От Фермы бежали муры, но он не стал их ждать, закинул на заднее сидение беглянку и вернулся к баракам. Там, во дворе, толпился еще десяток муров, при появлении Ника ругань и крики затихли.

— Кого-то потеряли? — звенящим от злости голосом полюбопытствовал Ник. Девчонка пришла в себя, осмотрелась и начала реветь.

Вернулась «погоня», от их красных потных рож и хриплого дыхания злость просто захлестнула, и Ник дал ей волю. Он орал, унижал, высказывал все, что думает о профессионализме таких вот «помощников». Когда кто-то заикнулся, мол, девка охранника пером почикала, нет его вины и все в таком духе, Ник ударил его по лицу.

— А откуда у нее нож, олухи⁈

— Господин капитан, — подал голос еще один. Единственный, кто во время раздачи оставался спокойным и смотрел без страха или неловкости. Ник узнал Кола, одного из муровских командиров. — Я во всем разберусь и накажу виноватых. Этих баранов ждет, хм, экзамен на профпригодность, а не сдавших я лично отправлю в барак к «мясу»…

Рамов услышал звук, от которого внутренности сжались в тугой болезненный комок. В памяти ожили адские дни на фронте и постоянные бомбежки. Артиллерией, самолетами, ракетами…

Ник крикнул «ложись!!!» и, расталкивая, муров побежал к канаве у забора. Два взрыва жахнули со стороны Базы, наступила пауза, но он знал — это только пристрелочные, скоро начнется всерьез. Во дворе Фермы глупо орали, суетились, Ник, немного совладав со страхом, поднял голову. Так и есть. Вертолетная площадка затянута черным густым дымом, сквозь который пламенеет солнце.

Нужно бежать. Бить станут в первую очередь по зданиям и остальным постройкам. Да, к деревьям, к ручью!

Он вскочил, услышал самый гадкий, мерзкий и отвратительный звук во Вселенной — шипение мины. А шипит она, когда летит совсем рядом.

…Когда Ник очнулся, на небе сияла неприятная красная луна. Воняло тротилом, землей. Последнее, что помнил, это вспышку и ужасную боль. Болело все тело, но особенно голова и спина. Он аккуратно пошевелил руками-ногами, вроде целые. Попытался встать, но что-то давило на грудь.

Оказалось, на него свалилась бетонная секция забора, но канава спасла. Ника продрало морозом. Персональное надгробие, мать его. Если бы десяток сантиметров в сторону…

Рядом кто-то был. Рамов чуть приподнял голову и увидел возле барака людей. Двое прикинуты как стандартные обитатели Стикса, но это не муры — на предплечьях белые повязки. Примитивная, но действенная система «свой-чужой», ведь 90% обитателей Стикса таскает камуфляж. В войне, на которую Ник попал в своем мире, тоже так делали, только цвета другие использовали. А вот третий одет в фиолетовый медицинский халат «мясников», как называли тех, кто разделывал новичков. И с ним делали что-то нехорошее. Толком рассмотреть не получалось, но звуки сомнения не оставляли.

— Готов, сука, — иммунный отбросил какой-то инструмент, тот звякнул о бетон. — Коллега! Трепанация произведена успешно! Выводите пациента из наркоза!

— Ой! А я думал, наркоз дали вы! — ответил второй, и они заржали как дурные.

— Все, валим.

Ник опустил руку с пистолетом, глубоко вздохнул.

На Базу напали, это понятно. Ужас в другом — раз здесь шастают иммунные, получается, оборона пала? Черт! Несколько укрепленных линий периметра, ДОТы, радиолокационные станции, засекающие любое движение на километры… А для особо настойчивых — микроволновые излучатели, способные зажарить не то что человека, а танк! И артиллерию, тем более мощную, тайно не притащить, это тягачи, машины со снарядами, люди…

Бой еще шел. С северной части периметра долетало стрекотанье автоматов, тяжелые, захлебывающиеся очереди крупного калибра. Часто взлетали осветительные ракеты, мимо укрытия Ника туда проехали два танка незнакомой модели и броневик с огромной многоствольной зениткой.

Рамов вылез из-под плиты. Голова болела уже не так сильно, открытых ран вроде бы нет. Чем же его так приложило? Ощупал голову — у правого виска огромная шишка с коркой засохшей крови. Вообще, легко отделался, даже слух сохранился. А остальное — заживет, восстановится. Вот они, плюсы иммунного.

И что дальше? Бежать. Только периметр почти наверняка занят новыми хозяевами. Лазейки были, но… Ник представил, что с ним сделают иммунные, и второй раз за недолгое время продрало могильным ужасом. А прорываться на север тоже глупо. Убьют десять раз. Будь у него хотя бы десяток человек, еще можно. Зайти в тыл к иммунным, навести там шороху…

А если остаться здесь? Вряд ли ублюдки удержат весь стаб и прилегающие районы. Рядом еще две базы внешников. Они из разных миров, конкуренты, но ради такого дела сплотятся, помогут. Им не нужны иммунные под боком. Или…

Ник поднялся. Ноги держали, пусть и плохо. Он похромал во двор Фермы. Барак пленных лишился торца, но это не прямое попадание, воронка в стороне. Ник шагнул внутрь, включил фонарик пистолета и прикрыл его рукой. Сразу увидел трупы. Но немного, с десяток. Их придавило грудой кирпича и потолочных перекрытий. Прекрасно. Значит, большая часть выжила, разбежалась. Он присел у одного из тел и начал срывать одежду.

Нет. Если найдут голого, то могут сообразить. Лишний риск. Вернулся на улицу, замер, прислушиваясь. Канонада чуть стихла, но теперь стреляли и в стороне Базы.

А вот муровский барак получил снаряд точно в центр. Удивительно, что вообще не рассыпался. Честь и хвала неведомым строителям. Эх, Гип… На тебя-то плевать, но жемчуг…

Он обошел лабораторный бокс и наткнулся на огромную темную кучу. От неё воняло прелым потом, страхом, сыростью. Одежда десятков и сотен новичков, которых разделали. Ник начал ворошить тряпье. Мерзко, конечно, но жизнь дороже. Тут вспомнил о живчике, осушил флягу. Сразу почувствовал прилив сил, бодрости, даже настроение улучшилось. Балбес. Нужно было сразу. Для него теперь это лучшее из лекарств.

Свою форму туго свернул и сунул между кучей и стеной, туда же отправилась и фляга с пистолетом. Последнего было особенно жаль. Облачился в джинсы и клетчатую рубашку. Все вонючее, влажное. Берцы тоже сменил на кроссовки. А вот нож сохранил. Не дело оставаться совсем безоружным.

Все, теперь валить. Да, ситуация отпад. Если получится уйти незамеченным, то его ждет выживание на диких кластерах в одиночку и без снаряжения. Сомнительное удовольствие. Была другая мысль — сдаться. В гражданской одежде он сойдет за одного из пленных новичков, а уж потом, по дороге в стаб «спасителей» убежать вместе с оружием и припасами.

Ник взвесил оба варианта. Нет, последний оставим на крайний случай, если его поймают. Ведь могут расколоть. Их учили противостоять ментантам, этим проклятым мозгокопателям, но все зависит от вопросов. Короче, как повезет.

Увы, Ник попался. По-глупому. Пришлось самому показаться, иначе велика вероятность, чтобы с испуга изрешетили. Но хорошо отделался, даже не били.

— Вот, еще один, — сопровождающий сдал Рамова и растворился в темноте.

— Почему прятался? — спросил высокий иммунный. Короткая стрижка, закатанные рукава кителя. Судя по тону и прочим мелким деталям — командир. Рядом стоял еще один тип в темном плаще. Идиотский выбор одежды. Будто подчеркивает свою какую-то особенность, уникальность… Может, ментант? Так, началось…

— Боялся, — хмыкнул Ник.

— А где и как тебя ранило?

— Там, — кивнул в сторону Фермы. — Взорвалось что-то. Я до ночи в канаве валялся. Потом слышу — пальба везде, ну, и решил драпать.

— Ты мур?

— Нет.

— Ты внешник?

Одна из способностей ментантов — отличать правду ото лжи. Они не умели читать мыслей (по крайней мере большинство) и их можно обмануть. Если очень постараться и повезет.

Внешник ли Ник? Внешники живут в герметичных боксах, они носят маски и страшно боятся подхватить паразита Стикса. А он теперь один из тысяч иммунных, навсегда застрявших в этом проклятом и сумасшедшем мире.

— Нет, я не внешник.

Повисла пауза. Текли секунды, Рамов всеми силами сохранял спокойствие, старался держать голову пустой и открытой.