прошу!

— А здесь почему тумана нет? Может, это лажа!

— Значит, придет и сюда! Это кисляк, зуб даю! Во, чуешь?

Очередной порыв ветра принес резкий кислых запах.

— Не мороси, разберутся! — не очень уверенно ответил Скин. — Кисляк немного по-другому пахнет, нет? А если порожняк? Меня потом растянут! Если реально кипиш — выпущу твоего кореша.

— Так ключи же у них! — Кирилл указал вслед скрывшимся охранникам.

— С хера ли? У меня…

— Ну тогда хотя бы передай жрачку, — Кирилл сунул оторопевшему Скину сверток, а затем два раза ударил в область сердца и толкнул внутрь тюрьмы.

Скин грохнулся на пол, попытался встать, но руки подломились и он, конвульсивно дергаясь, закатил глаза. Кирилл снял с него короткоствольный автомат, распихал по карманам магазины и чуть не забыв ключи, кинулся на второй этаж.

Ник лежал на койке, сложив руки за головой и равнодушно смотря в потолок. Повернулся на звук шагов и оторопел.

— Кир⁉

— Слышь, начальник, че там за… — начал было Гиря, но заткнулся, рассмотрев Кирилла.

— Берем сектанта и валим!

Кирилл открыл камеру Рамова, затем камеру сектанта. Тот сидел на полу, обхватив колени и равнодушно смотрел в одну точку.

— Эй! — Кирилл потряс его. — Я — друг Диониса! Надо уходить! Или тебе тут понравилось⁈

Ноль реакции. Кирилл чуть не взвыл.

— Очнись, падла! Ты жить хочешь?

— Кир… Я пытался с ним говорить…

— Вы попадаете в стаб через черноту, выращиваете там кроликов, которых так любит Агнис! А ухаживает за ними хрен, которому она каждый день обнуляет память!

— Уже нет, Кварк прощен, — неожиданно ответил сектант и вскочил на ноги.

— Валим! — рявкнул Ник.

Уже на выходе Кирилл обернулся, посмотрел на Гирю, который пялился широко раскрытыми глазами. Кирилл выхватил пистолет с глушителем и выстрелил ему в голову.

— Зачем? А… — Ник махнул рукой.

— Нас не должны связать с сектантами, он все слышал.

— А то, что мы сектанта с собой забрали, ничего?

Кирилл сжал зубы и отдал пистолет Рамову. Они выбежали на улицу и сразу бросились в кусты, за полуразрушенный дом, и побежали к мастерской, двигаясь параллельно главной улице.

— Там туман⁈ Где Алиса?

— Она его и создает, нагревает воду в лужах. Я разлил в них по пути уксусную кислоту.

Со стороны въезда в стаб слышались автомобильные сигналы, крики, рев моторов. Кирилл очень надеялся, что хватит времени уйти с толпой.

Кирилл посмотрел на часы. С момента, как он ударил Скина ножом и кинулся освобождать Ника с сектантом, прошло две минуты. Очень мало, для такого дилетанта в диверсиях как он, и чудовищно много для настоящих профессионалов.

Броневик Кирилл оставил метрах в ста от мастерской, в глухом углу. Знаком приказал всем остановиться и засесть в укрытии. Сюда почти не долетал свет от фонаря мастерской, но Кирилл зрением кваза видел все очень хорошо.

Возле броневика возился какой-то хмырь. Зло дергал дверные ручки, щупал под крыльями машины, искал секретки. Кирилл подумал, что хмырь вряд ли один. Так и оказалось. Второй стоят в стороне под домом и вертел башкой.

Кирилл молча попросил у Ника пистолет с глушителем, отдал ему автомат и крадучись пошел к джипу. Прицелился и быстрой двойкой выстрелил в голову тому, что возился возле машины, перевел прицел на второго, начал палить в корпус. Противник дернулся, но не упал и побежал вдоль дома. Кирилл сместил линию огня, посылая пули ему в ноги. Тот громко закричал и грохнулся.

Кирилл подбежал и увидел на воре легкий бронежилет, выстрелил в голову. Затем связался по рации с Алисой и сказал, чтобы бежала на точку сбора.

Кирилл вернулся к броневику, нажал на кнопку пульта и двери разблокировались. Рамов сразу полез за руль. Сектант наклонился над первым трупом, потянулся за его автоматом. Кириллу очень не хотелось доверять сектанту оружие. Он вроде бы ни их стороне, но что будет вне стаба? Кто знает, что в голове фанатика…

Когда сектант выпрямился, увидел направленный на него автомат.

— Ты же не выстрелишь в спину?

— Зачем вы меня спасали, если не доверяете?

— Это не ответ.

— Нет. Зачем?

Кирилл убрал оружие.

— Ты правда друг Диониса?

— Да. И Агнис. Они несколько раз мне очень помогли.

Послышался звук торопливых шагов. Алиса.

— Как ты⁈ — Кирилл видел, что лицо девушки очень бледное, осунувшееся, словно она голодала как минимум неделю. Губы подрагивали, рука в чем-то темном. — Твоя кровь?

— Нет… Кирилл, туман сейчас пропадет. Но они что-то поняли, и никого не выпускают из стаба. И я видела, как в сторону тюрьмы бежала охрана.

— Нужно бросать броневик, — решил Ник. — Смешаться с толпой, попробовать…

— Самоубийство, — сказал сектант. — Это 12,7? — спросил он, указывая на пулемет.

— Ну, — подтвердил Кирилл. — Но всех мы не перестреляем!

— А вот стену — пробьем, — пояснил сектант. — В дальней стороне я видел кирпичные секции.

— В машину! — скомандовал Кирилл.

Ник нацепил ПНВ и утопил газ. Двигатель взревел, броневик понесся по разбитой и колдобистой дороге.

Кирилл хотел встать за пулемет, но его остановил сектант.

— Я был стрелком-оператором БМП.

— А в темноте видишь?

Сектант покачал головой.

— Когда скажу, тормози! — попросил Кирилл Ника, и занял пулемет.

Едва в просвете домов и деревьев показалась вышка, Кирилл скомандовал «Стоп!» и дал короткую очередь. Листы метала, огораживающие площадку на вышке, не могли сдержать крупнокалиберные пули. Неизвестно, были ли там караульные или поддались общей панике, побежали к выходу из стаба, но теперь их пулемет не страшен.