«Такой красивый мужчина, но этот рубец…»

Незнакомец и правда был красив. Высокий рост добавлял ему элегантности, в меру худощавое телосложение могло бы сыграть на руку, будь мужчина моделью. От него веяло уверенностью и чем-то, что неосознанно напугало Женю даже больше внешних недостатков, – мужчина будто знал про эту жизнь то, что никому и никогда не дано было постичь; словно ни одной душе не предназначалось знание, которым обладал Он.

Женя вздрогнула.

– Ясно, – ехидно улыбнулся мужчина. – А что вы знаете об этих сфинксах?

– Лишь несколько фактов. Я не особо интересуюсь Египтом.

– А зря. Вам как художнику нужно черпать вдохновение отовсюду. В том числе из Египта.

Женя непонимающе уставилась на мужчину.

– Откуда вы знаете, что я художник?

– Просто предположил, ничего личного. – Незнакомец добродушно улыбнулся и поднял руки, будто бы говоря: «Я не виновен, ничего не знаю, все совпадения случайны». – Что? Угадал?! Какая прелесть!

«Вот только бредовых разговоров мне сейчас не хватало!» – переключившись с сестры на новую проблему, с раздражением подумала Женя и молча отошла к другому сфинксу.

Мужчина со шрамом последовал за ней. Он передвигался уверенно и плавно, как кошка. А еще в его глазах плескалось удовольствие. Будто разговор с Женей – лучшее, что приготовила для него жизнь.

– Если вы мечтаете учиться в Академии, советую изучить историю этих мифических существ. Сфинксы удивительные. И они наделены невероятной силой, поэтому их непозволительно трогать. Тем более ни в коем случае нельзя увозить из мест, где они должны находиться. Их родина – Египет. Того, кто их потревожит, настигнет проклятие… Но когда и кого это останавливало, верно? То же самое касается любых предметов, которые вывозят из Египта. И я имею в виду не сувениры. Нет. Я говорю про вещи, принадлежавшие египтянам и оказавшиеся в их гробницах…

Женя закатила глаза и скрестила руки на груди. Ее взгляд был устремлен на каменное животное с отколотой губой.

– Вы знали, что им почти три тысячи лет? Нет? Удивительно, правда?

– Да, не знала.

– Говорят, когда их откопали из песка в Фивах, на них положил глаз наш соотечественник – офицер Андрей Муравьев – и сразу написал Николаю I с вопросом, не нужны ли Российской империи подобные изыски. Император, в свою очередь, задал этот вопрос руководству Академии художеств, и те ответили положительно. Но русские опоздали, фигуры купили французы…

– Спасибо большое за информацию. Но я лучше сама ее прочитаю. Сейчас хочется просто посмотреть на сфинксов, – натянуто улыбнулась Женя, старясь не обидеть незнакомца.

– Желание хотите загадать? Хорошо, но на вашем месте я был бы осторожен. Никто не знает, через что придется пройти, чтобы оно в итоге исполнилось. Да, сфинксы приведут к цели, не сомневайтесь. Но я не ручаюсь за то, что они потребуют взамен.

– Учту.

– Так вот, я не закончил рассказ… Французы купили эти фигуры, но у них грянула революция. Страшное дело. Поэтому любители красивой жизни перепродали статуи нам. И заметьте, у фигуры, на которую вы так внимательно смотрите, нет половины рта. Знаете почему? Потому что оборвались крепкие тросы, которые должны были перетащить ее с суши на палубу. Махина затопила корабль… Не хотели они сюда ехать… не хотели… И все же в тысяча восемьсот тридцать втором году оказались в России. Вопреки всему.

Это не единственные странности, связанные со сфинксами. Янис, который их нашел и раскопал, умер при загадочных обстоятельствах. Говорю же: зря он потревожил животных. Вот, жизнью поплатился. А мог еще много чего хорошего сделать. То же касается русского офицера… Все в его семье умерли один за другим. И старые, и молодые. Целый род прервался.

– Да, интересно, – устало сказала Женя. Она решила сохранить незаинтересованный вид, хотя рассказ незнакомца ее заинтриговал.

– Что до Аменхотепа III… Любопытный фараон. Он увлекался магией, колдовством. Поэтому, если хотите загадать желание, будьте осторожны.

Мужчина задумался, а Женя уже было подумала, что это конец, но тот вдруг начал по памяти читать стихотворение.

– Слышала такое? – спросил незнакомец, перейдя на «ты». Женя покачала головой. Шрам на щеке мужчины зашевелился, будто живой, – незнакомец задумчиво вытянул губы. – Плохо, что ты ничего не знаешь. Ну, как вижу, общаться ты не особо хочешь. В таком случае goodbye[16]!

Мужчина помахал рукой, еще раз взглянул на сфинксов и, что-то напевая под нос, пошел в сторону Дворцового моста.

«И что это только что было?»

Как только приставучий незнакомец ушел, Женя облегченно выдохнула. Она была наслышана, что в Питере многие люди воспринимают прохожих как своих старых друзей, поэтому не стесняются разговаривать с ними. Но Женя никак не ожидала, что встретится с одним из таких. Он вообще показался ей невменяемым.

«Еще этот жуткий шрам… Такое ощущение, что он родился с ним. Бр-р!»

Чтобы избавиться от мыслей о незнакомце, Женя перевела взгляд на каменных животных, которые теперь казались ей более живыми, чем были до появления странного типа. История придала мифическим существам форму, а еще побудила прикоснуться к монументу, на котором они стояли. Она почувствовала силу времени, исходившую от них. Энергия била ключом от тех, кто стоял неподвижно не одну сотню лет.

Когда Женя прикоснулась к неожиданно ледяному кам-ню, на котором стоял один из сфинксов, незнакомец вдали резко остановился, обернулся и прищурился. Но девушка этого не заметила – она прикрыла глаза и прошептала:

– Пожалуйста, помогите мне стать известной художницей. Я очень хочу писать работы, которые будут трогать души других людей. Прошу. Помогите.

Когда Женя открыла глаза, незнакомец приблизился к Меншиковскому дворцу. Мысленно он продолжал декламировать стих:

А также думал о том, что они с Женей еще обязательно встретятся. Это предопределено судьбой.

– Как же долго я тебя искал, – вздохнул мужчина и вновь обернулся, но девушки у сфинксов уже не было.

Женя бежала по Благовещенскому мосту на другую сторону Невы. Ее волосы играючи подхватывал питерский ветер, а в голове настойчиво звенела мысль: «Мне нужно взглянуть на картину, спрятанную под черной тканью».

Она нигде не задерживалась, поэтому уже к четырем часам была у дома Киры. Как только переступила порог, продолжила думать, как ей попасть в комнату Полины. Все остальные проблемы ушли на второй план.

– Вот же балда! – Женя хлопнула себя по лбу, заметив стойку с ключами. Небольшое деревце стояло на тумбочке возле зеркала в прихожей. На одной из веток висел небольшой ключик.