– Если он устроит пожар, зови.

Тео уснула и сама не знала, сколько проспала. Ей снились Дэн и Вероника, Гас и, естественно, кровь. Она проснулась от звука мужских голосов: Мак и Гас обсуждали случившееся. К мужским голосам добавился женский: пришла Джеки. Стемнело; кто-то накрыл ее пледом. Тео проголодалась, а в воздухе разливались божественные ароматы жаркого. Есть захотелось еще сильнее.

– Гас, – позвала она.

– Проснулась? Хорошо. Мы умираем с голоду. – Гас подошел к дивану и нахмурился. – Встать сможешь?

– Да, я нормально себя чувствую. – Она взяла его за руку и поднялась.

Стол на кухне был накрыт с соблюдением всех правил сервировки.

– Это все Мак, – сказал Гас и закатил глаза. – В колледже он работал в ресторане, с тех пор у него рефлекс.

Мак не обратил на него внимания и подвинул Тео стул.

Джеки ее обняла.

– Бедняжка, как ты себя чувствуешь? – спросила она и поморщилась, увидев ссадины на ее лице.

– Проголодалась.

– Это хорошо! – Гас открыл духовку и гордо извлек печеную утку с гарниром. – Та-да!

Тео уставилась на блюдо.

– Ты разве не любишь утку? Почему? Это же очень вкусно!

– Нет, люблю, просто… я вроде покупала говядину.

– Наверно, головой ударилась, – серьезно ответил Гас. – Давайте есть.

Тео растерянно взглянула на Мака. Тот пожал плечами.

– Даже не представляешь, что можно сделать с мясом, имея соль и духовку, – сказал он.

За столом говорили в основном об убийстве Дэна Мердока и последующих событиях. Тео повторила рассказ о случившемся на парковке. Глаза Гаса потемнели.

– Не волнуйся, Тео, Мак отыщет этого гада.

– Мак?

– Это его работа. Искать людей.

Джеки рассмеялась.

– Пропавшие наследники, сбежавшие из-под условного освобождения, проштрафившиеся должники – Мак найдет любого. Наш персональный частный сыщик.

– Специалист по сбору данных, – поправил Мак.

– В него даже стреляли, – добавил Гас, словно это подтверждало квалификацию друга.

– Да это мама в меня случайно выстрелила, – устало ответил Мак.

– Мама? – ужаснулась Тео.

Гас покачал головой.

– У Мака та еще семейка.

Джеки смеялась во весь голос.

– Дядя показывал ей свой новый револьвер сорок пятого калибра, а она не знала, что он заряжен, – объяснил Мак. – И случайно выстрелила мне в ногу.

– Это она так говорит, – ответил Гас.

– А сколько тебе было лет? – Тео зажала рот рукой в ожидании ответа.

– Двенадцать.

– Бедная мама! – Тео покачала головой. – Она, наверное, очень расстроилась.

– Не то чтобы расстроилась, но совесть ее замучила. Я несколько недель ходил на костылях. Она всем рассказывала, что я упал с велика. – Он коварно улыбнулся. – А я поступил как настоящий бандит и брал у нее деньги за молчание.

– Мак – прирожденный предприниматель, – сказал Гас. – Воплощение американской мечты.

Мак поднял бокал, сделал глоток и продолжил уже с более серьезным видом:

– Ты должна сказать полицейским, что парень, который тебя сегодня протаранил, на днях пытался проследить за тобой до дома. Вдруг он снова объявится. А я пока постараюсь что-нибудь накопать.

Гас нахмурился.

– Если снова его увидишь, Тео, сразу звони мне. Я предупрежу Дженни, чтобы переключала на меня, даже если я занят.

– Но ты послезавтра едешь в Нью-Йорк, – напомнила Джеки.

– Можно отменить.

– Не говори глупости! – встревоженно воскликнула Тео. – Мне не пять лет!

– Сегодня тебя могли убить…

– Я буду осторожна, Гас. Останусь дома и поработаю над романом.

– А если он знает, где ты живешь?

– Сегодня приходил слесарь и починил замки на окнах. А еще у меня есть Пони.

При упоминании своего имени Пони поднял голову и перекатился на спину.

Гас внимательно посмотрел на сестру, выискивая признаки ложной храбрости, но Тео выдержала его взгляд, будто напоминая, что давно перестала быть маленькой испуганной девочкой. И все же он не был уверен.

– Мы с Маком останемся в городе, – сказала Джеки, накрыв его ладонь своей. – Если придет Человек-Паук или у Тео возникнут любые проблемы, она сможет нам позвонить. Езжай в Нью-Йорк, Гас. Старый Крэйн один не справится… наверняка перегнет палку.

Разговор перешел на старого мистера Крэйна и его способность оскорбить почти любого, особенно клиентов фирмы. Поистине удивительный талант для партнера адвокатского бюро.

– Многие клиенты считают, что бесцеремонный адвокат лучше, – объяснил Гас. – Думают, что вежливый юрист не сможет их защитить.

– Но мы всегда посылаем кого-нибудь сопровождать старого ворчуна, – добавила Джеки. – А то так из-за него всю фирму уволят. Гасу каким-то образом удается убедить клиентов, что «Джон Крэйн так шутит».

Гас кивнул.

– Поэтому меня и сделали партнером.

Тео улыбнулась.

– Значит, езжай.

Тео постаралась замаскировать ссадины, но полностью скрыть их было невозможно. Ей хотелось, чтобы Гас не волновался, но синяки и ссадины служили наглядным напоминанием о случившемся. Она не была склонна недооценивать угрозу, но знала, как упорно трудился ее брат ради партнерства в адвокатской фирме, как рисковал, вложившись в нее, и как ему нравилось жить в Лоуренсе. Он оставил карьеру в престижной нью-йоркской адвокатской конторе и выкупил долю Джерарда Перселла, против которого пару раз выступал в суде. Тео не знала, как именно Перселлу удалось убедить Гаса выкупить долю в маленькой канзасской фирме. Ей очень хотелось, чтобы брат забрал себе ее долю из трастового фонда, но тот не желал даже слышать об этом.

Вчера перед работой он отвез ее в полицейский участок. Детектив Мендес разозлился, что они не приехали сразу же после аварии, и что-то пробурчал о непрофессионализме офицера, работавшего на месте преступления. Сказал, что уж Гас-то должен был догадаться сразу привезти сестру в участок. Гас резко ответил. Тео вмешалась и велела ему ехать на работу, а сама стала ждать художницу. Когда та пришла, они вместе составили фоторобот Человека-Паука. Потом Мендес отвез ее домой. Он расспросил ее о книге, которую она писала, и хотя Тео догадывалась, что этот разговор – неофициальное продолжение допроса, скрывать ей было нечего. Вот только Вероника Коул просила никому не рассказывать о рукописи. Поэтому отвечала туманно, отклоняла вопросы о сюжете и наконец пробормотала что-то про спойлеры, что даже ей самой показалось слабой отговоркой.

Говоря о конфиденциальности, Вероника наверняка не имела в виду, что нужно скрывать информацию от полиции, но Тео решила не рисковать. Сам факт, что агентство Дэя Делоса заинтересовалось ею, казался чудом, миражом, при любой неосторожности способным раствориться и исчезнуть.

Гас заехал домой на обед, снова ушел на работу и вернулся пораньше, хотя она и уверяла, что с ней все в порядке. Они съездили на парковку возле гастронома и поискали ее телефон, но так и не нашли, заехали в центр города и купили новый. Вечером поужинали на диване: Гас работал, Тео читала. В какой-то момент Пони зашелся лаем, но, осмотрев территорию, они ничего не обнаружили. Пони недолюбливал кошек и, видимо, увидел одну из них во дворе. Они увели собаку в дом, и спокойствие восстановилось.

На следующий день после завтрака Гас уезжал в аэропорт и должен был вернуться послезавтра вечером. Пони был только рад, что его оставили в доме. День прошел без происшествий.

Утром Тео приготовила омлет, пока Гас носился по дому в поисках документов, портфеля и носков. Она добавила к яйцам остатки запеченной утки, которую Гас, видимо, заказал в доставке (куда все-таки делась говядина?).

Подав омлет на поджаренном хлебе, она спросила про утку.

– Один мой бывший клиент работает шеф-поваром в ресторане «На холме». Джеки позвонила и съездила забрать заказ.

– А что случилось с мясом?

– Спроси у Пони. Оказалось, он любит пережаренное.

Гас одновременно завтракал и брился, чистил зубы и наставлял ее быть осторожной. Тео собрала документы и перерыла всю гостиную в поисках телефона брата. Подъехала машина Джона Крэйна; Крэйн посигналил, и Гас выбежал из дома, сунув галстук в карман и держа в руках ворох документов.