Тот, понимая, что сейчас в него выпустят смертоносную стрелу, нажимает на винт. Кажется, что его рука движется самостоятельно, неподвластная его воле.

Часы можно использовать только один раз.

Эдо, схватившись за лицо, отворачивается. Струя из часов попала прямо в него.

Блестящий план использовать часы и пожарную сигнализацию только что провалился.

Поднявшись, Нанао подходит к упавшему Эдо и, встряхнув, пытается его усадить. Эдо, похоже, потерял сознание от резкого шока, но все еще дышит.

Нанао замечает у стены Хэйан, рядом с которой на полу сидит парализованная страхом Юка Камино, – и решает использовать тело Эдо в качестве живого щита. На шум в зале никто не прибежал. Осталось только разобраться с Хэйан.

Нанао прикидывает, насколько близко он сможет подойти, избежав попадания стрелы.

– Он все еще жив! Мы можем спасти его! – громко кричит он, обращаясь к Хэйан.

Тело Эдо в его руках неожиданно дергается. Шея мужчины изгибается, а голова сильно наклоняется в неестественном положении. Хэйан выпустила стрелу прямо в Эдо? Какой мощный выстрел!

На руки Нанао попадет кровь, он с трудом сохраняет равновесие. Тело Эдо падает на пол. Нанао замечает, что Хэйан быстро опускается на корточки и, прицелившись, выпускает новую стрелу.

Та попадает прямиком в Нанао.

В конце концов в него попали.

– Я тебя не прощу. Ты не умрешь так легко. Сначала я лишу тебя всего, – звучит голос Хэйан все ближе и ближе.

– О нет, – бормочет Нанао. – Нужно бежать…

Голову быстро заполняет густой туман.

«Беги! Беги!» – приказывает себе Нанао, пытаясь ползти к выходу.

– Ты нас хорошенько отделал, и я хочу, чтобы ты страдал! – Хэйан приближается.

Он пробует встать. Вложив все оставшиеся силы в руки, упирается в пол, но простые движения даются ему с большим трудом. Тело перестает слушаться. Нанао думает, что все кончено, когда слышит крик Хэйан.

Теперь шаги быстро удаляются. Нанао догадывается, что Юка Камино, должно быть, сбежала из банкетного зала, а Хэйан бросилась за ней в погоню.

Сейчас или никогда!

Нанао поднимается на ноги, подходит к двери и с огромным усилием закрывает ее. Он концентрирует все свои силы на этих простых действиях. Комната расплывается перед ним, словно он смотрит на нее сквозь матовое стекло. Нанао постепенно теряет сознание, несмотря на все свои усилия.

«Надеюсь, Мария не пошла в театр».

Кажется, что он быстро опускается на лифте куда-то очень глубоко.

Нанао падает в обморок.

– Малиновый сорбет с клубничной меренгой, – объявляет официант, поставив тарелку с десертом и чашку с кофе перед Икэо, и удаляется. Икэо с трудом подавляет желание вцепиться в официанта и попросить того о помощи.

Кажется, с начала ужина и подачи закусок прошла целая вечность. Сперва Икэо был готов хлопать в ладоши и восторгаться богатством вкусов и ароматов, а теперь его сердце бьется, как барабан, от охватившего его ужаса. Как сквозь густой туман, он слышит голос директора Ёмоги, который хвалит десерт.

Только что услышанная им история полностью захватила мысли Икэо. Он до сих пор не может поверить, что убийства в скоростном поезде были подстроены, чтобы принести Ёмоги известность, но еще труднее смириться с тем, что ужасная автомобильная авария, отнявшая жизни его жены и ребенка, тоже была частью зловещего плана. В словах директора не было ни малейшего намека на сожаление, словно он сухо описывал обыкновенную канцелярскую процедуру.

– Это звонит Инуи, – говорит секретарь Сато, передавая директору Ёмоги свой смартфон.

Директор Ёмоги подносит смартфон к уху.

– Вовремя. Я как раз доел, – говорит он. – Комната семнадцать двадцать? Хорошо. Скоро будем.

Закончив разговор, мужчина возвращает смартфон секретарю Сато.

– Похоже, убийцу поймали.

– Рад слышать, – отвечает Сато. – Инуи уже в пути. Возможно, нам не придется долго ждать.

– Думаю, пароль можно ввести прямо со смартфона, – говорит директор Ёмоги и тепло улыбается сидящему напротив Икэо. – Видите ли, появилась информация о нашем с Сато прошлом. Свидетельства о нашей жизни еще до того, как мы стали известны как «Ёмоги» и «Сато». Если она всплывет наружу, то это доставит нам немало хлопот.

Этот разговор все больше напоминает Икэо неудачную шутку.

– Чтобы избавиться от этой информации, мне требовался пароль, и, кажется, я наконец-то его заполучу. Именно об этом мне только что сообщили. Я согласился на интервью с вами, Икэо-сан, поскольку мне было интересно, связаны ли вы со всем этим. Понимаете, вы появились так вовремя… Я попросил вас приехать в этот отель именно сегодня, чтобы избавиться от вас. Но мои опасения, похоже, оказались напрасными: вы не имеете никакого отношения к нужной мне информации.

Икэо остается неподвижным. Слово «избавиться» поразило его, подобно удару. Неужели речь идет не только об информации?

– Когда допьете свой кофе, идите прямо в комнату семнадцать двадцать. Ключ вам выдадут на стойке регистрации.

– Нет, я не могу…

– Я расскажу вам кое-что занимательное. Видите ли, в этом отеле за мной охотился один человек, но его схватили и доставили в этот номер. Икэо-сан, я же говорил вам, что за мной охотится много людей. За последние пару лет появилось несколько наемных убийц. Теперь, когда я перестал быть членом парламента, меня не охраняет служба безопасности. Мы с Сато не молодеем, но все еще можем постоять за себя.

– У нас есть свой коронный трюк[224], – добавляет Сато.

Директор Ёмоги радостно смеется и продолжает с улыбкой:

– Именно этот коронный трюк мы и хотим показать вам, Икэо-сан. Я и Сато готовы его продемонстрировать. Вывернуть противнику плечи и до смерти избить его, неспособного отбиваться, как мешок с песком. Звучит забавно, что скажете? Признаюсь, сложно придумать что-то поинтереснее! Думаю, это одно из главных удовольствий в моей жизни.

Поднимаясь на служебном лифте обратно на двадцатый этаж, Мофу думает, что возвращаться в номер 2010 слишком опасно. Прежде чем они смогли вывезти Коко, им пришлось вступить в схватку с одним из Шестерки – преступной группы, вооруженной духовыми трубками фуки-я. Они завернули его в простыню и едва не переломали ему кости, но тот в конце концов смог вырваться. Им пришлось сбежать, и возвращаться явно было не лучшей идеей. Но Макура настояла:

– Это наша работа, нужно ее закончить. Если тот парень еще в номере, то я хочу с ним разобраться. Иначе выйдет, что мы струсили и сбежали!

Мофу согласилась.

Решив, что на этот раз ни за что не проиграют, они направляются обратно в номер на двадцатом этаже. Однако, вопреки ожиданиям, в номере нет никого, кроме мертвых тел.

– Что такое?

– Он сбежал.

– Интересно, Коко в порядке?

– Она, наверное, уже пришла в себя. Все будет хорошо.

Они вывезли ослабшую Коко на тележке для белья и передали курьеру на подземной парковке. Человек, нанятый Инуи, чтобы избавиться от тел, выслушал их рассказ о том, что произошло, и сразу же понял, что делать дальше. В его фургоне было установлено медицинское оборудование, и курьер пообещал, что Коко окажут необходимую помощь по дороге в больницу.

– Осталось три тела. Три поездки туда и обратно. Много работы.

– С кого начнем?

Было решено начать с того, кто весит больше остальных – с мужчины в синем костюме. Макура берет его за руки, Мофу – за ноги. Подняв тело, они перетаскивают его в тележку, укладывают внутрь, прижав его ноги к животу, и накрывают простыней.

Выходя из комнаты, Мофу замечает кого-то у выхода и отпрыгивает в сторону. В одно мгновение она хватает из тележки простыню, готовая к новой атаке.

Им стоило закрыть дверь на цепочку, раз замок оказался сломан! Мофу жалеет, что не предусмотрела это. Возможно, это было очередное неудачное совпадение или она так устала, что начала хуже соображать.