Никос опустился на потертую тахту и вытянул вперед свои длинные худые ноги, вид у него при этом был самый что ни на есть довольный.
— О чем тут долго говорить… Я немедленно готов отказаться от своей сумасбродной жены и признать ее совершенно свободной женщиной. Да будет так! Я сказал свое слово.
Молчащий до поры Элизар - напряженный и будто готовый к новой атаке, вдруг звонко хлопнул в ладоши:
— Поздравляю вас, леди, теперь вы вольны выбрать себе супруга по душе! Эй, Ронсо, помоги-ка мне вытащить во двор зловонную тушу, нам еще предстоит говорить с его людьми, надеюсь, они возьмут золото в качестве компенсации и не станут устраивать долгую тяжбу…
Марина с беспокойством переводила взгляд с деятельного Элизара на улыбающегося Никоса:
— Что означают ваши слова, господа? Как я должна их понимать?
— Вы только что получили развод, леди! - весело пояснил Элизар. - Для этого супругу нужно лишь произнести при свидетелях несколько громких заявлений. И мы все только что их услышали… Эй, племянник, не смей умирать прямо сейчас! Я закончу с твоим вторым дядюшкой и приготовлю доброе снадобье для тебя, оно способно оживить даже мертвеца, но у меня нет никакой охоты пробовать его на этом исчадье Тьмы.
Ронсо и еще один более крепкий слуга потащили тело Брайана ближе к выходу, а расторопная Лисса уже начала замывать пол. Марина немедленно отвернулась, с трудом подавляя приступ тошноты, но вскоре звуки чьих-то сдавленных рыданий заставили ее снова обратить внимание на середину холла. Теперь у ног Никоса сидела верная Сильда, обильно орошая слезами дрожащие руки своего господина.
А тот ласково успокаивал подругу суровых дней:
— Не плачь, солнце мое, не плачь… Если чудо возможно, и я снова смогу стать хоть немного прежним, ты одна будешь мне дорога как самое ценное сокровище. Ибо не хочу другой жены кроме тебя, моя голубка.
Алонсо грустно вздохнул и, пожав широкими плечами, стал намекать на то, что не худо было бы промочить глотки после тяжелого дня.
Элизар, оказывается, привез с собой пару бутылей отменного пива и вскоре бессменный повар Тарлей - одноглазый Сарлем объявил, что готов угостить всех поздним обедом или даже лучше сказать ранним ужином.
Сославшись на усталость и желание «помолиться в тишине» Марина ушла к себе, а новоприобретенные родственники и добродушный гость еще долго-долго воздавали должное хмельному напитку и жареном гусю. Разговоры затянулись до темноты… И ведь было о чем...
Глава 17. В кругу друзей
Глава 17. В кругу друзей
Прекрасно в нас влюбленное вино
И добрый хлеб, что в печь для нас садится,
И женщина, которою дано,
Сперва измучившись, нам после насладиться...
Н. Гумилев
Ронсо мочил в кружке с пивом свой длинный ус и со слезами умиления поглядывал на хозяина, которого считал погибшим в битве за Ничейную пустошь.
— Как же вам удалось выжить, мой господин?
Несмотря на поздний час и усталость от долгого путешествия из столицы Элизар был бодр и весел, но порой морщился и хватался за колено или поглаживал бок, там где плохо срослись переломанные когда-то ребра.
— Моя история похожа на сказку, друзья. Но явно не для малышей, уж очень много в ней жутковатых моментов, а порой настолько гадких и унизительных, что даже язык не повернется их озвучить. Меня спасло то, что правительница дармисов сочла меня забавным развлечением и велела сохранить жизнь. Только и всего.
Заметив нешуточный интерес на лицах слушателей? старший де Альба продолжил свой рассказ, дополняя его новыми пикантными подробностями.
— На окраине леса я бился как раненый лев, поскольку был убежден, что в случае поражения твари сожрут меня заживо. Не более чем слухи! Дармисы едят людей крайне редко… Меня притащили в их логово как раба для жертвенного камня или бойца на арене. И тут главная леди изволила влюбиться от скуки. Ничего странного, тогда я был весьма недурным молодцем...
Покосившись на хорошенькую служаночку, Элизар понизил голос до бархатистого шепота.
— Мальтиса была дочерью зажиточного горожанина, но в расцвете юности разбойники украли ее и продали на границе Гиблого леса. Так она стала королевой дикарей.
— Бедная женщина! – вымолвил Никос, равнодушно отодвинув тарелку с нетронутым ужином, и тогда Лисса наполнила его бокал слегка разбавленным вином.
— Простите, господин… Ох! У меня руки дрожат от жуткого рассказа… – Лисса виновато потупилась, заметив, как рубиновая струйка выплеснулась из перелитого до краев кубка и расползлась по льняной скатерти неровным пятном.
Заметив волнение служанки, Элизар победоносно улыбнулся, потерев длинным указательным пальцем горбинку на носу. «Как соблазнительно краснеет девчонка! Готов поклясться, что горячая на вкус, как сдобный пирожок… Ух, так и манит укусить за румяную щечку…».
В ожидании новых историй Алонсо де Риль нетерпеливо ерзал на стуле.
— Значит, вам удалось добиться расположения лесной королевы?
— Мальтиса влюбилась в меня как кошка, но не могла оставить при себе надолго, охрана уже начала что-то подозревать. Ревнивые демоны! Чтобы спасти от жертвенного ножа, Мальтиса приказала одному из фаворитов вывести меня на землю и проводить до заставы. Приказы королевы может отменить только военачальник дармисов, по счастью, он мучился от жестоких ран и, насколько я знаю, удачно скончался. Ничто не мешало моего бегству. Немного постыдному, должен признать...
— И ты не взял Мальтису с собой? – вскричал Никос, сверкая глазами.
Элизар печально вздохнул.
— Она отказалась, хотя пролила на моей груди целые реки слез. И мне было трудно расстаться с доброй женщиной. Потом я прожил на королевской заставе семь лет, закалил тело и огрубел душой, но не терял надежды вернуться в Тарлей богачом. Теперь я тверже скал и выносливее молодого осла. Вот только старые раны часто дают о себе знать… Прежде чем забавляться со мной в постели, Мальтисе пришлось долго меня лечить, но в ее причуды никто не вмешивался.
Элизар сделал большой глоток вина и мечтательно прикрыл глаза, очевидно, погрузившись в приятные воспоминания.
— О, быть королевой лесного народа - великий труд! Вся их колония состоит из крепких парней, которые готовы отдать жизнь за ночь с правительницей. Но этого и не требуется… Задача Мальтисы была дарить свои милости каждому - вы не ослышались, друзья, каждому… Воистину, она воспринимала бремя своей власти с невероятным терпением, хотя признавалась, что первое время испытывала острое желание отдохнуть от мужского внимания.
— Но разве дармисы похожи на людей, я слышал, что они отвратительные уроды? - неверным языком спросил дядюшку-скитальца слегка охмелевший Никос.
— Тоже слухи… как о хваленой непобедимости. Все дело, конечно, в их числе и боевой выучке. Они тренируются с малолетства и очень быстро растут. Один на один дармис может и не выстоять против нашего опытного воина, хотя… Нужно признать, сражаться они умеют. Гиблый лес таит много опасностей и ведь он их дом.
Лисса присела на краешек скамьи, и вдохновленный ее интересом, Элизар продолжил:
— Дикари даже внешне вовсе не уроды. Они выглядят почти как люди, только повыше ростом да кожа их имеет красноватый оттенок размокшей глины. Дармисы ходят едва ли не голышом и наносят на тело рисунки для устрашения, а так же раскрашивают лицо в черный цвет, отсюда и сказки о мерзких тварях. Конечно, когда на тебя летит полуголое безволосое существо с горящими глазами и острым копьем в руках, можно увидеть в нем демона Низшего мира. Ха-ха...
Но видели бы вы, как они пресмыкались перед Мальтисой! Как она капризничала, выбирая себе нового самца на ночь, только представьте себе: одна маленькая женщина и сотни голодных мужчин, жаждущих ее ласки. Конечно, военные советники были в приоритете, но и они вынуждены были уступать право любви ради обычного солдата… Без заботы королевы дармисы не выживут, достаточно даже простого прикосновения, но страстное совокупление дает им новые силы.
