– Его сестричка – упокой Господь ее бедную душу – два месяца назад попала под грузовик. – Она печально взглянула на свою собаку. – Кажется, Пудинг до сих пор ее ищет… а я не вынесу, если лишусь еще одного пушистого ребенка.

Тео выразила соболезнования.

– Давно вы живете рядом с Уинслоу? – спросила она.

– Уинслоу? Вы ошиблись адресом, дорогая. В доме номер двести семьдесят семь живут Нгуены. Жена врач, а муж, кажется, компьютерщик. – Она подозрительно на них посмотрела. – Вы же не церковные сектанты, что ходят от двери к двери? Если так, я…

– Мы не сектанты, – поспешила успокоить ее Тео. – Я живу на этой улице… наверное, ошиблась с номером дома.

– Насколько я знаю, тут нет никаких Уинслоу, дорогая.

– Спасибо. Уточню адрес.

– Интересное кино, – заметил Мак, когда они попрощались с Пудингом и его хозяйкой и пошли обратно.

– Ты же знал, что так и будет, да? – обвиняюще спросила Тео.

– Догадывался, что наш Берт Уинслоу из дома двести семьдесят семь не так-то прост. Для этого не нужно быть Шерлоком Холмсом.

– А я сказала полицейским, что он из дома под этим номером. Надо им позвонить.

– Думаю, они и сами уже разобрались… Они обязаны сразу направить патрульного, чтобы тот сообщил о смерти ближайшим родственникам.

– О-о-о…

Тео попыталась переварить новые данные. Итак, человек, называвший себя Бертом Уинслоу, не жил в названном им доме. Значит, письмо не могли принести туда по ошибке; учитывая, что марки на конверте не были погашены, его, наверное, даже не отправляли. И как же тогда письмо у него оказалось? То ли Дэн дал Уинслоу письмо, чтобы тот его отправил, то ли Уинслоу… забрал его у Дэна? А если так, зачем тогда отдал ей? Передумал или чувство вины заставило? Если он пытался успокоить совесть, зачем принес письмо лично и потом еще ошивался возле ее дома?

И тут ей пришла другая мысль: а мог ли Берт Уинслоу быть тем самым человеком, которого она видела возле дома Дэна Мердока в день его убийства?

Ей вдруг стало холодно, и она поежилась.

По пути к дому Тео ассистентка Мака предупредила, что с ним хочет поговорить полиция. Поэтому, подойдя к дому, они не удивились, встретив там детектива Мендеса и двух полицейских в форме. Мака и Тео вежливо попросили проехать в участок и ответить на вопросы.

Тео прямо посмотрела на Мендеса.

– Конечно, детектив. Мы и сами хотели звонить в полицию.

– Только отведем собаку и поедем за вами на моей машине, – спокойно ответил Мак.

– В патрульной машине найдется место для мисс Бентон, – настоял Мендес.

Тео взглянула на Мака.

– Все нормально, – прошептала она одними губами. Обычный допрос свидетеля, ничего такого. Она отдала Маку ключи от дома. – Позвони Гасу… он, наверное, уже приземлился.

Мак кивнул.

– Я поеду следом.

Соседи подошли к окнам и смотрели, как она садится в полицейскую машину. Тео видела их лица за стеклом. До участка было ехать всего несколько минут. Ее проводили в комнату для допросов и предложили сесть на жесткий стул у стола с ламинированным покрытием.

Она выложила все про Берта Уинслоу прежде, чем ее спросили.

– И где сейчас это письмо, мисс Бентон?

– У меня дома.

– Мы выпишем ордер на обыск…

– Не надо. Я отдам вам письмо.

– Вы живете с братом, верно?

– Да.

– В таком случае лучше выписать ордер. Во избежание путаницы.

Тео пожала плечами.

– Как хотите.

Они подробно ее допросили. В каком часу Кормак Этеридж ушел от нее накануне вечером? Кормак. Тео удивилась. Ей не приходило в голову, что Мак – сокращение. Примерно в половине одиннадцатого, ответила она. А когда вернулся? Когда она заметила следы на снегу, когда заперла калитку, когда увидела человека в клетчатой куртке через дорогу? Когда Кормак Этеридж ушел во второй раз? Давно они знакомы? Видела ли она раньше человека, назвавшегося Бертом Уинслоу? Не упоминал ли о нем Дэн Мердок? Был ли Дэн Мердок знаком с Кормаком Этериджем?

Тео старалась отвечать как можно более доходчиво, но не могла назвать время с точностью до минуты, да и вопросы сыпались один за другим так скоро, что она запуталась.

– В каких вы отношениях с Кормаком Этериджем?

– Он друг моего брата.

– Но ваш брат улетел.

– Думаю, Гас попросил его за мной присмотреть.

– А вам нужен присмотр?

– Нет. – Она повернулась к Мендесу. Детектив знал Гаса; почему он удивлен? – Брат бывает склонен к гиперопеке, а учитывая события последних нескольких недель, хотел убедиться, что со мной все в порядке.

Лицо Мендеса осталось непроницаемым.

– И для этого он приставил к вам мистера Этериджа?

– «Приставил» не совсем подходящее слово.

Дверь в допросную распахнулась, и вошел Гас Бентон. Он был вне себя от злости. Он сел рядом с Тео.

– Как я понимаю, моя сестра пробыла здесь три часа.

– Мисс Бентон поехала с нами добровольно и согласилась ответить на вопросы.

– Великолепно. Полагаю, трех часов более чем достаточно, чтобы получить ответы на все ваши вопросы. Я забираю Тео домой.

Мендес развел руками.

– Разумеется. Но я должен предупредить, что в настоящее время в вашем доме ведется обыск. У нас есть ордер.

Если бы взгляд мог убивать, Мендесу не поздоровилось бы. Гас буквально его испепелил.

Полицейский ослабил галстук.

Гас встал.

– Пойдем, Тео, нам лучше вернуться и посмотреть, как Пони встретил этих ребят, явившихся с обыском.

Они вышли из участка. Гас обнял сестру за плечи.

– Ты в порядке, сестренка?

Она обняла его в ответ.

– Хорошо, что ты вернулся, Гас.

– Надо кое-что обсудить.

Тео повернулась к участку.

– Мак…

– С ним все в порядке. Он мне позвонил.

– Он все еще там?

– Нет, ушел, когда я приехал… обещал вечером зайти.

Тео кивнула.

Гас нахмурился.

– У тебя усталый вид. Давай захватим пиццу и домой.

Когда они приехали домой, полицейские уже уходили. Они вручили Гасу ордер и попрощались с Пони: тот радостно вилял хвостом, провожая новых друзей, пока не увидел Гаса.

Гас покачал головой и почесал ему брюшко.

– Ты просто безнадежен, Пони. И это называется сторожевой пес? Кошка и та бы лучше справилась.

Тео огляделась и пришла в ужас от оставленного полицейскими беспорядка. Они вытащили все вещи из ящиков и шкафов и свалили в кучи посреди комнаты.

– Я рассказала им про письмо, обещала отдать без всякого обыска… Зачем они это сделали… Гас, прости меня, пожалуйста.

Гас потер подбородок.

– Ты не виновата, Тео. К тому же дом всегда так выглядел до твоего приезда.

Тео зашла на кухню, надеясь хоть там встретить порядок, но там было еще хуже.

– Они забрали мои записи, – сказала она.

– Какие записи?

– Заметки для нового романа.

Гас тихо выругался. Потом они вернули содержимое холодильника на место, и Гас поставил чайник.

– Давай найдем, где присесть и съесть эту пиццу, а потом все мне расскажешь.

За пару минут они переложили книги с дивана на полки и сели.