В следующий момент на переправе раздался оглушительный хлопок, как будто сдетонировал тротил. Невидимая сила поволокла Сонмина по коридору, вынуждая беспомощно наблюдать за тем, как пещера со скоростью света тонет в ослепительно-белой вспышке.

Ощущение падения длилось бесконечно, глаза резало из-за света, на языке появился вкус соли. Соли?

Сонмин приземлился на белоснежный песок и зацепил край бесшумного прибоя, из-за чего джинсы намокли. Волны бесшумно накатывали на берег и лизали вулканические валуны, из-за которых тут и там подглядывали дедушки-харыбаны. По коже прошел мороз.

Тряхнув головой, Сонмин потер глаза и осмотрелся, с ужасом узнавая пейзаж. Он уже бывал здесь прежде. Именно с этого пляжа все началось.

Медленно встав, Чон отряхнул руки от песка и завертел головой. Если это действительно то же место, значит, где-то должна быть Ма Джа. Сделав несколько неровных шагов, Сонмин погряз в рыхлом песке, но двинулся дальше, пытаясь сообразить, что к чему. Почему он снова оказался на этом пляже? Были ли события из воспоминаний реальностью? Джиа и Мун погибли? Или все это долгий кошмар, навеянный комой?

До слуха донеслось далекое пение. Сонмин узнал мотив «Кангансулле». Хромая, Чон пошел на звук, все еще морщась от яркого света.

Посланница находилась за грядой валунов, плавно двигая руками. Она пела и танцевала, устремляя взгляд в небо. Когда Сонмин подошел ближе, Ма Джа замолчала и повернулась к нему.

– Что происходит? – Собственный голос напоминал скрип ржавых петель. Сонмину показалось, что он не разговаривал целую вечность. – Почему я здесь?

– Почему бы тебе здесь не находиться? – удивилась Чхонса и склонила голову набок. В поведении аджуммы не осталось былой чудаковатости, она вела себя сдержанно, даже строго.

– Не понимаю… – признался Сонмин и опустил взгляд на свою одежду, видя пыль, каменную крошку и кровь. Ее было так много, что кружилась голова, но куда хуже стало от осознания, что она принадлежала другим. – Что с Джиа и Муном?!

Чхонса надолго замолчала, ее взгляд стал стеклянным. Это казалось пыткой! Сонмин готов был взорваться. Учитывая свежие воспоминания и следы на одежде, события недавнего времени были не сном. Неужели Джиа и Мун действительно умерли?

– Ма Джа… – позвал Сонмин, различая в своем голосе нотки мольбы. – Скажите мне.

– Те Мун завершил свой путь.– Чхонса поджала губы и опустила глаза.– Он умер.– Аджумма сложила руки в замок, давая Сонмину минуту, чтобы свыкнуться с мыслью. Муна действительно больше нет.

– Но почему? – Сонмин понимал, как глупо звучал этот вопрос, но ничего не мог с собой поделать.

– Это основа мироздания, жнец, – спокойно ответила Чхонса. – Те Мун начнет новую жизнь, он выбрал перерождение. – Ма Джа перевела взгляд на зеркальную поверхность бесшумного моря. – Те Мун был отличным охотником, – мягче добавила аджумма и приподняла уголки губ, – но, ступив на переправу, оказался на территории, где законы одинаково суровы для всех.

– Это несправедливо! – Злость клокотала внутри, лишая Сонмина здравого смысла. Он повысил голос на Чхонса, но ему было откровенно плевать на то, что с ним могут сделать за это.

– Ваша жертва помогла предотвратить хаос, – спокойно заметила Ма Джа, не обратив внимания на крик. – Вы спасли основу мироздания и исполнили свой долг.

У Сонмина не было слов, чтобы ответить. Мозг пух, обида изъедала изнутри.

– Где Джиа? – Чон осмотрелся, наивно надеясь увидеть Ю. – Что с ней?

– Инспектор Ю Джиа погибла. – Слова Чхонса вогнали Сонмина в землю. Чон пошатнулся. Он помнил, как прижимал к себе бездыханное тело Джиа, но какая-то частичка его сознания отчаянно надеялась на то, что девушку удастся спасти.

– Девушка прошла через переправу, – пояснила Ма Джа, не моргая глядя Сонмину в глаза.

Остатки веры в справедливость покинули тело. После всего пережитого и услышанного Чон хотел умереть и разделить участь тех, кто был для него дорог.

– Джиа… – Дышать было нечем, боль сковала дыхательные пути. – Джиа хотя бы сможет переродиться?

– Существуют вопросы, на которые лучше не знать ответов, – уклончиво ответила Чхонса.

– У Вечных есть внятный ответ хоть на один мой вопрос? – рявкнул Сонмин.

– Следи за языком, – строго предупредила Чхонса.

– С чего бы? – бойко бросил Сонмин. – Я нарушал правила одно за другим! Вы думаете, меня испугают предупреждения? Нет. Я буду и дальше требовать справедливости для тех, кто положил свои жизни на защиту гребаной вселенной! Разве Мун и Джиа заслужили смерть?

– В людском понимании смерть – это конец, – бесстрастно сказала Ма Джа, смерив Сонмина колючим взглядом. – Но ты-то уж должен понимать, что это только начало. Те Мун умер, но его душа переродится и начнет новый жизненный цикл. Ю Джиа погибла, однако ее участь еще не решена. Из девушки вышел бы отличный Мрачный жнец… Я лично ходатайствовала на ее счет, так что не зли меня, мальчик.

Небо поменялось местами с землей. Слова Ма Джа вогнали Сонмина в ступор. Он не знал наверняка, рыдать или радоваться. Возможно, в следующей жизни Мун будет счастлив, он не потеряет сестру, не подпишет контракт с Чхонса, получит отличное образование и сможет стать айдолом, как и мечтал. Если Джиа согласится на условия Вечного департамента, она станет перспективной охотницей и, что самое главное, будет жить долго, как господин Пан и прочие жнецы из отдела по контролю душ.

Худшее, что мог сделать Сонмин, – это лишить Муна и Джиа этих возможностей. В его интересах было, чтобы Те и Ю смогли осуществить свои мечты и обрести счастье. Они это заслужили, как никто другой.

– Мне пора уходить, – загнанно пробормотал Сонмин, понимая, что на эмоциях может наговорить лишнего и все испортить. Он должен сделать все возможное, чтобы Мун и Джиа получили желаемое. – Я должен проснуться. Тело Джиа осталось в Манджангуле, я, должно быть, тоже где-то там…

– Ты так и не понял? – мягко перебила Чхонса.

– Не понял чего?..

– Ты умер, Чон Сонмин.

С моря повеял холодный бриз, пуская по коже табун мурашек. Уши заложило, сердце упало. Сонмин непонимающе уставился на Чхонса, не зная, как реагировать на ее слова. В горле пересохло, в голове образовалась пустота. Постоянно имея дело со смертью, Сонмин совсем забыл, что тоже мог умереть.

– Судьба сурова, но иногда она преподносит подарки. – Лицо Чхонса разгладилось, пропала суровость. – Тебе и твоим спутникам оказана честь в благодарность за спасение мироздания. Те Мун обретет новую жизнь, Ю Джиа получит шанс вступить в ряды жнецов. А что насчет тебя, Чон Сонмин? Ты пожелал бы уйти и переродиться или вернуться к работе?

Никогда еще судьба не была такой изощренной. Сперва отравив, теперь она дарила лекарство. Сонмин растерялся.

– Могу я задать вопрос? – прищурился Чон. Ма Джа кивнула. – Предлагая мне должность жнеца в прошлый раз, вы знали, что сегодня я умру? У меня оставалось так мало времени?

– Существуют вопросы, на которые лучше не знать ответов, – повторила Чхонса.

Слова Муна всплыли в мозгу: «Нас выбирают не просто так», «Ты был рожден для этого». С самого начала Сонмин шел к тому, чтобы однажды встать перед выбором. Однажды он сказал напарнику, что Мун оказался там, где должен был. Выходит, это касалось и самого Сонмина?

Чхонса дала время подумать и молча посмотрела куда-то за горизонт. Пытаясь найти точку опоры, Сонмин устремил взгляд к морю и задумался: совершенно новая, возможно, более счастливая жизнь или последний шанс начать все сначала, оставаясь прежним собой?

По ощущениям, размышления отняли целую вечность. Сонмин смотрел на линию моря и слушал тихий шелест прибоя, когда Ма Джа перевела на него пытливый взгляд и спросила:

– Ты принял решение?