— Что за хрень происходит? Там же бомбить нечего! — возмутился Кирилл. Перспектива ехать окольным путем не радовала. — Столько снарядов перевели… Ник, сколько их в одном залпе?

— Не знаю, — бесцветно ответил Рамов. — У всех по-разному. Но догадываюсь, кто стреляет. Кто в Стиксе самый щедрый на расход тяжелого вооружения, техники?

— Внешники? — догадалась Алиса.

— Наверное. А может и нет. День рождение у какого-то царька из стаба, вот и устроили салют.

Все трое задумались. Спустя полгода в Стиксе подобная мысль уже не казалась абсурдной.

Алиса взялась за карту, Кирилл глазел по сторонам, готовый встать за пулемет. Порядком рассвело, броневик ехал по проселочным дорогам, разрывая одеяло из тумана и сырости. Когда начали попадаться слаборазвитые зараженные, Кирилл им чуть ли не обрадовался. Старые знакомые. Без них было хорошо последние сутки на болоте и в лагере, но непривычно.

Броневик вывалился с поля на асфальтированную многополосную трассу. Справа метров через двести дорога круто изгибалась, поднималась вверх и превращалась в развилку, у которой два из трех путей никуда не вели — бетонные полотна словно обрезаны гигантским всепроникающим лезвием. Дорога налево вела к окраине какого-то города или поселка — серел высокий панельный дом, под ним несколько пятиэтажек, супермаркет с громадной вывеской.

Что-то странное было в этой картине. Кирилл присмотрелся и понял, что город ненастоящий. Это его крошечная часть, сразу за домами начинался густой сосновый лес, а дорога стыковалась с какой-то грунтовкой. А еще там были зараженные, они прыгали вокруг фонарного столба, глупо пытались взобраться на него, крутились и бесновались. И вовсе не от помешательства — метрах в трех от земли на столбе висел человек. Живой, пока что. И висел, судя по всему, давно и устал — он медленно, но неотвратимо сползал, затем снова карабкался вверх, тем самым привлекая внимание зараженных и не давая им заскучать, забыть о человеке и разбрестись.

— Поможем? — спросила Алиса.

— Надо, — согласился Кирилл. — Ник, давай чуть ближе, я их издалека…

Рамов нажал на газ, броневик помчался к столбу.

— Ты что делаешь⁈

Ник не ответил, чуть сбросил скорость, выровнял машину и врезался мощным бампером в толпу зараженных. Броневик тряхнуло, Ник резко остановил машину. На капот упал чей-то ботинок, улетевший далеко вверх в момент удара.

Трое зараженных уцелели, кусачи или матерые бегуны. Одежды почти нет, морды сильно измененные, неприятные. Кирилл хотел открыть дверь и упокоить тварей, но тут на крышу приземлилось что-то массивное.

— Ходу! — крикнул спасенный и заколотил рукой по металлу.

Упрашивать Рамова не пришлось, броневик помчался дальше, подпрыгивая на телах мертвых зараженных.

— Зачем ты поехал их давить? — спросил Кирилл.

— Захотелось, — ответил Рамов. — Почему нет?

— А предупредить не мог? Сейчас ты молча зараженных сбиваешь, а потом что, молча в дерево или столб въедешь?

Рамов не ответил. Они оставили этот недокластер позади и въехали в лес. Едва углубились на пару сотен метров, Ник затормозил. Не очень резко, но сидящему на крыше хватило. Спасенный съехал на капот и шмякнулся в высокую мокрую траву, но тут же резво вскочил. Кирилл видел, что тот, заметив Алису, сразу заулыбался, успокоился. Вовсе не потому, что воспылал к ней чувствами. Просто присутствие девушки, тем более с оружием, а не пленницы, многих невольно расслабляло. И зря.

Кирилл и Ник вышли из машины, уставились нехорошими взглядами. Алиса не отставала, приоткрыла дверь и ненавязчиво направила в сторону незнакомца оружие. Ее лицо тоже не светилось дружелюбием. Спасенный перестал скалиться, радости у него поубавилось.

— Эта, спасибо, муж… — он осекся. Многие иммунные почему-то перенимали блатные замашки, и слово «мужики» могло их обидеть. Точнее, «огорчить», ибо обиженных… короче, делают с ними обидные вещи. — Спасибо, что выручили.

— Убери автомат, — потребовал Кирилл.

— Нечем стрелять! — он отсоединил магазин, показал его пустую горловину, дернул затвор. — Иначе я бы там не висел, как…

На вид спасенному было лет тридцать. Невысокого роста, субтильный. Простое округлое лицо, заметные залысины. Звали его Соленый. Амуниция достаточно бедная, бронежилета нет.

— Как же так? — спросил Кирилл.

— Да… Отбился от своих. Ночью пришел кто-то большой и голодный, я не успел даже рюкзак надеть, пришлось бежать. На шум много тварей пришло, расстрелял все патроны. Оставил полмагазина, но потом и их пришлось потратить. Короче, я вам должен. Есть десятка споранов, больше ничего ценного. А вы, случайно, не в сторону Лягушатника едете?..

— Оставь себе, — решил Кирилл. — Хотя нет… Продадим за них патроны. Какой у тебя калибр?

— 5,45×39… — растерянно ответил Соленый, перешагнул с ноги на ногу, покосился на большой и внушительный броневик.

— Извини, с собой не возьмем. Нас вчера «свой» чуть внешникам не сдал.

— Вот сука! — искренне возмутился Соленый.

— У вас что, не была обговорена точка сбора на случай, если разделитесь? — поинтересовался Кирилл.

— Та какое там… Мы приехали продуктовую базу мародерить, а там уже был другой отряд. Жрачки бы на всех хватило, но нашему старшему, мудаку редкостному, было мало. Начал грузить командира чужих, типа это наша точка, пусть платит, иначе он его прямо тут разложит и полюбит крепкой мужской любовью. Его свои же дружки пытались успокоить, но командир чужих ему голову оторвал.

— Руками? — не поверил Кирилл.

— Почти. Пальцем вот так по воздуху провел, и голова упала. Началась пальба, я и еще трое убежали. Я — грузчик, ишак, мне эти разборки нахрен не нужны. Решили переждать ночь, а дальше я уже рассказывал.

— Ваш старший, что, дебил?

— Хуже! — Соленый зло сплюнул. — Вообще неадекват. Говорили, это из-за бабы, рога ему наставила.

— Отряд снабжения, неадекват, неверная женщина… — пробормотал Кирилл. — Как его звали?

— Лом.

— Будь добр, отойти к тому дереву и держи руки на виду.

— Вы чего? — Соленый покраснел, забеспокоился.

— Нам поговорить надо. Иди.

Соленый послушался.

— Все слышали? — спросил Кирилл Ника и Алису. — Против Лома все-таки нашелся прием! — хохотнул он. — Можно спокойно ехать в Лягушатник! Лучше такой стаб, чем на диких кластерах выживать.

— А что с этим? — Алиса кивнула в сторону Соленого.

Кирилл вздохнул. Брать чужака с собой все равно не хотелось. Соленый не вызывал вроде бы подозрений, но и от Пионера не ждали подвоха.

— Ник, что думаешь?

— Если возьмем, будет должен не только за спасение, но и за дорогу. Свяжем его, глаза закроем.

Соленый, когда ему сообщили что придется на время попрощаться со свободой, ничуть не расстроился. Глаза вязать ему все-таки не стали. Но предупредили, что и пикнуть не успеет, как сдохнет, если им троим что-то не понравится. И им для этого даже не придется брать в руки оружие.

Кирилл хотел предложить вернуться в недокластер, собрать трофеи из тварей, но передумал. Мало ли. Пионер тоже не вызывал подозрений. Вдруг, там их ждут друзья Соленого… Маловероятно, но лучше не рисковать.

Соленый болтал без умолку. В Стиксе он чуть больше месяца, в родном мире владел магазином компьютерных деталей, был женат два раза, учился на театрального критика… Алиса довольно грубо попросила его заткнуться, Соленый послушно умолк, но еще долго едва слышно что-то бормотал.

Путь к Лягушатнику вышел напряженным. Свежие зараженные бродили по дорогам, более развитые пытались преследовать машину, но быстро отставали. Распогодилось, солнце высушивало многодневную сырость. Твари, казалось, поджидали под каждым кустом.

— Перезагрузка три дня назад была, — пояснил Соленый. А соседний кластер — позавчера обновился.

Около въезда в какой-то поселок встретили два укрепленных грузовика и джип, но Ник не стал давить на газ или юлить, не сбавляя скорости просто проехали мимо. Скорее всего очередной отряд снабжения. Вскоре повстречался кустарно бронированный джип, но с пулеметом на крыше. Кирилл помахал ему рукой, получил в ответ такой же жест, только более настороженный и вялый, словно сидящие внутри джипа уже приготовились к серьезным неприятностям.