Хотелось надеяться, что он подразумевал этот жест как ободряющий.

– А ты, оказывается, чувствительная натура, – мягко произнес он. – Когда Болт приобрел участок, сделка не включала в себя и временных обитателей. Ты же не получила вместе с магазином и Нелл, верно? Вообще-то, это я купил осликов у предыдущего владельца пастбища и перевез их на одну из своих ферм возле Мортон-ин-Марша.

– Правда? Я не знала, что ты и сельским хозяйством занимаешься.

В лунном свете я разглядела застенчивую улыбку собеседника.

– Не совсем. Просто выкупил несколько разорившихся ферм и вложил немного денег, чтобы возродить хозяйство, наняв прежних работников. Это все часть моей финансовой стратегии. Ну знаешь, как говорят: инвестиции в недвижимость – самый надежный способ получить прибыль.

Я наклонилась и провела ладонью по неровным каменистым выступам фундамента, напоминавшим кладку забора, снесенного почти вровень с землей.

– Создается впечатление, что тут уже давно ничего не растет. Что удивительно для участка с такой плодородной почвой.

Роберт пожал плечами.

– Возможно, мы никогда не узнаем причин. В любом случае нам удалось хотя бы отыскать неоспоримые доказательства наличия на участке плиток из римской мозаики, ради чего мы и явились. Лучше сделай несколько фотографий, чтобы Фелисити Страйд и членам комитета не пришлось верить тебе на слово. У Болта в администрации слишком много своих людей, которые могут оспорить твои устные свидетельства. Так что лучше тебе располагать наглядными доказательствами.

– «Твои»? «Тебе»? – Я выпрямилась, не сводя глаз с пустого участка земли. – Я думала, мы действуем вместе.

Внезапно мне стало неуютно. Без поддержки Роберта поверят ли сотрудники администрации моим словам – недавно переехавшей в деревню чужачке из города? Или же примут сторону своего старого знакомого Болта?

– Боюсь, совет всегда находит причины отклонить любые мои идеи, даже когда я предлагаю что-то ценное, например, они отказались принимать пожертвование для школы, – ответил Роберт, неловко кашлянув. – Поэтому, думаю, тебе лучше действовать в одиночку. Хотя бы на первых порах. Я же обеспечу поддержку в правильно выбранное время и из-за кулис. Мне не нравится эта застройка так же сильно, как и тебе. Скромной Гордости не нужен коттеджный поселок для… – Он помолчал и после паузы завершил фразу: – Богатых белых богатеев вроде меня.

Я рассмеялась.

– Вообще-то, мне кажется, что нашей деревне не помешало бы иметь побольше таких людей, как ты: тех, кто защищает историческое наследие и заботится о соседях.

Он снова улыбнулся, блеснув зубами в лунном свете.

– Ладно, но, может, тогда мне не хочется справляться с наплывом конкурентов.

Роберт потянулся к моей руке, как я подумала, чтобы забрать фонарик, однако вместо этого взял мою свободную ладонь со словами:

– Идем, сделаем пару фотографий до того, как луна пропадет.

– Мы же не подставим себя, показав, что пересекли границы частной собственности?

Мне не хотелось нарушать закон.

– Вряд ли одних плиток, принесенных рабочим, будет достаточно для заморозки строительства, – покачал головой Роберт. – Он мог взять их где угодно. Кроме того, не обязательно показывать фотографии Болту – отправь их только Фелисити Страйд, а она пусть действует дальше.

Я позволила ему подвести себя за руку к прежнему месту раскопок и сделала несколько кадров мозаичных плиток, пока он светил фонариком.

– Я тоже сфотографирую на всякий случай, – предложил Роберт.

Я уже закончила снимать тессеры с разных ракурсов и хотела убрать телефон, когда он завибрировал: на ночную вылазку по чужой собственности мне пришлось выключить звук ради предосторожности.

Сердце забилось чаще при мысли, что это могла звонить полиция, увидевшая наше проникновение. А ведь я уже нажила проблемы с законом и ждала вердикта, лишат ли меня водительских прав. К счастью, на экране высветилась знакомая фотография. Я выдохнула с облегчением, приняла вызов и прошептала:

– Дэнни, слава богу, это ты.

Роберт покосился на меня и тут же отвел взгляд.

– Просто решил воспользоваться перерывом между сериями и позвонить, чтобы проверить, все ли у тебя хорошо, – сказал приятель.

– Я в порядке, – ответила я. – Не волнуйся. – Затем повернулась к спутнику спиной, надеясь заглушить слова телефонной беседы на случай, если Дэнни отпустит какую-нибудь обидную ремарку в сторону Роберта. – Не могу сейчас говорить. Перезвоню, когда вернусь домой, ладно?

– Ладно, – отозвался друг. – Будь осторожна и побыстрее возвращайся.

– Пока, – торопливо завершила я разговор и нажала на кнопку отбоя.

Роберт убрал свой телефон в задний карман джинсов.

– Давай побыстрее покинем территорию стройплощадки, пока нас не засек соседский дозор.

Не зная, радоваться или испытывать разочарование, что на этот раз спутник не помог мне перебраться через стену, я предложила ему выпить кофе или чего-нибудь покрепче, как только мы вернулись в коттедж. Однако Роберт вежливо отказался и направился к главному выходу.

Едва я устроилась в одиночестве успокоить нервы кружкой горячего шоколада, как телефон снова завибрировал.

– Надеюсь, я вас не прерываю, – сказал Дэнни.

Я вздохнула, начиная раздражаться от его чрезмерной опеки.

– Я же говорила, что перезвоню сама. И как раз собиралась это сделать. Повезло, что телефон стоял на беззвучном режиме, иначе мелодия группы «АББА» оповестила бы всех вокруг о моем проникновении на чужую территорию. Ладно, теперь я вернулась домой и, прежде чем ты спросишь, отвечу: да, сижу тут одна. Миссия выполнена.

– Так-так. – По голосу я слышала, что друг ухмыляется. – Значит, твоего драгоценного Болта скоро ждет свое Ватерлоо по результатам тайной вылазки?

– Несомненно. Кажется, на его территории располагались целые залежи тессер, оставленных брито-римскими изготовителями мозаик. Почти уверена, что на пастбище раньше находилась мастерская по производству и укладке плиток. Теперь нужно написать Фелисити Страйд, инспектору археологии, и сообщить ей о том, что удалось обнаружить. Потом я лягу спать, а завтра утром на всякий случай еще и позвоню ей, чтобы перестраховаться. Вряд ли россыпи не собранных в узор тессер будет достаточно, чтобы прекратить строительные работы, но даже если их просто отложат, это проучит наглого Болта.

– А плитки вы нашли по всей территории или в одном месте?

– Мы исследовали только один уже раскопанный рабочими ров. В некоторых местах земля пока осталась нетронутой, поэтому я надеюсь, что администрация решит провести проверку всей площадки, прежде чем позволить Болту продолжить. Вдруг там обнаружатся более значимые археологические ценности, которые могут послужить причиной запрета на дальнейшие работы.

– Насколько я помню, поле там очень большое, – прокомментировал Дэнни. – Там бы вполне поместилась маленькая римская вилла. Возможно, те контуры, которые мы видели на интернет-картах, – это остатки ее стен.

– Кажется, именно так фермеры обычно и обнаруживали руины древних поселений – заметив у себя на полях участки земли без растительности. А при раскопках находили иногда целые мозаичные полы римских вилл.

– Вернее, их остатки. Не забывай, после отъезда захватчиков из Британии местные жители часто растаскивали их здания на строительные материалы для собственных домов. Но да, такие находки неоднократно делали в вашем районе и по всему Глостерширу. Черт возьми, Алиса, ваша вылазка может привести к важному археологическому открытию. Теперь я жалею, что сам не отправился с вами, чтобы увидеть все собственными глазами.

Я тут же раскаялась, что не позвала его. Возможно, подсознательно желая провести время с Робертом наедине. Если и так, то неправильно было ставить его выше лучшего друга, особенно учитывая, что друг также являлся специалистом в области римской эпохи. Я попыталась реабилитироваться, заверив: