– Это метафора, пап. Я просто говорю о том, что в жизни есть много проблем, у которых нет простых решений.

– Да, все так и есть, ты правильно понимаешь. Ты думаешь, что разгадываешь кроссворд, а это, оказывается, кубик Рубика… Такое случается сплошь и рядом.

Кацуми снова смеется.

– Что тут смешного? – спрашивает Жук-носорог.

– Вот как обстоят дела у вас с мамой, верно? Ее недовольство всегда обрушивается на тебя внезапно и под самым неожиданным углом.

– Что там насчет углов?..

Его жена внезапно появляется в гостиной. Жук-носорог едва не вскрикивает.

– Мы говорим о математике. – Кацуми совершенно невозмутим.

– О, это интересно!

По ее голосу нельзя сказать, чтобы она была в каком-то плохом настроении. Тон у нее очень даже оптимистичный. Услышав ее ответ, Жук-носорог в глубине души чувствует облегчение. Он как раз задается вопросом, что у нее произошло сегодня хорошего, как она говорит:

– Когда я возвращалась из магазина, то нашла новый маленький ресторанчик. Он только что открылся. – В ее голосе определенно различимы нотки нетерпения.

– Это же прекрасно! – Жук-носорог отвечает ей лучшим, что приходит ему в голову. – Давай сходим туда.

– Да, это обязательно нужно сделать!

– Я пас, – говорит Кацуми. – Давайте вы вдвоем сходите и получите удовольствие.

Она, кажется, недовольна его ответом и говорит слегка с нажимом:

– Раз уж ты сегодня дома, ты должен пойти с нами! Мы ведь не всегда сможем вот так пойти и насладиться семейным ужином…

– Мне правда не хочется. Всё в порядке, лучше вы двое идите без меня, – стоит на своем Кацуми.

Обычно Жук-носорог склонен уважать желания сына и позволять ему делать так, как бы он хотел, но в данном случае ему очевидно, чью сторону он должен принять.

– Почему бы нам правда не пойти в этот ресторан всем вместе, хотя бы в этот раз…

Его жена с энтузиазмом добавляет:

– Еда за наш счет, Кацуми; пока есть возможность, ты должен пользоваться этим! Ну правда! Или, если не хочешь, можешь поехать со мной в парк развлечений Фудзи-Кью Хайлэнд [149].

– Ну вот, теперь еще и парк развлечений! – стонет Кацуми.

– Я хочу прокатиться на американских горках, и мне нужно, чтобы кто-нибудь пошел со мной.

– Папа может пойти с тобой.

«Да, я бы мог пойти с тобой», – сказал бы Жук-носорог, но это явно не то, что хочет услышать его жена.

– Если ты не хочешь идти с нами в ресторан, тебе придется пойти со мной в Фудзи-Кью. Выбирай сам.

– Мама, это похоже на то, как поступил бы мошенник, – криво усмехается Кацуми. – Ты пытаешься заставить меня думать, что у меня есть только два варианта. Это мошеннический прием. Ложный выбор.

После закрытия в универмаге гораздо более темно, чем ожидал Жук-носорог, и гораздо более тихо. Он воображает, что во внутренних помещениях магазина спит какой-то гигантский зверь. Если хорошенько прислушаться, то можно услышать его храп.

Он вошел через вход для персонала на первом этаже. Ему пришлось пройти мимо поста службы охраны, но это не составило проблемы, ведь он был приглашен сюда дежурным охранником.

За годы выполнения опасных заданий Жук-носорог привык передвигаться в темноте. Однако, находясь сейчас в универмаге, он не очень хорошо представляет себе, где что может располагаться, и продвигается вперед, освещая свой путь маленьким фонариком.

Свет отражается в зеркалах для макияжа в отделе косметики. Всякий раз, когда это происходит, Жуку-носорогу кажется, будто скрывающиеся в недрах здания животные подмигивают ему из темноты.

Наномура и его сын, должно быть, уже находятся на верхнем, пятом этаже. Жук-носорог начинает подниматься по лестнице, которую указал ему Наномура.

Очевидно, стандартная процедура ночного обхода универмага состоит в том, чтобы начать с верхнего этажа и последовательно проверить каждый уровень, спускаясь вниз по лестницам. Жук-носорог подумал, что это довольно интересный подход. Он мог бы предположить, что охрана должна находиться на нижнем этаже, на случай если кто-то вломится внутрь, чтобы его можно было загнать на верхние этажи, откуда злоумышленнику будет некуда бежать. Но идея заключается в том, что загонять нарушителя в угол весьма опасно. Он может впасть в отчаяние, напасть или, наоборот, где-нибудь затаиться. Вместо этого гораздо лучше начать с самого верха и, если что, выгнать любых незваных гостей за дверь. То есть вместо того, чтобы пытаться поймать и наказать их, распорядок предполагает минимизацию неприятностей.

Жук-носорог продолжает подниматься по лестнице, стараясь, чтобы его шаги были бесшумны. До него доносится голос Наномуры. Он поднимается на четвертый этаж и, помня о тайминге, чтобы они случайно не столкнулись друг с другом, выходит в торговый зал на этом этаже.

На днях, когда они сидели в кафе, Жук-носорог спросил Наномуру:

– Ты будешь дежурить один?

Он полностью поддерживал идею, чтобы Наномура взял своего сына на ночное дежурство, но ему нужно было прояснить несколько моментов.

– Нет, будет еще один человек. Но, думаю, если я объясню ему ситуацию, он все поймет. Он старше меня, подрабатывает охранником на пенсии.

– И, полагаю, он тебе доверяет?

– Я надеюсь, что это так. – Улыбка Наномуры представляла собой смесь смущения и самоуничижения. – Делать свою работу достаточно хорошо, чтобы заслужить доверие окружающих, – это мое секретное оружие.

– Звучит очень неплохо. – Жук-носорог, который на протяжении многих лет использовал все виды различного оружия и приспособлений на своей работе – и против которого использовали все возможные варианты оружия, – действительно был согласен с тем, что доверие – это самая важная вещь для урегулирования конфликта.

Теперь он видит свет еще одного фонарика, идущий с четвертого этажа. Наномура и его сын идут по проходам. Оказывается, в универмаге довольно легко спрятаться. Жук-носорог находится в отделе женской одежды; здесь повсюду расставлены манекены и стеллажи с костюмами и платьями, среди которых можно найти идеальное укрытие.

Прислушиваясь к их шагам, он медленно пересекает зал по диагонали, мало-помалу сокращая между ними расстояние. Теперь он достаточно близко, чтобы разобрать, что говорит Наномура.

– Главное – следить, чтобы в здание не проникли незваные гости, но также нужно проверить исправность огнетушителей, убедиться, что нигде не валяется мусор, и тому подобное.

– Ого… – Голос сына Наномуры звучит явно неуверенно.

«Если ты пытаешься притвориться, что тебе интересно, тебе придется придумать что-нибудь получше», – не может удержаться от мысленного комментария Жук-носорог.

Они доходят до конца прохода и поворачивают направо. Луч света движется взад-вперед, затем на мгновение поднимается к потолку, и отброшенная тень выглядит как отпрыгнувший назад монстр, прячущийся среди стеллажей и потревоженный вторжением.

Телефон, лежащий в заднем кармане Жука-носорога, вибрирует и издает один короткий звуковой сигнал. Он достает его и видит, что пришло сообщение от жены, которая спрашивает, задержится ли он сегодня после работы. Жук-носорог говорил ей, что собирается поужинать с одним из клиентов.

«Похоже, я ненадолго задержусь, не дожидайся меня, ложись спать», – пишет он ей в ответ. Обычно жена так и делает, но в случаях, когда Жук-носорог возвращается поздно и обнаруживает, что она все еще не спит и ждет его, он испытывает сильное чувство вины, как будто попросил ее помочь ему расплатиться с огромным долгом. Он подумывает о том, чтобы перевести свой телефон в беззвучный режим, но не хочет пропустить какие-нибудь срочные сообщения. Так что просто уменьшает громкость и кладет его обратно в карман.

Как только Жук-носорог это делает, он слышит, как сын Наномуры говорит:

– Папа, подожди меня здесь, мне нужно в туалет.

– Конечно. Ты знаешь, где это?