— Я потеряла счет времени! Неужели, правда? Мы устроим гадания? – хныкала Хильда.

— Дагмар обещал привезти еловых ветвей, корзины с остролистом и омелой. Откроем белое вино и затянем подходящую песню,  - утешала Марина.

— Я даже знаю какую, - подмигнула Катя. — «В лесу родилась елочка, в лесу она росла…»

В комнате пахло ромовым пудингом, корицей и спелыми апельсинами, подвешанными на золотые шнурки к потолочным балкам. Каждый солнечный плод был еще неделю назад утыкан сухими цветами гвоздичного дерева, оттого и запах стоял необыкновенно пряный.

Из коридора послышался задорный голос Ансельма, значит, мужчины уже вернулись с прогулки  и готовы провести вечер за семейным столом. После ужина слуги уберут посуду и снимут скатерти, а на щербатых досках появятся шахматные фигурки или свитки с картинками. Зазвучат домбры, зазвенят крохотные литавры, сытые волкодавы улягутся перед камином, припоминая недавнюю охоту в заснеженных лесах.

— Отца Тарбина привезли, - сообщила Сельма, прижав к пылающей щеке запотевший кувшин с ягодным морсом. – Такой славный седой старичок, я поцеловала ему локоть и получила прощение всех грехов на полгода вперед.

— Может, пойти и мне приложиться устами ко лбу Его Святости… - вслух рассуждала Миранда, поправляя тугой корсет на пышной груди. – Когда еще выпадет такой случай укрепить слабый дух в красивом женском теле.

Марина подняла с коврика сонного щенка и, покачивая довольно скулящего малыша на сгибе руки, подошла к окну. Среди собравшихся на дворе рыцарей выделялся ростом и статью Дагмар де Даркос,  - притягивал взоры, заставлял трепетать сердца.

Словно ощутив пристальный взгляд жены, он вскинул голову и отправил Марине воздушный поцелуй, незримо обещая возлюбленной тысячи самых изысканных ласк под покровом грядущей ночи.

Новый год принесет королевству мир и процветание, пока населяют его такие верные, искренние люди. Щедрые в дружбе и любви, непримиримые к подлости, способные совершать подвиги во имя справедливости и добра.

Летопись Дэриланд непременно пополнится новыми волшебными сказками.

Сказка ложь, да в ней намек… А точнее, не все в этой истории — фантазия, потому как Ингальская долина недалеко от города Тюмени, столицы Западной Сибири, существует на самом деле. И там, действительно, ведутся интереснейшие археологические исследования.

Большинство имен книги выдуманы, сходство их с реальными людьми случайность, за которую автор ответственности не несет. В книге использованы цитаты из стихотворений Натальи О'Шей, Н. Гумилева, А. Ахматовой, Е. Благининой, авторские стихи, старинные заговоры и причеты.

Итак, как говорили древние «ab ovo» — начинаем сказание наше «с яйца», то бишь с самого начала:

Отец сам выбирал для нее имя, желая, чтобы оно было совершенно особенным, единственным и даже неповторимым. Однако и выдумывать что-то новое не хотелось. Когда у Михайлова родилась дочь, он как раз успешно защитил кандидатскую по Древнегреческой мифологии. Особенному разбору и анализу подлежала легенда о том, как Зевс в виде лебедя совратил жену спартанского царя — Леду.

Дочка Михайлова появилась на свет в понедельник, а этим днем, по мнению древнегреческих философов, управляла Луна. Поэтому выбор был прост, назвать малышку Селеной, в честь Богини Луны или же Ледой, в честь красавицы, которой соблазнился сам Громовержец.

Жена Михайлова Ольга остановилась на Леде, это имя показалось короче и понятней. Правда, самой маме хотелось бы назвать дочурку попроще, например, Лизонькой или Аней, но как же спорить с высокоученым мужем простой «парикмахерше» с девятью классами образования. Да никак…

Их брак с самого начала считался мезальянсом, но Саша был влюблен в стройную зеленоглазую шатенку, у которой частенько подстригал непокорные кудри. Родители Александра всерьез утверждали, что девушка «из деревни» на остатки волос сделала приворот и «захомутала» обеспеченного городского парня из солидной семьи.

Но порицать единственного сына интеллигентные родители не стали, какими-то правдами-неправдами «вымудрили» молодоженам однокомнатную квартиру и даже всерьез расстроились, когда после пяти лет жизни с Ольгой, что теперь уже стала мастером-универсалом, Михайлов подал на развод. Возможно, главной причиной такого решения стала молоденькая, но подающая большие надежды аспирантка. Девушку звали Таисья, у нее были серые глаза, стройная фигура и гладкие смуглые плечи.

— Таис Афинская, — взволнованно шептал Михайлов, снимая запотевшие очки.

— Мой Александр Великий! — томно отвечала ему красавица, соблазнительно поводя крутыми бедрами.

Участь доцента была решена. Правда, своей бывшей жене и маленькой дочери Михайлов старался помогать, а когда Леде нужно было определяться с выбором учебного заведения после школы, подключил связи и девушку приняли на бюджетное место Исторического факультета Университета.

Отца Леда очень любила и уважала, хотя и видела редко. Он появлялся неожиданно, порой встречал возле школы и дарил дочке прекрасно иллюстрированные книги о Древней Греции, энциклопедии легенд и преданий народов мира, роскошные томики русских народных сказок. Леда рано научилась читать и к десяти годам назубок знала всех Богов и Героев Эллады, их многочисленные подвиги и приключения, обожала русский фольклор.

Михайлов, и сам того не подозревая, казался девочке каким-то сказочным существом, наделенным могуществом и силой исполнять любое желание. Но все божества обычно далеки от мелких нужд простых смертных, а потому, имея дома уникальную коллекцию исторических книг, Леда ходила в потрепанных кофточках и потертых сапожках, над которыми подшучивали одноклассницы.

— Да, на какие же деньги ей одеться-то, у нее мама одна, еще и парикмахер, что она там получает!

Маму свою Леда тоже безмерно любила, хотя видела также нечасто. Ольга бралась за любую работу, чтобы обеспечить дочке достойную жизнь, да и себя не позабыть. Женщина не старая, симпатичная, и многим еще понравиться может. Поклонников у Ольги было, и впрямь, немало, но как-то вот все не серьезно и достатка в дом не приносило. Почему-то эти ухажеры сами норовили на шею сесть, и даже не думали поддержать финансово одинокую маму с подрастающей дочуркой.

Леда росла девочкой очень разумной и все понимала, на жизнь смотрела серьезно, была не по годам взрослой. Маму жалела, никогда не теребила высокими запросами, обходилась тем, что было доступно. Модным нарядам и дорогим гаджетам одноклассниц не завидовала, поскольку сама больше жила в придуманном мире фантастических историй, мифов и былин.

Книги часто заменяли ей живое общение и подруг-то в реальном мире было немного. Да и слишком разнились интересы. Леда училась хорошо, любила историю, краеведением увлекалась. В то время, как ровесницы ходили на танцевальные занятия и аэробику, Леда охотно посещала туристический кружок и общалась с поисковиками из местной организации «Эхо памяти».

Ребята там подобрались хорошие, занимались важным делом — искали останки солдат, погибших на полях ВОВ, составляли списки имен красноармейцев по обнаруженным смертным медальонам, отправляли информацию родственникам. Леда сразу прижилась в дружном коллективе, с трепетом разглядывала в маленьком музее жутковатые находки с той страшной войны: автоматные гильзы, пробитые каски, найденный в болоте под Ржевом пулемет.

Перед выпускным классом, на летние каникулы, девушка даже хотела поехать вместе с поисковой экспедицией в Кировский район Ленинградской области, да мама не отпустила, заволновалась отчего-то далеко отправлять доченьку с компанией незнакомых людей, где большая часть — молодые ребята.

Леда расстроилась. Она хотела быть ближе к Андрею Колосову. Он был уже студент второго курса Истфака, считался очень умным и веселым парнем, был — душа любой кампании, имел много друзей и поклонниц. Да и собой хорош, рост выше среднего, стройный, спортивный, общительный ясноглазый блондин. Занимался легкой атлетикой, бегал по утрам в парке, кандидат в мастера по шахматам.