— Пожалуй, ты прав, — согласился Тимаков. — Но с Золотой Звездой Героя на груди счастье будет несколько полнее и ярче. А?

— Уговорил, — засмеялся Максим.

Они поболтали ещё о разном и расстались, договорившись встретиться вечером у автобуса в Ростов (оба тоже снимали там комнаты).

— Занятия идут уже не первый день, — недовольно сказал инструктор, когда Максим явился в класс к положенному времени и представился. — Я бы сказал, они подходят к концу. Ради вас одного я не стану начинать всё с начала.

— Это правильно, — согласился Максим. — Не нужно. Какие-то учебные материалы имеются, по которым вы ведёте занятия?

— Да, конечно.

— Дайте мне их, я прочитаю и сдам вам экзамен. Скажем… Сколько занятия идут по времени?

— Два занятия по сорок пять минут и десятиминутный перерыв между ними.

— Значит, всего час и сорок минут. Вот через час сорок экзамен и сдам. Готовы принять?

— Я-то готов, — усмехнулся инструктор (был он старше Максима, но не намного, лет на пять). — Но вы не сдадите.

— Почему? — искреннеудивился Максим.

— Невозможно подготовится к экзамену за столь короткое время. Даже опытному лётчику. Или вы уже летали на ЛаГГах?

— Не летал. Но экзамен я сдам.

— Не верю.

— Так давайте проверим. Вы дадите мне материалы, а я буду готовиться здесь, в классе, вместе со всеми. После занятий вы примете у меня экзамен. Если не сдам, с меня бутылка коньяка. Если сдам, вы меня допускаете к полётам сегодня же.

— Коньяка! — воскликнул инструктор. — Где вы сейчас возьмёте коньяк?

— Можно подумать, в Ростове нельзя достать за деньги коньяк, — пожал плечами Максим. — И вообще, это не важно.

— Для меня важно, — засмеялся инструктор. — Коньяк-то мой.

— Нет, — засмеялся в ответ Максим. — Не ваш. Потому что мне его доставать не придётся. Ну что, по рукам?

— Чёрт с вами, по рукам. Но вы проиграете, предупреждаю.

Ударили по рукам.

Инструктор выдал Максиму тоненькую брошюру, отпечатанную на неважной сероватой бумаге.

— Держите. Садитесь и готовьтесь.

Максим кивком головы поздоровался со слушателями (четверо незнакомых молодых сержантов и один лейтенант), выбрал место на «камчатке», сел и положил перед собой брошюру.

ВОЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО НАРОДНОГО КОМИССАРИАТА ОБОРОНЫ 1941 УПРАВЛЕНИЕ ВОЕННЫХ ВОЗДУШНЫХ СИЛ КРАСНОЙ АРМИИ было напечатано сверху.

Ниже: ИНСТРУКЦИЯ ЛЕТЧИКУ ПО ЭКСПЛУАТАЦИИ И ТЕХНИКЕ ПИЛОТИРОВАНИЯ САМОЛЕТА ЛАГГ-3 С МОТОРОМ М-105П в М-105ПФ[210]

Максим сосредоточился, отключился от внешнего мира и открыл брошюру.

Инструкция состояла из восьми разделов.

I. Предполётный осмотр.

II. Подготовка к полёту.

III. Взлёт и подъём.

IV. Горизонтальный полёт.

V. Управление вооружением самолёта в воздушном бою.

VI. Пилотаж.

VII. Окончание полёта.

VIII. Особенности полёта на самолёте с лыжным шасси.

Всего сорок две страницы петитом.

Для того чтобы всё запомнить Максиму потребовалось около двух минут. При этом он совсем не торопился.

Ну а дальше пошла осознанная проработка материала. Многие пункты были ему уже хорошо известны.

Например, почти все пункты из первого раздела.

1. Перед полетом принять доклад от авиамеханика о готовности самолёта к вылету.

2. Произвести внешний осмотр самолёта и проверить:

а) наличие колодок под колёсами;

б) винт — нет ли внешних повреждений (пробоин, царапин) на лопастях и коке, а также заметной погнутости лопастей;

в) люк и капоты — закрыты ли замки дверцы основного люка фюзеляжа, замки крышек лючков фюзеляжа и крыла (для зарядки кислородом, для просмотра тяг элеронов и т.д.) и замки капотов мотора;

г) шасси — нормальна и одинакова ли осадка обеих амортизационных стоек шасси, нормально ли давление в пневматиках колёс (нет ли крена).

И так далее.

Стандарт для всех лётчиков и всех типов самолётов.

В других разделах таких, уже хорошо знакомых пунктов, тоже хватало.

Но были и новые. В основном те, где речь шла о тактико-технических характеристиках ЛаГГ-3 и особенностях управления.

Но при всей тщательности проработки (зримо представить свои действия в кабине, подробное объёмное изображение которой ему предоставил КИР) и даже сознательном затягивании времени на всю брошюру он потратил пятнадцать минут и следующие полчаса старательно делал вид, что слушает инструктора, который скучным голосом повторял то, что ему уже было хорошо известно.

В перерыве все пошли на улицу курить.

Вышел и Максим.

Постоял рядом с товарищами, вдыхая октябрьский воздух и стараясь держаться наветренной стороны, чтобы не мешать чистый воздух с табачным дымом.

После обеда довольно резко похолодало, и все надели шинели и шапки. Максим же стоял по-прежнему в гимнастёрке и фуражке.

— И не холодно вам, товарищ младший лейтенант? — с любопытством осведомился молодой веснушчатый сержант.

— Не холодно, товарищ сержант, — благодушно ответил Максим. — Я привычный. Скажите, товарищ инструктор, — обратился он к инструктору, который единственный из всех курил трубку, — ничего, если я пропущу следующие сорок пять минут занятий? Хочу погулять по территории, осмотреться. Я только сегодня прибыл.

— Заставить вас присутствовать на занятиях я не могу, — пожал плечами инструктор. — Гуляйте на здоровье. Только на экзамен не опаздывайте. Предупреждаю, ждать не буду.

— Точность — козырь лётчика, — на ходу придумал Максим.

— Я слышал, что точность — вежливость королей, — сказал веснушчатый сержант.

— Фразу приписывают французскому королю Людовику Восемнадцатому, — охотно объяснил Максим. — Но там есть вторая часть. Полностью она звучит так. Точность — вежливость королей, но обязанность для их подданных. Чувствуете разницу? — Максим подмигнул сержанту и покинул компанию.

— Чудной какой-то этот младший лейтенант, — произнёс негромко другой сержант. — Не мёрзнет, не курит…

— Про Людовика Восемнадцатого знает, — добавил веснушчатый. — Я вот, например, впервые про этого Людовика слышу.

— Отставить обсуждать старших по званию, — сказал лейтенант. — Нормальный закалённый спортивный и образованный советский лётчик. Боевой. Награды видели? Нам всем следует брать пример.

Сержанты переглянулись и промолчали.

— Почему спортивный? — поинтересовался инструктор.

— Видно по походке, — сказал лейтенант. — Вообще, по повадкам. Я сам когда-то боксом занимался, знаю, о чём говорю.

Все посмотрели вслед удаляющемуся Максиму.

— Всё, товарищи, — сказал инструктор, глянув на часы. — Пора на занятия.

Максим вернулся в штаб за пять минут до назначенного времени. Поднялся на третий этаж, подождал, пока занятия закончатся, и вошёл в класс.

— Погуляли? — не скрывая иронии, осведомился инструктор.

— Отлично погулял, — жизнерадостно ответил Максим. — Осенний воздух бодрит. Ну что, приступим?

— Садитесь напротив. Я буду задавать вопросы по инструкции, вы — отвечать. Кратко, точно и по делу.

— Поехали, — сказал Максим, усаживаясь на стул по другую сторону стола.

Инструктор помедлил, пристально глядя на Максима. Тот с самым безмятежным видом встретил его взгляд.

— Рекомендуемая температура воды и масла на взлёте?

— Семьдесят тире восемьдесят градусов, — тут же ответил Максим. — По Цельсию.

— Хорошо. Действия сразу после отрыва от земли?

— Пункт шестьдесят два. После отрыва от земли выдержать самолёт до скорости двести пятьдесят километров в час и на этой скорости набрать высоту сто метров, учитывая, что после отрыва на взлёте с выпущенными щитками самолёт тянет на нос, или, как мы говорим, он «висит» на ручке. Убрать щитки на высоте сто метров. Дальнейший набор высоты производить на скорости двести семьдесят километров в час.

Инструктор откинулся на стуле и посмотрел на Максима с заметным интересом.